Главная Публикации История старообрядчества Старообрядцы и Закон Божий

Темы публикаций

Старообрядцы и Закон Божий

Одним из основных мотивов неприятия старообрядцами государственных школ было преподавание в них Закона Божия законоучителями Российской Церкви. После 1905 г. государство предоставило старообрядцам возможность организовывать для своих детей обучение этому предмету в существующих земских и министерских школах старообрядческими законоучителями.

Реализация этой инициативы, заложенной в Указе от 17 апреля 1905 г., была осуществлена Министерством народного просвещения. 30 апреля 1905 г. Министерство начало работу по составлению Правил преподавания Закона Божия инославных исповеданий. Для этого были собраны предложения от Попечителей учебных округов. По результатам консультаций 22 февраля 1906 г. министр граф И. Толстой утвердил «Временные правила о преподавании Закона Божия инославных христианских исповеданий»[1]. Этими правилами допускалось разделение учащихся на группы в зависимости от вероисповедания и языка. Таким образом, гарантировалось право обучения детей любого вероисповедания в общих школах — земских, министерских и церковноприходских.

«Правила» давали равные права законоучителям всех вероисповеданий и вводили их в состав педагогического коллектива: «Законоучители инославных исповеданий приглашаются с правом голоса в заседания педагогических советов. Вознаграждения законоучителей инославных исповеданий производятся в размерах, определяемых местными учебно-окружными начальствами»[2]. Кроме этого, предоставлялось право организации не только отдельного преподавания в отдельном помещении Закона Божия, но и отдельного совершения предклассной молитвы. Но утверждённые министром Правила одновременно создавали и проблему для старообрядцев, так как согласно этому документу старообрядческим законоучителям для преподавания в школах требовался образовательный ценз не ниже учителей народных училищ[3].

Сложность заключалась в том, что старообрядцы не имели достаточного количества законоучителей, обладающих цензом. Тем более такого образования не имели большинство священнослужителей. Председатель Совета съездов Д.В. Сироткин в сентябре 1906 г. обратился в Кабинет министров «с ходатайством о допущении, по выбору прихода, к преподаванию Закона Божия в учебных заведениях старообрядческих законоучителей, хотя бы последние и не имели требуемого Положением Кабинета министров от 17 апреля образовательного ценза»[4]. Кроме этого, Совет просил ускорить принятие предусмотренного Указом 1905 г. «Закона о старообрядческих и сектантских начальных школах и о преподавании детям старообрядцев и сектантов правил их веры»[5].

Министерство народного просвещения пошло навстречу пожеланиям старообрядцев. 18 ноября 1906 г. оно издало циркуляр Попечителям учебных округов о разрешении старообрядческим законоучителям в течение пяти лет преподавать Закон Божий без образовательного ценза[6]. Циркуляр был поддержан Советом министров и утвержден императором 6 февраля 1907 г.[7]

Так установилось одно из основных образовательных прав старообрядцев, действовавшее до 1917 года. Старообрядческие законоучители, даже не имея подтвержденной учительской квалификации, могли по представлению общины преподавать в различных начальных училищах Закон Божий.

При этом необходимость получения старообрядческими законоучителями образовательного ценза все же оставалась. Совет съездов, осознавая значимость педагогического образования, пытался донести это понимание до старообрядческой общественности. По этому поводу был подготовлен целый ряд публикаций в журнале «Церковь», призывающих священнослужителей к образованию и объясняющих необходимость его получения. Совет выпустил специальное пособие «На помощь лицам, желающим получить учительское звание», в котором излагались условия и краткий материал для подготовки к экзаменам. Народным учителем мог стать «любой, окончивший двухклассное сельское училище, либо 2 класса среднего учебного заведения. Экзамен можно держать во всякой гимназии, реальном училище, учительской семинарии, а где таковых не имеется, то можно и при городском училище. К экзамену допускаются мужчины с 17 лет и женщины — с 16 лет»[8]. В комплекте документов для сдачи экзаменов от старообрядцев обязательно требовалось свидетельство о политической благонадежности, которое запрашивалось у губернатора. Экзамены сдавались по церковнославянскому и русскому языкам в виде сочинения, арифметике, геометрии, истории и географии России. После экзаменов испытуемый допускался к пробным урокам и потом получал соответствующее удостоверение. Очевидно, что требования были минимальными.

Но среди старообрядцев по поводу необходимости сдачи такого экзамена возникли серьёзные споры. Экзамены требовалось сдавать священникам зачастую преклонного возраста. И это вызывало протест. Старообрядческие священники увидели в этом ущемление прав[9]. Они считали экзамен унизительным, недостойным звания священника[10].

Дело в том, что по Положению о церковноприходских школах 1902 г. «в школах грамоты, церковноприходских и воскресных, к преподаванию Закона Божия могут быть допускаемы, кроме священников, священнослужители, причетники и лица, не рукоположенные в священный сан»[11]. Цензом в их случае являлось проведение двух пробных уроков и рекомендация епархиального начальства. То есть для законоучителей Российской Церкви сдача квалификационных экзаменов была не нужна, а от старообрядческих законоучителей это требовалось. Часть старообрядческой общественности была возмущена: «Раз существует правило, по которому всякий священник господствующей Церкви имеет право быть законоучителем в своей приходской школе, то должно быть предоставлено право и старообрядческим священникам беспрепятственно преподавать Закон Божий в своих школах без требования о цензе»[12].

Другой лагерь старообрядцев категорически настаивал на получении священниками хотя бы минимального уровня образования. Старообрядцы активно критиковали своих священников, которые в течение нескольких лет не посчитали нужным что-то сделать для преподавания Закона Божия[13]. «Что-то не слышно, чтобы кто из наших пастырей выдержал экзамен на звание народного учителя или даже готовился к этому»[14]. Многие миряне-старообрядцы настаивали на обязательности сдачи этих экзаменов всеми старообрядческими священниками[15]. «Старообрядческие пастыри должны добиться образовательного ценза не потому, что это требует гражданская власть, а потому, что этого требует сама жизнь»[16]. О том, что миряне-старообрядцы требуют, чтобы их законоучители получали учительский ценз, знал даже обер-прокурор Синода[17].

Поэтому основная проблема преподавания закона Божия для старообрядцев заключалась в том, что старообрядческие священники вообще не желали преподавать Закон Божий. Ни с цензом, ни без ценза. Например, из 62 священников Томской епархии Закон Божий преподавали только двое[18].

На фоне преобладающего безразличия иерархии по отношению к преподаванию Закона Божия некоторые все же проявляли в этом деле особенное усердие. Они пытались переосмыслить методику и качество преподавания этого особого предмета[19]. Выделялся в этом ряду епископ Михаил (Семенов). До присоединения к старообрядчеству он служил архимандритом в Российской Церкви и преподавал в Казанской духовной академии. Епископ Михаил, кроме публикации многочисленных статей в прессе о преподавании Закона Божия, разработал рекомендации и методику обучения этой дисциплине. Его «Письма»[20] стали доступным и важным пособием для старообрядческих законоучителей. В Письмах он изложил свои взгляды на то, как следует преподавать Священную историю, катехизис, литургику, как следует выстраивать отдельные занятия. Он приложил к рекомендациям конспект программы. Автор считал, что «законоучитель прежде всего лепщик детских душ. Его задача развить заложенные семьей основы религиозности. Законоучитель — не преподаватель, а священник среди паствы маленьких прихожан»[21].

Подход к преподаванию епископа Михаила красноречиво раскрывается в его переписке с Ф.Е. Мельниковым, в которой они обсуждали создание религиозной детской литературы. Например, владыка предлагал при обращении к детям использовать тему «добрых людей». Он советовал писать о выдающихся личностях: святом Павлине, Филарете Милостивом, Иоанне Милостивом, далеком от православия миссионере де Вестре, помогавшем прокаженным людям. Епископ Михаил считал, что пример жертвенной любви внеконфессионален и послужит воспитанию[22].

Старообрядческий священник Григорий Карабинович служил законоучителем в Московском Алексеевском коммерческом училище. Перешедший в старообрядчество из Российской Церкви, свящ. Гр. Карабинович имел семинарское образование. Практика преподавания Закона Божия поэтому ему была хорошо знакома. Свящ. Гр. Карабинович был одним из инициаторов создания Братства учителей-старообрядцев. Он принимал участие во многих образовательных начинаниях старообрядцев, составил три учебника по Закону Божию, которые выдержали несколько переизданий[23].

Также следует упомянуть еще двух старообрядческих законоучителей: свящ. Иоанна Волощука и свящ. Михаила Сторожева. Эти священнослужители имели опыт работы в качестве старообрядческих законоучителей и составили собственные учебники[24]. Однако пример этих деятелей является исключением.

В июне 1908 г. в старообрядческую комиссию Государственной Думы была подана докладная записка от группы старообрядцев Богородского уезда. В этом документе просители указывали на то, что пятилетнего срока для получения образовательного ценза старообрядческими законоучителями явно недостаточно, и просили увеличить этот срок. Аргумент был выдвинут следующий: «Исполнение своих прямых пастырских обязанностей оставляет духовным лицам старообрядцев очень мало свободного времени для других занятий, и, кроме того, многие из них находятся в таком преклонном возрасте, когда человеку бывает уже не до учебников и подготовки к экзамену»[25]. Кроме этой трудности, в записке было указано еще на ряд проблем, с которыми сталкивались старообрядцы при организации преподавания Закона Божия в ведомственных школах: это и уклонение местных учебных властей от выплаты вознаграждения старообрядческим законоучителям, и непредоставление отдельного помещения для проведения занятий, и неопределенность минимального количества учеников-старообрядцев, ради которых необходимо было организовывать отдельные уроки. С учетом всех этих проблем инициативная группа предложила продлить еще на 5 лет мораторий на получение образовательного ценза старообрядческими законоучителями, а также ввести обязательное государственное финансирование старообрядческих законоучителей и определить минимальное количество учеников для обособления в отдельную группу в 10 человек. В случае же меньшего количества предлагалось объединять учеников из нескольких близлежащих учебных заведений[26]. Но Комиссия Государственной Думы оставила это обращение без реакции.

В феврале 1909 г. Совет Всероссийских съездов разработал и подал уже в Министерство народного просвещения свой проект «Правил преподавания Закона Божия детям старообрядцев». В этом проекте также оговаривался порядок введения старообрядческих преподавателей в педагогический коллектив, условия их материального содержания, их права и обязанности по отношению к руководству учебного заведения. Кроме утверждения Правил, Совет просил о продлении срока для получения образовательного ценза старообрядческими законоучителями до 10 лет.

Новый министр народного просвещения А. Шварц рассмотрел и одобрил предложенные Правила, но только в отношении законоучителей, имеющих образовательный ценз. Этот документ был принят к исполнению в декабре 1909 г. Вместе с тем, министр отклонил просьбу Совета продлить срок получения старообрядческими преподавателями образовательного ценза до 10 лет как нецелесообразный[27]. В своем письме попечителю Московского учебного округа А. Шварц аргументировал свой отказ тем, что в реальности «большинство старообрядцев озабочено, чтобы законоучители их детей старались приобрести требуемый от них законом образовательный ценз»[28].

В ответ на этот отказ председатель совета Д.В. Сироткин подготовил пространное письмо, в котором предложил сравнительный анализ «Положения о преподавании Закона Божия детям инославных вероисповеданий» и «Положения о церковноприходских школах» от 1 апреля 1902 г. Д.В. Сироткин обращал внимание на то, что на основании существующих законоположений «признается возможным допущение законоучителей, не имеющих ценза, но с разрешения подлежащей духовной власти». Основываясь на этом замечании, Совет предлагал министру: « пусть сама Церковь установит условия религиозной оценки правоспособности тех лиц, которые допускаются к занятиям Законом Божиим в школе» [29].

По новым Правилам преподавания Закона Божия, в случае отсутствия старообрядческого законоучителя дети старообрядцев освобождались от слушания уроков у штатного преподавателя. Кроме этого, Святейший Синод 28 апреля 1906 г. освободил от изучения Закона Божия детей старообрядцев даже в церковноприходских школах[30]. Такая ситуация в школах, где обучались дети старообрядцев, выявила обратную сторону отмены для них обязательности преподавания Закона Божия. На XI Всероссийском съезде 1910 г. представители Братства Креста обратили внимание на то, что старообрядческие законоучители в большинстве случаев в школах не появляются. И это приводит к тому, что почти во всех учебных заведениях дети старообрядцев вообще перестали изучать Закон Божий[31]. Братство считало это обстоятельство намного более вредным, чем обучение у священника господствующего вероисповедания. Братство просило Совет обратиться с законодательной инициативой в Государственную Думу с целью введения нормы обязательного изучения Закона Божия для детей старообрядцев, но «при условии, чтобы преподавали его старообрядческие законоучители в означенных школах»[32]. Совет внес эту поправку на рассмотрение Министерства народного просвещения. В 1911 г. на возникшую проблему обратил внимание Освященный Собор старообрядцев. По мнению соборян, «освобожденные от слушания Закона Божия у законоучителей священников новообрядческой церкви, дети старообрядцев не проходят его совсем, т.к. старообрядческие священники мало заботятся об этом»[33].По результатам этих обращений Министерство приняло решение обязать всех детей старообрядцев слушать курс Закона Божия в обязательном порядке.

Проблема обязательности обучения Закону Божию имеет особенное значение в рассматриваемый период. В начале XX в. в педагогических кругах обсуждался и был очень актуальным вопрос о целесообразности преподавания Закона Божия в начальных и средних учебных заведениях. Многократно на различных педагогических и преподавательских съездах, в корпорациях, на страницах печати высказывалось мнение о необходимости удалить Закон Божий из программ преподавания государственных учебных заведений. На фоне этих дискуссий особенно заметна и очевидна консервативная позиция старообрядцев по данному вопросу. По мнению подавляющего большинства старообрядцев, полноценное преподавание Закона Божия является отличительной чертой старообрядческих учебных заведений. Это является важным показателем отношения старообрядцев к данному учебному предмету. Ни на одном церковном или общественном форуме ни один представитель старообрядчества не высказал сомнения в изучении Закона Божия в учебных заведениях всех уровней.

К 1911 г. в ситуации с образовательным цензом ничего не изменилось. Правительство ввело в действие новое «Положение о преподавании Закона Божия» от 13 апреля 1911 г., согласно которому время получение ценза продлевалось до 17 октября 1916 г.[34] Но, несмотря на очередное послабление от властей, Совет Всероссийских съездов весьма скептически отреагировал на эту привилегию: «Наше духовенство индифферентно относится к своим прямым обязанностям, как обучение детей Закону Божию в существующих школах»[35].

В 1916 г. тоже ничего не изменилось. 10-летний срок истекал 17 октября 1916 г. Совет министров по ходатайству Совета съездов постановил: «продолжить до 17 октября 1921 г. допущение к преподаванию Закона Божия детям старообрядцев лиц, не обладающих образовательным цензом»[36].

Таким образом, становится ясным, что после 1905 г. старообрядцы получили возможность легально преподавать своим детям основы вероучения в государственных школах. Это право должно было стать решением больного вопроса сосуществования в казенных школах детей старообрядцев и детей господствующего вероисповедания, что, в свою очередь, позволило бы значительно снизить недоверие старообрядцев к министерским, церковноприходским школам и в целом — к Российской Церкви. Однако значительная часть старообрядческого духовенства безразлично отнеслись к служению в школах и не стало законоучителями. Закон Божий преподавали только образованные старообрядцы — миряне и отдельные священники.

С другой стороны, возможность участия в деле преподавания позволила старообрядцам приобрести педагогический опыт, разработать необходимый методический материал, выявить в своей среде талантливых законоучителей, составить и издать ряд учебников по Закону Божию, частично добиться финансирования Министерством просвещения нужд старообрядческого образования.

Вопросы преподавания старообрядческого Закона Божия выявили однозначное и строго консервативное отношение старообрядческой общественности к необходимости этого предмета в учебной программе всех образовательных заведений. Старообрядцы согласованно выразили сопротивление по отношению к появившимся либеральным тенденциям в российской педагогике, отрицавшим необходимость изучения этого предмета.

Источники

[1]Макаров В.Е. О преподавании Закона Божия старообрядцам в существующих учебных заведениях // Церковь. — 1908. — № 21. — С. 742.

[2]Там же. — С. 742.

[3] Там же. — С. 743.

[4] У правительства // Голос старообрядца. — 1906. —  68.

[5] О назначении законоучителей в начальные училища для детей старообрядцев // Церковь.  — 1909. — № 3. — С. 84.

[6] РГИА Ф. 733. Оп. 175. Ед. хр. 96 Л. 151–152.

[7] За год. Узаконения и распоряжения правительства // Церковь. — 1908. — № 1. — С. 25.

[8] О старообрядческих законоучителях // Церковь. — 1908. — № 39. — С. 1313–1315.

[9] Карабинович, Гр., свящ. О старообрядческих законоучителях // Голос старообрядца. — 1906. — № 73. — С. 2; Старообрядческая жизнь. — 1906. — № 6 — С. 3.

[10] Карабинович Г.М. Иерейский ценз // Церковь. — 1910. — № 39. — С. 970.

[11]Апреля 1. 1902 г. Высочайше утвержденное Положение о церковных школах ведомства Православного исповедания // ПСЗ–III. Том XXII. — СПб. —  № 21290. — 1904. —  С. 208.

[12] Карабинович, Гр. О старообрядческих законоучителях // Старообрядческая жизнь. — 1906. — №6.

[13]Гаврилов И. Духовенство и школа // Старообрядческая мысль. –1914. — №3. — С. 271–273; Кириллов И. «Образовательный ценз» // Церковь. — 1910. —  №37. — С. 919.

[14] О преподавании Закона Божия // Церковь. — 1908. —  №21. — С. 742.

[15] Кириллов И.А. Еще о цензе // Церковь. — 1910. — №39. — С. 971.

[16] Образовательный ценз // Церковь. — 1910. — №37. — С. 919.

[17]Предложение министерства народного просвещения от 14 октября 1908 г за №27267 // Труды 10-го Всеросс. съезда старообрядцев, приемлющих священство Белокриницкой иерархии. —  С. 161.

[18] Епархиальный съезд Томской епархии 11 июня 1911 г. — С. 702–704.

[19] Рождественский П. По поводу Закона Божия. — С. 66.

[20] Михаил (Семенов), еп. Письма о преподавании Закона Божия // Церковь. — 1910. — № 4. — С. 97–99; №8. — С. 209–211; №14. — С. 353–354; №19. — С. 481–483; №20. — С. 505–507; №25. — С. 625–627; №28. — С. 697–699; №35 — С. 865–867; №40. — С. 988–989; №42. — С. 1033–1035; №43. — С. 1057–159; №44. — С. 1081–1083; №45. — С.  1105–1108.

[21]Там же. — №35. — С. 866.

[22] Михаил (Семенов), еп. Письма Ф.Е. Мельникову.  — С. 86, 92–93.

[23] Карабинович Г.М. Закон Божий для старообрядческих школ. — 430 с.; Он же. Краткое христианское учение: учебник по Закону Божию для старообрядческих школ в объеме начальных народных училищ. — 1916; Он же. Начальное учение человеком, хотящим учитися книг Божественного Писания, с изъяснением молитвы Господней, исповедания (Символа) отеческия древлеправославныя веры и десяти заповедей. — 232 с.

[24] Волощук И.П. Старообрядческий учебник по Закону Божию. — 135 с.; Сторожев М.В., свящ. Катехизис древлеправославной русской церкви.  — 143 с.

[25] Новая докладная записка старообрядцев в старообрядческую комиссию Государственной думы // Церковь. — 1908. — №23. — С. 822–823.

[26] Там же.

[27] Копия с предложения Министерства народного просвещения 14 октября 1908 г. // Церковь. — 1909. — №8. — С. 266.

[28] Там же.

[29] Ответ Д.В. Сироткина Министерству народного просвещения // Церковь. — 1909. —  № 8. — С. 268.

[30] РГИА Ф. 733. Оп. 175. Ед. хр. 96 Л. 36-38.

[31] Труды Одиннадцатого Всероссийского съезда старообрядцев, приемлющих священство. — С. 222.

[32] Там же.

[33] Освященный Собор старообрядческой церкви 1911 г. Вопрос о школах / Церковь. — 1911. — №38. — С. 909.

[34] Высочайше утвержденное положение Совета министров «О преподавании Закона Божия детям старообрядцев и сектантов» // ПСЗ-III. — Т. XXXI. — СПб., 1914. — №35045. — С. 260; Льгота старообрядческим законоучителям // Церковь. — 1911. — № 9. — С. 218.

[35] В Совете всероссийских съездов // Церковь. —  1911. —  № 18. — С. 439.

[36] Возобновление срока // Слово Церкви. —  1916. —  № 45. — С. 911.