Главная Публикации Богословие и культура Святоотеческая сотериология

Темы публикаций

Святоотеческая сотериология

Согласно христианскому вероучению, все, что существует, кроме Самого Бога, есть творение Божие. Все существующее имеет своей причиной Бога и поэтому имеет свою теснейшую связь с Ним. К сожалению, разумные существа не всегда это понимают, но, даже если творение и не признает этого, оно было, есть и будет проявлением Божьей Благости и Любви. Все существующее было сотворено Благим Богом и поэтому по своей природе было благом. Вместе с тем, все существующее Бог сотворил как служебное для Своего высшего творения — человека. Все видимое было подчинено ему, и он являлся владыкой вселенной. Но не только подчиненность всей вселенной человеку определяла высокое положение людей. В первую очередь, человеческая природа была сотворена «по образу Божию и по подобию». Эта природа была почтена великим даром свободы. Находясь изначально в прямом общении с Богом, человек имел возможность выбирать, следовать ли столь великому своему предназначению или пренебрегать им. Как мы знаем, к сожалению, он недостойно обошелся с этим драгоценным даром. Адам совершил грехопадение и тем удалился от Бога; через грехопадение он вверг под власть проклятия не только себя, но и подчиненную себе вселенную.

Святоотеческая сотериология
Распятие, 2-я пол. XVI в.

Совершилась мировая катастрофа, изменилось устроение жизни, испортился образ существования. Человек и вся вселенная стали жить только воспоминаниями об утерянном рае. Все существующее стало жить только ради того, чтобы когда-нибудь, может быть, получить надежду на возвращение в первобытное состояние. Со временем эта уверенность крепла, возрастала вера в Божию Благость, и «когда прииде кончина лету», это совершилось. Человеческая природа была возвращена в свое истинное состояние. Весь мир был спасен. Человек не только получил прежние дары, а был вознесен на немыслимую прежде высоту. Его природа воссела одесную Бога. И теперь это восстановленное человечество живет и движется исключительно верой и надеждой на это. Весь народ Божий стремится к этому, для этого подвизается, этого ищет. И народ этот идет к своей цели, водим Самим Богом и Его угодниками, которые, как божественные трубы, вещали богооткровенные истины для всей вселенной. «Последуя отцам», мы теперь имеем пред собой образ божественной Любви и промышления о роде человеческом. Ведая Божий план о нас, каждый побуждается к стяжанию даров, которые предлагает Господь каждому верующему, и стремится к участию в том Царстве, которое уготовил людям Спаситель.

Наше понимание самого акта Искупления человеческого рода от власти смерти строится, прежде всего, на Божественном Откровении и учении Церкви о сем таинстве. Учение Церкви есть драгоценная сокровищница духовного опыта многих верных чад, которые, находясь в Духе, оставили нам возможность истинного и правого понимания Божьего замысла о судьбе человечества. И черпая из этой сокровищницы, каждый приступающий имеет возможность увидеть неизреченное благое промышление Бога о Своем творении. Именно в понимании этого для каждого есть возможность пересмотра своей жизни и направлении ее по тому пути, который приготовил для нас Творец.

Церковное православное учение и понимание Искупления выстраивались некоторое время в результате добрых и не очень споров в среде церковной. Не сразу в этом вопросе определились авторитетные мнения, не сразу стала понятна истинная картина этого великого дела. Но в результате оказалось (как это всегда бывает в Церкви), что правильные мысли и учение предложили люди, ведущие правильную духовную жизнь, которых впоследствии стали почетно именовать «отцами Церкви». На их мнении и зиждется нынешнее догматическое учение о спасении человека.

Само Искупление было предопределено Богом еще при творении мира для изменения последствий грехопадения. Почему же именно такой акт был необходим для восстановления человека? Какие последствия грехопадения нужно было исправить? По учению святых отцов, грехопадение, во-первых, повредило саму природу человеческую, разрушило в человеке образ Божий. Оно разорвало благодатную связь человека с Богом, сделало человека изгнанником и подвергло его проклятию. «По истощании в людях понятия о Боге и по уклонении к не сущему (а всякое зло есть не сущее) истощилось и продолжающееся навсегда бытие… и утратили благодать Божия образа» (Св. Афанасий Великий). «Изменение человеческого естества к страсти, тлению и смерти есть осуждение за добровольно избранный грех Адама» (Прп. Максим Исповедник). «Для нас было закрыто небо, и мы были сынами гнева, который заключался в том, что мы были справедливо оставлены Богом, вследствие нашего греха и неверия» (Св. Григорий Палама). «Через грех делается человек изгнанником, удаляемым в одно время и от древа жизни, и из рая, и от Бога, облекается в кожаные ризы, в первый раз познает собственный стыд и укрывается от Бога, и приобретает смерть — в пресечение греха, чтобы зло не стало бессмертным» (Св. Григорий Богослов). Это было вторым значительным следствием грехопадения. Человек вводит в мир смерть, эту стихию небытия, которая отныне властвовала над творением Божиим. «Человек ввел смерть в мир, которая стала сугубой; потому что не только стала она естественной, но также, по его действию, всякая смерть явилась насильственной» (Св. Григорий Палама). И смерть была не только физической. «Ибо как оставление тела душею и отделение ее от него, является смертью тела, так и оставление души Богом и отделение ее от Него, является смертью души» (там же). Третий аспект грехопадения состоял в невозможности человеку самому избавится от власти навалившихся греха и смерти. «Для этого было необходимо, чтобы человек стал непричастен греху. А это было невозможно» (Св. Григорий Палама). «Чрез преступление Адама вошел в естество человеческое грех… и не было надежды на спасение» (Прп. Максим Исповедник). В разборе следствий грехопадения и причин Искупления все отцы сходятся и учат о мере крайнего падения и затмения образа Божия. Эта глубина мрака явилась побуждением для нового проявления Благости Божией в попечении о Своем творении.

Человек полностью бессилен был что-нибудь сделать для своего спасения, ибо порча коснулась самой его природы. В человеке нарушилось то, что Бог вложил в него от Своего Божества. Поэтому «надлежало совершиться обновлению созданного по Образу… посему-то Божие Слово пришло самолично, чтобы Ему, как Отчему Образу, можно было воссоздать по образу сотворенного человека» (Св. Афанасий Великий). Спасти человека мог только Сам сотворивший его Бог. «Мы возымели нужду в Боге, воплотившемся и умерщвленном, чтобы нам ожить» (Св. Григорий Богослов). При этом, человек побежденный диаволом, должен был как бы взять реванш, человеку нужно было победить диавола. «Было нужно, чтобы побежденное стало победителем над победившим и чтобы перехитривший был перехитрен» (Св. Григорий Палама). Это обозначило основную проблему Искупления.

Человек, в соответствии с требованием справедливости, должен был победить диавола. Но человек не мог этого делать вследствие ограниченности своей природы и подчиненности смерти. Спасти человеческий род мог только Тот, Кто обладал человеческой природой, но и был Владыка и природы и смерти. «Слово знало, что тление не иначе могло быть прекращено в людях, как только непременною смертью; умереть же Слову, как бессмертному и Отчему Сыну, было невозможно» (Св. Афанасий Великий). Вместе с тем, Бог Слово как Творец мог только Сам восстановить человека, исправить нарушившееся творение. Но восстановить каким способом, «…потребовать у людей покаяния в преступлении? Но покаянием не соблюлась бы справедливость в отношении к Богу». (Св. Афанасий Великий). И никаким другим чудесным образом не могло произойти восстановление человека, который есть образ Божий. «Я получил образ Божий и не сохранил его; Он воспринимает мою плоть, чтобы и образ спасти, и плоть обессмертить» (Св. Григорий Богослов). Человек обладал полной свободой даже в состоянии падения, и любое принуждение к нему было неприменимо. Кто мог восстановить человека, «кроме Бога Слова, из ничего сотворившего вселенную вначале? Ему принадлежало — тленное опять привести в нетление… Он один довлел к тому, чтобы за всех пострадать и за всех ходатайствовать пред Отцем» (Св. Афанасий Великий). Таким образом, все отцы согласно говорят, что Искупление человека мог совершить только Богочеловек, что восстановить поврежденную природу мог только Бог.

Это и совершилось в преблагом Вочеловечении Бога Слова. «Сам Господь до такой степени благоволил по милости спасти нас и воссоздать, пребывая неизменно Богом, став же совершенным, по нашему образу — Человеком» (Св. Григорий Палама). Но природа человеческая была не только восстановлена. Тут следовало бы остановится на вопросе, которому все отцы уделяют большую часть своего внимания. А именно, образу и полноте восприятия Богом человечества и неоспоримым последствиям этого восприятия. Этот момент прослеживается во всех произведениях, повествующих о деле нашего спасения, и эта истина излагается на удивление идентично и тождественно. Основная мысль этого положения заключается в том, что Спаситель воспринял человеческую природу в полном ее объеме; т.е. и тело, и душу, и волю. Это полное соединение произошло нераздельно и неразлучно, но, вместе с тем, и неслитно и неизменно. И в этом есть огромный богословский, сотериологический и мистический смысл. «Тело родилось, питалось приличною пищею, само же сопребывающее в теле Божие Слово, показывало в Себе не человека, но Божие Слово… тело было не телом кого-либо другого, но Господа» (Св. Афанасий Великий). «Он (Исус Христос) был послан, но как человек, потому что в Нем два естества; так, Он утомлялся, и алкал, и жаждал, и был в борении, и плакал — по закону телесной природы» (Св. Григорий Богослов). «Мы не отделяем в Нем человека от Божества, но учим, что Один и Тот же — прежде не человек, но Бог и Сын Единородный, а наконец, и Человек, воспринятый для нашего спасения, подлежащий страданию по плоти, бесстрастный по Божеству, ограниченный по телу, не ограниченный по Духу… чтобы всецелым человеком и Богом воссоздан был всецелый человек, падший под грех» (там же). Разделяя природы, мы не разделяем лица, не вводим двух ипостасей, двух отдельно действующих или существующих личностей, но все это говорится об одной ипостаси Бога Слова Воплощенного. «Господь и Бог наш воспринял все наше естество целиком… ради нас Он стал по природе страстным человеком» (Прп. Максим Исповедник). И это, на первый взгляд, недостойное величия Божия соединение было единственно возможным для осуществления божественного плана. «Ибо если бы Он не был Человеком, то невозможно было бы ему пострадать, а если бы не был Богом, то не мог бы плотию ради нас принять такую смерть, благодаря которой даровал нам восстание или, лучше сказать, воскресение и бессмертие» (Св. Григорий Палама).

Это соединение имело своей целью не только вынесение человеческой природы из-под власти смерти, не только воссоздание, а нечто более великое и преславное. «Божество приняло на Себя твою грубость и посредством ума вступило в общение с плотью; и дольний человек стал Богом, после того как соединился с Богом и стал с Ним едино… дабы и мне быть богом» (Св. Григорий Богослов). «Владыка… не только восприял человеческое естество, от падения спасая его, но и всецело облекаясь в него непостижимым образом и нераздельно соединившись с ним, и родившись, будучи Богом, вместе и Человеком… Бог воспринимает человеческое естество, чтобы показать до какой степени оно — вне греха и настолько чисто, что было возможно соединить его с Собою по ипостаси, и чтобы нераздельно оно со-вечнствовало с Ним… Мы стали чадами благоволения, связанными воедино со Христом, и возлюбленными сынами Его… и в надлежащее время мы были подъяты Им на небо… где выше всякого начала и власти, одесную Величия, посажено на престоле наше естество» (Св. Григорий Палама). В этом заключался основной смысл принятия Богом Словом на Себя человечества. Уврачевание человеческой природы происходило соединением этой природы с Божеством. Поэтому очень точно заостряли отцы внимание на обозначении полноты воспринятой Спасителем человеческой природы. Спасена была человеческая природа Христа. «Ибо невоспринятое не уврачевано; то, что соединилось с Богом, то и спасается» (Св. Григорий Богослов). Это очень важный момент в деле нашего спасения.

Второй аспект воплощения Бога Слова заключался в явлении миру тайны Пресвятой Троицы. Явление людям истинного Бога Слова стало одновременно явлением Бога Отца и Бога Духа. «Научить об Отце — не иному кому принадлежало, как Слову, единому, единородному, истинному Отчему Сыну» (Св. Афанасий Великий). «Устремивший душевные очи на образ Единородного имеет мысль об ипостаси Отца… потому, что Единородный есть образ ипостаси Отчей… Ибо все, что принадлежит Отцу, созерцается и в Сыне… потому что всецелый Сын в Отце пребывает и опять имеет в Себе всецелого Отца» (Св. Василий Великий). И далее дополняет их святитель Григорий Палама: «Если бы не воплотилось Божие Слово, тогда ни Отец не явился бы как истинно Отец, ни Сын, как истинно Сын; ни Дух Святый, и Сам происходящий от Отца, ни Бог в существе и ипостасях, но представлялся бы созданию как некая Сила, именно как и говорили безумные древние мудрецы».

Таким образом, в явлении людям Бога в виде, который мог восприниматься человеческим сознанием, было дано истинное знание, доступное рассудку, о Пресвятой Троице. Своим Образом, Своей жизнью, учением, делами Исус Христос преподал людям необходимое для них усвоение о божественной Благости, но и на собственном примере показал образец восстановленного человечества.

Вместе с тем, Искупление включает в себя и очень трагический момент — смерть на кресте Исуса Христа. Каким образом это великое уничижение стало необходимым в истории спасения рода человеческого. В этом вопросе отцы несколько расходятся. Так, святитель Афанасий Великий, один из первых учителей о воплощении и вочеловечении Бога Слова, учил о некотором юридическом моменте в принесении великой Жертвы. «Поелику надлежало заплатить долг, лежащий на всех… то после того, как доказал Божество Свое делами, приносит и жертву за всех, вместо всех предавая на смерть храм Свой, чтобы всех соделать свободными от ответственности за древнее преступление». В некотором смысле, Бог выступает заложником Своей собственной Правды, Он не может переступить через Им же поставленную заповедь. Но на этом месте святитель не настаивал, и впоследствии эта мысль была подкорректирована. Вот как говорит об этом святитель Григорий Богослов: «Кому и для чего пролита сия излиянная за нас кровь?.. приемлет Отец не потому, что требовал или имел нужду, но по домостроительству и потому, что человеку нужно было освятиться человечеством Бога, чтобы он Сам избавил нас, преодолев мучителя силой, и возвел нас к Себе чрез Сына, посредствующего и все устрояющего в честь Отца, Которому оказывается Он во всем покорствующим». Этим отвергаются все инославные взгляды на принесенную Жертву. Этим отвергается и юридический подход к решению проблемы, и еще более нечестивые утверждения, что, например, жертва была принесена лукавому, у которого во власти находилось человечество. Жертва приносилась как примиряющая и освящающая. И в этом согласны отцы.

Последствия принесенной Жертвы для человека были не только теоретические, которые мы ощутим в будущем веке, но и чисто практические, осязательные, реально присутствующие уже в нашей земной жизни. Все искупленное человечество имеет теперь возможность получить благодатные дары и войти в радость Господа своего. Первым и самым необходимым делом на пути этого вхождения Исус Христос поставил нам Таинство Крещения, которое является стартовым и очищающим для каждого человека. «Им установлено Крещение, как очистительное врачество скверн, явившихся в нас вследствие страстного рождения и жизни» (Св. Григорий Палама). И вот обновленное и спасенное человечество отныне живет новой, истинной жизнью во Христе Исусе. Эта жизнь выражается теперь уже в призрачности существующей и поныне естественной смерти, в изменении образа и цели человеческой жизни. «Мы, верные о Христе, не умираем уже теперь, смертью, как древле… но по причине смертности тела разрешаемся уже только на время, какое каждому определил Бог, да возможем улучить лучшее Воскресение» (Св. Афанасий Великий). Или, как говорил Григорий Палама, «ради упражнения, для испытания, для исправления, для постижения мизерности сего века, мы еще и обременены тяжестью сей гибнущей плоти, однако с той целью, чтобы возмочь, проявляя тщание, и здесь стать участниками Его образа жизни, а по отшествии отсюда стать общниками Его блаженства, и сияния, и нетления».

Таков общий взгляд и учение отцов Церкви на наше совершившееся Спасение, на степень преображения человека, на цели и возможности, которые теперь стоят перед каждым обращающимся. Столь великий дар означает возможность в церковной жизни получать освящающую нас благодать, причем эта благодать изливается на человека неограниченно. Вследствие искупительного подвига люди приобрели возможность того прославления, которое даровано Самому Спасителю по Его человечеству. И самый великий дар — это возможность обожения людей, возможность причастности человеческой природы Божеству. И эта надежда была объяснена людям усилиями духовных подвигов отцов Церкви. Они явились нашими помощниками, неусыпными пестунами, подталкивая, упрашивая нас сдвинутся с места и обратить свой взор к той неизреченной славе, которую Бог уготовал любящим Его.