Главная Публикации Персоналии Священномученик Афанасий, епископ Иркутско-Амурский

Темы публикаций

Священномученик Афанасий, епископ Иркутско-Амурский

Во времена Екатерины Второй тысячи семей старообрядцев из поселений на Ветке (Польша) были отправлены в дальнюю сибирскую ссылку. Их так и стали называть — семейские. Оказавшись среди местного бурятского населения, они принесли с собою и неискаженную Христову веру, и обычаи предков. В одной из крестьянских старообрядческих семей, по фамилии Федотовы, и родился будущий святитель-мученик. Появился он на свет в большом семейском селе Тарбагатай 21 декабря 1877 года (по другим данным, 1881 г.). Родители Феофан Иванович и Фекла Ивановна дали сыну имя Амбросий. После рождения еще двух детей — Марьи и Илии — мать семейства умерла. Овдовевший отец, чтобы не оставить детей без женского присмотра, женился во второй раз. Новая мать, Агафия, приняла малышей как своих, а потом подарила мужу еще четырех дочерей: Марью, Елисавету, Анну и Иулианию.

Священномученик Афанасий, епископ Иркутско-Амурский
Епископ Афанасий Иркутско-Амурский с внуком. Фото 1930-х гг.

Будучи старшим сыном, Амбросий рос в труде и молитве. С детства он обучился церковному чтению и пению. Родители постоянно посещали вместе с детьми беглопоповскую моленную. Возмужав, юный Амбросий выбрал себе невесту из соседнего села, Марью, с которой и обвенчался. В их браке родились две дочери — Екатерина (в 1904 году) и Анна (в 1908-м).

Когда в 1905 году в императорской России было объявлено о веротерпимости, братья Федотовы, вместе с родителями и другими односельчанами, решили построить в селе церковь, а после ее постройки Амбросий был послан на поиски священника для нового храма. Священника, перешедшего в старообрядчество из Синодальной церкви, он привез, но по дороге из разговора с ним убедился, что тот ни поста не соблюдает, ни церковных правил не хочет исполнять. Задумался тогда Амбросий: «Почему мы священников, потомственных старообрядцев, из Белокриницкой иерархии не признаем, а таких никонианских, только для вида принявших нашу веру, почему-то разыскиваем, привозим за тысячи верст и всячески ублажаем? Не лучше ли нам признать белокриницкое священство?» Много разговоров на ту тему вел с односельчанами Амбросий и склонил их принять старообрядческую иерархию. Всех их присоединил к Старообрядческой церкви священник Иоанн Емельянов из казачьего села Доно, время от времени посещавший Тарбагатай. Во времена гражданской войны священник и семью свою перевез в Тарбагатай, став здесь первым постоянным священником.

Амбросий, присоединившись к Белокриницкой иерархии, стремился как можно лучше познать Христову веру. Он прочел множество духовных книг, завел переписку с епископом Тихоном, Томским и Алтайским, священником Иоанном Кудриным, ушедшим с белыми в Китай, с начетчиком и священником Алексеем Старковым (позднее ставшим священноиноком Аввакумом). От них он получал как ответы на свои вопросы, так и редкие книги и журналы духовного содержания.

Узнав, что в китайском Харбине проживает епископ Иркутско-Амурской епархии Иосиф (Антипин), Амбросий Федотов тайно пробирается через советско-китайскую границу для встречи со святителем. Пробыв там несколько месяцев, весной 1923 года вернулся он в родное село уже в сане священника: владыка Иосиф уговорил его на этот духовный подвиг. Священников после Гражданской войны в Сибири осталось очень мало, и присылать кого-то из-за границы было невозможно. Епископ снабдил нового священника письмом, в котором просил, чтобы он вдвоем с о. Иоанном Емельяновым служил в Тарбагатае, поскольку «жатвы много, а делателей мало». Однако в том же году отец Иоанн возвратился в свое родное село Доно, и пришлось молодому священнику окормлять Тарбагатай в одиночку.

Через некоторое время супруга о. Амбросия из-за тяжкой болезни скончалась, обе их дочери уже вышли замуж. Беда не сломила священника. Он устраивает в своем доме воскресную школу, где обучает детей из Тарбагатая и окрестных селений церковному чтению, пению по крюкам, уставу церковной службы. Разъезжая по разным населенным пунктам епархии, он окормляет верующих, совершая все необходимые требы: крестит, венчает, принимает на исповедь, причащает, а также погребает усопших христиан. Как никто другой, отец Амбросий ощущает нехватку священства и отсутствие епископского окормления обширной епархии, ведь престарелый владыка Иосиф уже не мог приехать сюда из Китая. Отец Амбросий просит московскую Архиепископию решить вопрос о епископском окормлении Дальневосточной епархии, о поставлении сюда епископа в помощь больному владыке Иосифу. В 1926 году он вновь тайно пробирается в Харбин, где обсуждает этот вопрос с тяжело больным епархиальным архиереем…

В 1927 оду владыка Иосиф умирает. Епархия переходит под временное окормление епископа Амфилохия (Журавлева), но убеждает вдового священника Амбросия принять святительский сан, как того просили многие прихожане и священники. Такое решение было принято всем Освященным Собором. После долгих уговоров отец Амбросий согласился возглавить епархию. Весной 1929 года, приехав в Томск, он принимает иноческий постриг с именем Афанасий, и 6 мая в церкви Успения Пресвятыя Богородицы возводится в сан архиерея. Хиротонию совершили два епископа: Тихон Томский и Алтайский и Амфилохий Уральский и Оренбургский.

Нового епископа признали сразу же все общины епархии, в том числе и харбинские староверы. Вскоре даже единоверческая община Тарбагатая решила присоединиться к старообрядчеству, и их каменная Никольская церковь стала кафедральным храмом.
Новопоставленный епископ хотел проехать по общинам своей епархии для устроения церковных дел, но безбожные власти не дали на это разрешения, ограничив местопребывание архиерея его родным селом. Наступало тяжелое время гонений на веру и массовых репрессий, в стране создавалась атмосфера доносительства. Разрывались связи между общинами и епархиальными центрами, и каждый священнослужитель был вынужден действовать на свой страх и риск, окормляя тех, до кого мог сам добраться, либо кто мог доехать до его дома…

Недолго длилось время торжественных богослужений в Никольском кафедральном храме Тарбагатая — всего два года. Клироса были переполнены, в храме было тесно от обилия молящихся. Вернулся вновь отец Иоанн из села Доно, обучались и рукополагались священники для окрестных храмов, присоединялись из раздора целые общины… Но репрессии делали свое дело: постепенно были арестованы все церковные активисты: певцы, уставщики, чтецы… Народ стал бояться ходить на службы. Нередко владыка молился всенощные бдения в полном одиночестве.

В 1931 году семьи обеих дочерей архиерея подверглись раскулачиванию. Муж старшей из них, Екатерины, получил 10-летний лагерный срок, поэтому сама она с детьми перебралась жить в дом владыки Афанасия. Денег не хватало, народ обеднел и не мог уже содержать храмы… Вместо прежней милостыни владыке несли хлебные лепешки с записками о здравии и за упокой. В голодное время даже это было для многих непросто.

Святителя стали то и дело вызывать на «разговоры» и прямые допросы в «органы», пытались поймать на слове, обвинить в антисоветских высказываниях. Но святитель умел ответить так мудро и находчиво, что его каждый раз отпускали домой. Однако было ясно, что ареста не избежать

Мог бы епископ опять перейти китайскую границу и остаться на свободе, в эмиграции, но был он добрым пастырем, потому решил положить душу свою за овец, вверенных ему Христом. Стал владыка готовиться в последний скорбный путь. Дочерей с семьями он отослал из села подальше, чтобы они не пострадали как родственники «врага народа». Свое имущество стал раздавать в качестве милостыни бедным односельчанам, а имущество церковное, особенно богослужебные святыни, решил спасти от реквизиции.
Еще в детстве, играя с младшим братом за горой Омулевкой, в 10–15 верстах от Тарбагатая, он нашел большую вместительную пещеру. Её и назначил святитель хранилищем церковных книг, икон и священных сосудов. Действовали владыка с братом-уставщиком очень скрытно: сначала святыни переносили понемногу с дом владыки Афанасия, а по мере накопления по ночам на телеге отвозили в горы, в пещеру. Вход же в неё заложили камнями так, чтобы его не было видно непосвященным в эту тайну.

Тучи над головой владыки продолжали сгущаться. Его выселили из дома «в 24 часа», и святитель переселился к родственникам. Отобрали и увезли Знаменскую срубовую часовню. Владыка понял, что арест последует уже скоро… Однажды он молился ночью в храме один. Служба длинная, многочасовая. Утомился владыка и присел на скамью отдохнуть. Нечаянно ненадолго задремал, а когда проснулся, оказалось, что все лампады и свечи потухли и церковь погружена в полную темноту. Опять закрыл глаза святитель и задремал, а когда проснулся — увидел, что перед ним ярко горит лампада. Удивился владыка и стал молиться Богу, чтобы открыл, что значит сие знамение. И пришел на ум его помысл, как бы ответ: вера наша угаснет, но не совсем, а потом вновь просияет. Прославил тогда Господа святитель Афанасий, а затем радостно поведал об этом чуде своим односельчанам…

Последнюю службу довелось совершить святителю-исповеднику на праздник Покрова Пресвятыя Богородицы, 14 октября 1937 года. Причастившись в последний раз за литургией Тела и Крови Христовых, владыка ушел домой к родственникам — туда, где жил после выселения последние месяцы. До ареста оставалось менее недели…

Вечером 20 октября в дом, где жил владыка Афанасий, пришел неожиданный посетитель: христианин-отец принёс на руках умирающую дочь-младенца. Святитель совершил подобающие молитвы и причастил девочку запасными Святыми Дарами. Не успел он окончить молитву, как в дом ворвались сотрудники ОГПУ, которые арестовали владыку. Отца с умирающей дочуркой отпустили, пригрозив арестом, если еще раз попадется.

Епископа Афанасия отвезли в Верхнеудинск (ныне Улан-Уде) в заключение, в котором он провел более полугода. Его то и дело водили на изнурительные допросы, требуя публичного отречения от веры и от духовного сана (через газеты), обещая в при таком условии закрыть дело. Святитель наотрез отказался от такой «сделки со следствием».

Последний допрос продолжался без перерыва четверо суток: следователи менялись, а истязуемый святитель без сна и отдыха подвергался пыткам, стоя на ногах. Его принуждали подписать признание в контрреволюционной деятельности и организации заговора против советской власти. Святитель валился с ног, но никакой вины не признавал. После этого допроса владыка так сильно ослаб, что его были вынуждены поместить в тюремный госпиталь…

16 марта 1938 года святителя Афанасия осудили на смертную казнь, и 18 апреля многострадальный раб Божий был расстрелян. Тело его было погребено в неизвестном месте, а душа упокоилась в райских селениях, получив венец священномученичества от руки Господа, любовь Которого святитель Афанасий пронёс чрез всю свою нелёгкую жизнь.

В 1950 году охотник случайно нашел пещеру, где святитель Афанасий спрятал церковные вещи. Огромные старинные книги, иконы, позолоченная утварь были погружены на подводы и увезены в отделение милиции, где грудами были свалены во дворе. Куда они делись потом, доподлинно неизвестно…

Староверы Забайкалья свято хранят память о священномученике Афанасии, молятся ему службы, совершают паломничества к его пещере. Память сего святого 5 апреля по церковному стилю (18 апреля по гражданскому).

Канон священномученику Афанасию (читать)