Главная Публикации История старообрядчества Школы в Рогожской общине

Темы публикаций

Школы в Рогожской общине

Московская старообрядческая община Рогожского кладбища (МСОРК) являлась самой крупной старообрядческой общиной не только в Москве, но и во всей России. Община «представляла из себя небольшой городок с тысячным населением и с различными учреждениями». Около 600 человек проживало в богадельнях общины. Кроме тысячного населения слободы, в общину входили и проживавшие вокруг старообрядцы. Всего насчитывалось более 5000 членов. Во главе общины стоял Совет, состоявший из 40 выборных. Деятельность общины в значительной степени спонсировали попечители. К 1915 г. в распоряжении МСОРК находилось неприкосновенных капиталов на сумму около 2,5 млн. рублей. Ежегодный бюджет общины составлял более 100 тысяч рублей[1].

После издания Указа 1905 г. о веротерпимости среди московских старообрядцев вопрос образования стал весьма актуальным. Вот как описывалась ситуация в периодической печати: «С началом учебного сезона замечается усиленное просветительное движение среди старообрядцев, как мужчин, так и женщин. Многие поступили в высшие учебные заведения: университет, институты, на курсы, — очень многие хлынули в средние учебные заведения: в гимназии, реальные училища, коммерческие и т.д., — масса поступает в городские начальные и четырехклассные училища, а также в церковно-приходские школы. Кроме того, многие группами готовятся на аттестат зрелости; очень многие записались в народный университет»[2]. И попечители Рогожского богаделенного дома (так до 1906 г. именовалась община) предприняли меры по организации своих учебных заведений.

Указ о веротерпимости 1905 г. в отношении учебных заведений требовал формирования подзаконных актов Министерства народного просвещения. Но рогожские старообрядцы, не дожидаясь этого, летом 1905 г. обратились с просьбой к директору народных школ Московского учебного округа за разрешением открыть начальную трехлетнюю старообрядческую школу. И хотя Министерство народного просвещения выпустило директиву об открытии особых школ для детей старообрядцев только 12 февраля 1906 г.[3], директор в сентябре 1905 г. разрешает открыть на Рогожском кладбище такое училище. Сразу же на обучение было зачислено 20 мальчиков[4]. В сентябре 1906 г. была открыта школа для девочек, в которую приняли 20 учениц[5]. К сентябрю 1907 г. было принято решение объединить начальные школы для мальчиков и девочек в одну смешанную. Эта школа, претерпев в дальнейшем небольшие изменения, просуществовала до 1918 г. В начальной школе обучали три года чтению, чистописанию и Закону Божию. Обучение было платным, но плата была символической — 3 рубля в год. Желающих учиться было немало. Попечители определяли квоту обучающихся в начальном училище «ограничить в 1 классе 30 учеников от 8 до 10 лет, во 2 классе 30 учеников 9–12 лет, 3 классе — 20 учеников 10–13 лет»[6]. На самом деле, эта квота никогда не соблюдалась, и обучалось всегда более 40 чел. в одном классе. В 1907 г. в училище насчитывалось 127 учеников[7], в 1909 г. — 136 человек[8].

Первый опыт обучения выявил потребность в более серьезном учебном заведении. После успешного окончания первого учебного года в начальном училище, попечители Рогожского богаделенного дома 26 июля 1906 г. подали управляющему Московским учебным округом прошение с просьбой «разрешить открыть мужское 6классное Городское по Положению 1872 г. старообрядческое училище»[9]. В прошении указывалось, что содержание училища планируется обеспечивать за счет попечителей и испрашивалось разрешение приступить к занятиям с сентября 1906 г.

Уже 21 августа 1906 г. от директора народных училищ было получено разрешение[10]. Главным условием было то, что учителя должны быть выпускниками учительских институтов или иметь учительский ценз.

Такой неожиданный успех поставил перед рогожскими попечителями три насущные проблемы. Во-первых, для начала функционирования Городского училища нужно было срочно составить учебную программу. Во-вторых, требовалось создать некий образовательный Совет при общине, который занимался бы сугубо училищными делами, и, в-третьих, следовало набрать для училища соответствующий педагогический состав.

Вопрос учебно-методической организации решался со всей скрупулезностью. В архиве имеется безымянный проект «Рогожского старообрядческого училища»[11]. Даже без уточнения авторства этого проекта, мы можем судить о серьезности намерений старообрядцев. Условия поступления были стандартными для городских училищ. Необходимо было сдать экзамены по Закону Божию, русскому языку и арифметике. Преподавание планировалось осуществлять по существующим к тому времени учебникам и пособиям. Для преподавания старообрядческого Закона Божия в третьем и четвертом классах предписывалось использовать «учебник, лучший из существующих».

Следует заметить, что образовательная планка, заданная составителями Проекта, была достаточно высока. Учитывая, что в училище принимались дети возрастом от 8 до 10 лет, с первого года обучения в преподавание вводился немецкий язык, а с третьего — греческий, чего не требовало Положение 1872 г. Кроме языков, в старших классах вводилось изучение педагогики и бухгалтерии, чего также не требовалось Положением. Но не была введена гимнастика, предписываемая в п. 13 Положения. По этому учебному плану Городское училище и начало функционировать осенью 1906 г.

Второй вопрос выборные Общины решили созданием в конце 1906 г. нового отдела — Попечительского совета при училищах МСОРК. Председателем его был избран А.И. Морозов, товарищем председателя стал С.М. Кузнецов[12]. В апреле 1907 г. Попечительский совет был утвержден Общим собранием МСОРК[13]. Для юридической легализации нового отдела попечителю Московского учебного округа был представлен на утверждение список членов Совета. Кроме А. Морозова и С.М. Кузнецова в Совет были введены следующие члены общины: М.С. Кузнецов, С.П. Рябушинский, И.П. Трегубов, Н.П. Расторгуев, С.А. Морозов, С.Т. Соловьев, А.И. Пуговкин, инспектор народных училищ, Н.А. Пахорский, инспектор старообрядческого городского училища Х.Ф. Жеребцов, свящ. Иоанн Власов[14]. (Инспектор-учитель Х.Ф. Жеребцов был из новообрядцев[15].) Следует обратить внимание на состав Совета. В него согласились войти одни из самых состоятельных и авторитетных старообрядцев Москвы. Это свидетельствует об уровне внимания и серьезности, с которым отнеслись члены МСОРК в 1906 г. к образовательным начинаниям.

Попечитель округа для утверждения этого состава попросил от директора народных училищ Московской губернии предоставить ему сведения о благонадежности перечисленных лиц[16]. Главе округа было передано отношение московского градоначальника о политической благонадежности и нравственных качествах предложенных кандидатур. И 21 декабря 1907 г. попечитель округа утвердил состав Попечительского совета[17]. Этот Совет существовал до 1918 г. Показательно, что офисом Попечительского совета стали не помещения МСОРК, а контора Товарищества М.С. Кузнецова.

Третья проблема касалась педагогических кадров. Набрать преподавательский штат, имеющий необходимое образование, из числа старообрядцев не получилось. И община прибегла к услугам преподавателей из новообрядцев. Заведующим училищем стал Н.А. Пахорский, инспектором — Х.Ф. Жеребцов[18].

Из старообрядцев активным деятелем педагогического коллектива стал известный по нижегородским старообрядческим педагогическим курсам выпускник Рязанской духовной семинарии Д.Н. Гаретовский. Примечательно, что в отношении этого способного молодого человека, имеющего учительский ценз, сотрудничавшего в 1906 г. с епископом Иннокентием (Усовым)[19], было направлено особое ходатайство общины перед попечителем учебного округа. Управляющий округом разрешил Д. Гаретовскому временно исполнять обязанности учителя. (После поступления Д. Гаретовского в Московский университет 1 сентября 1907 г. он был освобожден от занимаемой должности[20].) Он преподавал самостоятельно в Городском училище церковнославянский и русский языки и вместе со свящ. Иоанном Власовым — Закон Божий[21].

По окончании первого полугодия в Городском училище инспектор Ф. Жеребцов вышел в Попечительский совет с предложением сократить учебный курс. Причиной этого стал первый негативный опыт: на развитие рогожских училищ негативное влияние оказывало отсутствие старообрядческих преподавателей и учебно-методических материалов. Преподавание, по существу, ничем не отличалось от обычных начальных школ. Старообрядческие училища находились под контролем Министерства просвещения, создавались строго по его нормативным требованиям, образовательный процесс обеспечивался существующими к тому времени нестарообрядческими учебно-методическими пособиями, преподавали в училищах по преимуществу педагоги-нестарообрядцы. Вот как реагировала на это газета «Слово правды»:

«Очевидно, старообрядцы поняли, что своих, специально старообрядческих, училищ, им не дождаться, да их не может быть, чему пример на Рогожском кладбище, где один Закон Божий преподается по-старообрядчески»[22].

Московская молодежь не шла учиться в свое старообрядческое городское училище. Для привлечения иногородних учащихся Попечительский совет публиковал объявления о приеме в Городское училище в старообрядческой прессе[23]. Попечительский совет ходатайствовал перед Советом МСОРК о выделении в здании общины помещений для приезжих учеников с назначением довольствия. При этом провинциальная молодежь показывала низкий уровень успеваемости. Из 136 учеников 1908–1909 гг., не окончили училище 48 человек, т.е. 40 %[24].

В этой ситуации Совет согласился с доводами Ф. Жеребцова и переименовал училище из шестиклассного в четырехклассное[25]. Но сокращение объема образования повлекло понижение статуса Городского училища. Оно уже не могло выпускать учителей начальной школы, а трансформировалось в «училище подготовительное к различным средне-учебным заведениям, а также к конкурсному экзамену в учительский институт. Само же оно прав народного учителя не давало: требуется дополнительный экзамен»[26]. Совет сменил директора Городского училища, новым руководителем стал коллежский асессор В. Попов[27].

Перед рогожскими старообрядцами стояла проблема педагогических кадров. В период 1907–1909 гг. в МСОРК предприняли попытку создать кратковременные педагогические курсы. Предпринятые усилия, потраченные средства не принесли ожидаемого результата.

Несмотря на неудачный опыт организации курсов, в 1910 г. при МСОРК продолжали функционировать два учебных заведения: трёхклассное смешанное начальное училище и четырёхклассное Городское училище. В 1909 г. в Городском училище был открыт 4-й класс. В начальной школе обучались 131 ученик, в училище — 60 учеников. Годовой бюджет на содержание училищ составлял более 10 000 руб.[28]

А. Рыбаков, который посчитал неудачу педагогических курсов собственным фиаско, продолжил работу в этом направлении. Он пошел дальше и в июне 1910 г. представил на рассмотрение Попечительского совета проект Старообрядческого богословского института[29]. Проект этого учебного заведения, которое задумывалось как учреждение по подготовке старообрядческих учителей и священнослужителей, был опубликован для общественного обсуждения[30].

Попечительский совет МСОРК одобрил этот проект и решил открывать его вместо Городского училища. Не дожидаясь открытия института, весной 1910 г. после первых выпускных экзаменов[31] в 4 классе Городского училища, который окончили 14 человек (поступало 30 учеников), Попечительский совет закрыл это заведение[32]. Ученики (около 100 человек) были вынуждены искать место для продолжения образования. Некоторые перевелись в Реальное училище, некоторые в Торговую школу, часть же из их числа изъявили желание поступить в предполагаемый к открытию Старообрядческий институт.

Попечитель учебного округа возмутился решением МСОРК закрыть Городское училище. Попечителя в первую очередь волновала судьба учеников. Представители общины пытались так объяснить ситуацию: «Городское училище не соответствовало запросам старообрядческого общества, ввиду чего Совет МСОРК закрыл кредит на содержание названного училища. Попечительский совет надеялся, что просьба совета будет удовлетворена в непродолжительном будущем и что он будет иметь возможность открыть в наступающем учебном году Старообрядческий институт, в который рассчитывал перевести учеников училища»[33].

Так закончилась история Городского училища на Рогожском. Решение о его закрытии негативно повлияло на отношение к образовательной деятельности МСОРК как у начальства учебного округа, так и среди самих старообрядцев. Напряжённость ситуации усугублялась ещё и тем, что некоторые уволенные преподаватели закрытого училища предъявили финансовые иски к общине, которые совет вынужден был улаживать.

В 1910/11 учебном году при МСОРК действовала только начальная школа. В трех классах этого училища обучались 122 ученика[34]. В 1911/1912-м — 133, в 1912–1913 г. — 117 учеников[35], в 1913/1914 уч. г. — 144 ученика[36]. Учителями в школе работали М. Назарова, А. Перетрухина, П. Титова[37]. В период 1906–1912 гг. начальным училищем заведовал Н.А. Пахорский. С 1908 г. попечительницей училища стала А.П. Рахманова.

В 1913 г. школа была преобразована в практическую начальную школу с пятилетним курсом обучения. Учреждение было опытной площадкой для студентов Старообрядческого института. Планировалось, что студенты института будут преподавать в школе с 1915 учебного года[38].В связи с поставленной задачей в школе была изменена программа, добавлены два класса. В этом же году при школе был открыт класс знаменного пения.

В 1913 г. значительно изменился состав Попечительского совета при училищах МСОРК. Председателем совета был избран С.П. Рябушинский, заместителями — Г.М. Кузнецов и С.Д. Милованов, почетными членами Совета — архиепископ Иоанн (Картушин) и епископ Александр (Богатенко). Членами Совета были: свящ. Петр Никифоров, И.А. Пуговкин, С.М. Кузнецов, И.П. Трегубов, А.Ф. Нырков, Н.М. Кузнецов, Г.А. Чудаков, Т.С. Морозов, П.П. Рябушинский и А.С. Рыбаков[39].

Сменился руководящий состав практической начальной школы. Попечителем стал Г.М. Кузнецов, а заведующим — А. Рыбаков. Кроме них, в школе служили законоучителем протодиакон Лев Овсянников, учителями Л.В. Осипова, М.С. Титова, П.С. Титова, О.М. Федотова, М.Д. Озорнов[40].

В 1913 г. при МСОРК открылась отдельная школа церковного пения, в которой обучались 36 учеников, приехавших из разных губерний России. Для повышения образовательного уровня слушателей школы пения Попечительский совет решил открыть для них общеобразовательные вечерние занятия. Организация этих занятий вызвала большой интерес не только у учеников школы, но и у взрослого населения Рогожской общины[41].

В 1914 г. в начальной школе сменился преподавательский состав. Учительницами остались сестры Титовы и пришла работать сестра Ф.Е. Мельникова — О.Е. Мельникова. Осенью 1914 г. в связи с начавшейся войной и ввиду того, что в помещениях для 1 класса был размещен лазарет для раненых, Совет решил не набирать учеников в 1 класс[42].

Осенью 1915 г. начальная практическая школа перешла в новое здание Старообрядческого института. В 1916 г. в ней резко — до 90 человек — сократилось количество учащихся. Годовой бюджет составлял 5800 руб.

В августе 1917 г. предполагалось некоторое развитие школы: объявлен набор учеников, бюджет школы увеличен до 8110 руб. в год[43], дети принимались на обучение в 1, 2, 3 и 5 классы [44].

В начале 1918 г. Комиссариат по образованию потребовал преобразовать начальную школу при Старообрядческом институте в начальную образцовую школу. В школе появились преподаватели-нестарообрядцы Д.М. Мишуров, Г.С. Кустарев. Вместе с тем учебное заведение по-прежнему действовало и финансировалось за счет  МСОРК.

Летом 1918 г. Попечительский совет был вынужден официально закрыть начальную школу при Рогожском кладбище[45]. 1 сентября 1918 г. учебный процесс в ней не возобновился. Обучавшиеся в ней дети оказались без занятий. Родители этих детей посчитали это возмутительным. Учителя школы (кроме П.С. Титовой и О.М. Федотовой) и родители без ведома руководства МСОРК сами пришли в Рогожско-Симоновский совет депутатов и потребовали, чтобы совет принял школу с помещениями и инвентарем на свой баланс и возобновил в ней занятия. Депутаты не замедлили этим воспользоваться и национализировали помещения и инвентарь и начальной школы, и института.

Показательна реакция на это Попечительского совета при МСОРК. На заседании Совета 11 октября 1918 г. учительница П.С. Титова зачитала решение Рогожско-Симоновского совдепа о переходе в его ведение начальной школы, бывшей при Институте и реквизиции помещения и инвентаря. Попечительский совет заявил протест, но не против такого самочинного захвата частной собственности, а против того, что захватил её районный совдеп. Попечительский совет полагал, что «начальная образцовая школа, как единое целое с Институтом, должно быть передана в ведение Центрального комиссариата по народному просвещению»[46]. Так завершилась образовательная деятельность Московской старообрядческой общины Рогожского кладбища.

За 13 лет активной деятельности МСОРК создала собственную полноценную систему начального и среднего образования: две начальных школы, Городское училище, педагогические курсы и Старообрядческий институт. Все учебные заведения МСОРК были созданы только за счет средств самой общины. Рогожское общество пыталось конкурировать с московскими учебными заведениями и старалось создать отвечающие запросам общества училища. При некоторых неудачах старообрядцы смогли на практике определить свои потребности, им стали понятны ближайшие цели и способы их достижения. Кроме этого, сложился коллектив спонсоров и педагогов. Стало ясно, что образовательный запрос старообрядческого общества намного выше того, что могла предложить община. Попечители на деле поняли необходимость привлечения квалифицированных педагогов, которые могли бы гарантировать высокий уровень образования.

С другой стороны, стало понятно, что никакой особенной старообрядческой педагогической модели не существует. Нет методических пособий, учебников, программ. Старообрядцы не смогли определить, чем на практике старообрядческое образование может отличаться от общепринятых образовательных систем. Проблемой стало обеспечение функционирования даже элементарной начальной школы[47]. Более того, появились первые педагогические жертвы подобных экспериментов (в первую очередь это ученики Городского училища, потратившие время и деньги на обучение в первых классах училища, которое посреди образовательного процесса неожиданно закрылось). Подобная дискредитация организационных усилий сыграла отрицательную роль в дальнейшей образовательной деятельности. Кроме этого, ограниченное количество учащихся свидетельствовало о том, что старообрядческие учебные заведения не пользовались спросом в среде московских старообрядцев. Старообрядцы уже привыкли обучаться в «иноверной» среде.

Источники

[1] Московская старообрядческая община Рогожского кладбища // Старообрядческая мысль. — 1915. — №8. — С. 727.

[2] Просветительное движение среди московских старообрядцев//Слово правды: газета. — 1907. — № 80.

[3] РГИА Ф. 733. Оп. 175. Ед. хр. 96 Л. 10; ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 1.

[4] См. о начальном училище на Рогожском кладбище: ОР РГБ. Ф. 246. К 213. Ед. хр. 34; ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 3; Общее собрание членов старообрядческой общины Рогожского кладбища // Церковь. — 1909. — №10. — С. 354; Экзамены в старообрядческой школе в Москве // Церковь. — 1908.  — №21. — С. 750–751.

[5] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 6.

[6] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 2.

[7] Общее собрание членов старообрядческой общины Рогожского кладбища. — 1909. — С. 354.

[8] Общее собрание Московской старообрядческой общины Рогожского кладбища // Церковь. — 1910. — №11. — С. 297.

[9] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 1.

[10] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 5.

[11] РГАДА. Ф. 1475. Оп. 1. Ед. хр. 87. Лл. 62–66.

[12] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 9.

[13] Постановление первого общаго собрания членов Московской старообрядческой общины Рогожского кладбища // Слово правды. — 1907. —  №32.

[14] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 29.

[15] О старообрядческом просвещении. — С. 1.

[16] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 31.

[17] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Л. 34.

[18] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 1; О старообрядческом просвещении. — С. 1.

[19] Старообрядческие пастырские курсы в Нижнем Новгороде. — №23.

[20] ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 4. Д. 4347. Лл. 5–6, 15.

[21] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 1.

[22] Просветительное движение среди московских старообрядцев.  — С. 3.

[23] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 3,10.

[24] Общее собрание Московской старообрядческой общины Рогожского кладбища.  — С. 297.

[25] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 1.

[26] О старообрядческом просвещении. — С. 1.

[27] РГАДА. Ф. 1501. Оп. 1. Ед. хр. 86. Л. 1–2.

[28] Общее собрание членов Московской старообрядческой общины Рогожского кладбища// Церковь. — 1910. — № 11. — С. 297.

[29] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 1.

[30] Рыбаков А. Старообрядческий богословско-учительский институт.  — С. 985–988.

[31] На Рогожском кладбище // Церковь.  — 1910. — № 24. — С. 616.

[32] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 4. Л. 2.

[33] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 5. Л. 2.

[34] Там же. — Л. 3.

[35] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 12. Л. 10.

[36] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 13. Л. 23.

[37] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 12. Л. 10.

[38] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 14. Л. 7.

[39] ОР РГБ. Ф. 246. К. 160. Ед. хр. 5. Л. 3.

[40] Там же. Л. 5.

[41] Там же. Л. 7.

[42] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 14. Л. 6.

[43] РГАДА. Ф. 1501. Оп. 1. Ед. хр. 36. Л. 2.

[44] Прием в училище Рогожского кладбища. // Слово Церкви. — 1917. —  № 26. — С. 485.

[45] ОР РГБ. Ф. 246. К. 160. Ед. хр. 6. Л. 3.

[46] ОР РГБ. Ф. 246. К. 159. Ед. хр. 5. Л. 4.

[47] Письма в редакцию. Преподавательница старообрядческого училища // Церковь. — 1910. — №12. — С. 324–325.