Главная Публикации История старообрядчества Правовое положение старообрядцев в начале XX века

Темы публикаций

Правовое положение старообрядцев в начале XX века

Старообрядческая часть населения Российской империи не пользовалась особенной любовью ни правительства, ни Русской Православной Церкви. История существования раскола связана с постоянным состоянием гонения, притеснения, положения вне закона. Относительные послабления при отдельных императорах никак не меняли общую картину положения. К началу XX века существовал целый ряд законодательных актов, ущемляющих гражданские права «раскольников» и, вместе с тем, рядом существенных преимуществ обладала Русская Православная Церковь. «Правовое положение старообрядцев к началу XX века в России было очень непростым. Их общины не имели официального статуса, не имели права владеть движимым и недвижимым имуществом, старообрядцам не разрешалось открывать школы и монастыри, самостоятельно вести метрические книги, преподавать своим детям Закон Божий, иметь особые кладбища, старообрядцы не были уравнены с лицами инославных исповеданий в отношении заключения браков с православными, старообрядческие настоятели и наставники не имели права так официально именоваться и не освобождались от призыва на действительную военную службу, не имели права официально отправлять требы в частных молитвенных домах, и целый ряд других ограничений». [1]

Правовое положение старообрядцев в начале XX века

Канун 1905 года поставил перед правительством проблему назревающего кризиса. 26 февраля 1903 года Николай II был вынужден подписать Высочайший Манифест «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка», в котором отмечалось, что «смута волнует умы…и необходимо принять меры, чтобы удовлетворить назревшим нуждам государства». [2] В том числе была отмечена необходимость осуществления «заветов веротерпимости». В манифесте подчеркивалось первенствующее и господствующее положение Православной Церкви, но отмечалось, что все подданные инославного и иноверного исповедания должны пользоваться свободным отправлением своей веры и богослужения.

В развитие положений, провозглашенных манифестом 1903 года, в декабре 1904 года был дан именной Высочайший Указ Правительствующему Сенату, которым предписывалось «подвергнуть пересмотру узаконения о правах раскольников, а равно лиц, принадлежащих к иноверным и инославным исповеданиям». [3] Этот Указ поставил перед правительством две проблемы. С одной стороны, косвенно ограничивались права господствующей Православной Церкви, она попадала в неравные условия с инославными конфессиями, так как еще существовал Святейший Синод с его обер-прокурором, определяющим деятельность Церкви. Инославным же конфессиям предоставлялась полная свобода действия. Этот вопрос должен был быть упорядочен. С другой стороны, правительству предстояло привести существующее гражданское законодательство, ущемляющее правовое положение старообрядцев и инославных вероисповеданий, в соответствие с манифестом.

Для обсуждения положения Православной Церкви было собрано соответствующее специальное совещание под председательством С.Ю. Витте. Решению другого вопроса — снятию ограничений законодательства в отношении, в первую очередь, раскольничьих толков, не желавших перейти в единоверие, был посвящен ряд заседаний Кабинета министров зимой 1905 года. Как свидетельствует Особый журнал Комитета министров, выписка из которого была опубликована в журнале «Миссионерское обозрение», на заседаниях был затронут большой ряд разнообразных вопросов. Во-первых, была определена отмена уголовного наказания за переход из официального Православия в другое вероисповедание. Было определено вероисповедное положение детей от смешанных браков, детей-сирот. Обсуждались отмена уголовного наказания за нарушение ограждающих православную веру постановлений, упорядочение системы метрических записей раскольников, отправления их духовных треб. На совещании было предложено отменить саму оскорбительную формулировку «раскольник», а также подвергнуть систематизации все раскольнические и сектантские толки в зависимости от их государственной и вероисповедной «вредности». Совет министров высказал свое положительное мнение «о признании за раскольническими благотворительными учреждениями и молитвенными домами значения юридических лиц… о порядке сооружения молитвенных старообрядческих и сектантских домов, закрытии их и о распечатании запечатанных молелен… об устройстве старообрядческих скитов и обителей… о публичном оказательстве раскола… о лицах, отправляющих у старообрядцев и сектантов духовные требы… о надзоре за старообрядческими печатными изданиями… о правах старообрядцев и сектантов по службе государственной и общественной». [4] Отдельным пунктом совещание рекомендовало «разрешить устройство старообрядцами и сектантами начальных школ и преподавание детям их Закона Божия». [5] Результатом обсуждения этих вопросов стало Постановление Комитета министров, легшее в основу Именного Высочайшего Указа Правительствующему сенату «Об устранении стеснений в области религии и об укреплении начал веротерпимости» 17 апреля 1905 года.

Положения Указа являлись поворотными в истории русского старообрядчества, значительно расширили свободу старообрядцев. Первый пункт этого Указа провозглашал свободу вероисповедания.

  1. «Признать, что отпадение от Православной Веры в другое христианское исповедание или вероучение не подлежит преследованию и не должно влечь за собой каких-либо невыгодных в отношении личных или гражданских прав последствий.
  2. Присвоить наименование «старообрядец», взамен ныне употребляемого названия «раскольник», всем последователям толков и согласий, которые приемлют основные догматы Церкви Православной, но не признают некоторых принятых ею обрядов и отправляют свое богослужение по старопечатным книгам.
  3. Признать, что во всякого рода учебных заведениях, в случае преподавания в них Закона Божия инославных христианских исповеданий, таковое ведется на природном языке учащихся, причем преподавание это должно быть поручаемо духовным лицам подлежащего исповедания и, только при отсутствии их, светским учителям того же исповедания». [6]

Эти основные пункты ставили старообрядцев на относительную высоту гражданских прав в России. Указ косвенно признавал ошибки прежнего руководства, определяя старообрядцев не раскольниками. Разрешение распространения старообрядческого образования свидетельствовало о даровании свободы вероучения.

Указ вызвал бурную неоднозначную реакцию во всех слоях населения Российской империи. Вместе с очень положительными оценками либералов, православное духовенство однозначно оценило Указ не только как нарушение господствующего положения Православной Церкви, но и умаление ее в правах в сравнении с другими исповеданиями. Епископ Гурий Симбирский отмечал, что «гражданское правительство едва ли имеет компетенцию решать двух с половиной вековой спор. Если правительство желает переменой имени тешить самолюбие раскольников, то оно тем самым унижает церковь». [7]

Во исполнение Высочайшего Указа 17 апреля 1905 года, для подробного анализа и разработки законодательных актов, касающихся веротерпимости, было образовано Особое вневедомственное совещание под председательством графа А.П. Игнатьева. С другой стороны, старообрядцы, воодушевленные свободами Высочайшего Указа, на шестом Всероссийском съезде старообрядцев в августе 1905 года разработали свой проект Устава старообрядческих общин. Этот документ был представлен в совещание графа Игнатьева и отдельно графу С.Ю. Витте. Совещание графа Игнатьева в марте 1906 года выработало проект «Правил о старообрядческих и сектантских общинах в 18 пунктах». В этом проекте не были учтены пожелания старообрядцев, и он был признан неудовлетворительным. В то же время С.Ю. Витте передал свой экземпляр старообрядческого проекта в Департамент общих дел, где «на основании сего проекта выработан был ,,законопроект о старообрядцах”». [8] После этого, 29 сентября 1906 года, в Министерстве внутренних дел прошло совещание с участием представителей всех старообрядческих согласий.

Указ был издан 17 октября 1906 года. Его полное название звучало так: «Именной Высочайший Указ, данный Сенату — О порядке образования и действия старообрядческих и сектантских общин и о правах и обязанностях входящих в состав общин последователей старообрядческих согласий и отделившихся от Православия сектантов». Этот законодательный акт (впоследствии несколько измененный и переработанный в Закон) явился завершающим звеном в деле введения свободы вероисповедания для старообрядцев. На основании данного Указа был определен порядок образования старообрядческих общин — всего лишь явочный. Группа старообрядцев, не менее 50 человек, подавала в губернское или областное правление заявление. Заявление учредителей служило основанием для внесения общины в реестр. Внесенные в реестр общины получали право избирать духовных лиц, сооружать храмы, молитвенные дома, проводить операции с недвижимостью (но на операции с недвижимым имуществом на сумму свыше 5000 рублей требовалось получение Высочайшего разрешения), учреждать богоугодные заведения и школы.

Помимо того, циркуляром МВД от 18 августа 1905 г. устанавливался следующий порядок перехода из православного в инославные или иноверные исповедания.

  1. «Лица, желающие перейти из православия в одно из инославных христианских исповеданий, обращаются о том с заявлением к местному Губернатору непосредственно или через уездную административно-полицейскую власть.
  2. Губернатор, при получении заявления… незамедлительно уведомляет о том православное епархиальное начальство и засим не позднее, чем в течение месячного срока со дня получения заявления, препровождает таковое на усмотрение местного инославного духовного начальства.
  3. О совершившемся присоединении православного к инославной вере духовное инославное начальство извещает Губернатора, который сообщает о том надлежащей православной духовной власти».

Можно сделать вывод, что, решая внутренние политические и государственные вопросы и уступая значительному давлению со стороны старообрядческой общественности, правительство было вынуждено идти на законодательные уступки в отношении старообрядчества. В результате старообрядцы как конфессия получили ряд значительных вероисповедных свобод. После издания Указа 1906 года старообрядчество испытало определенный подъем своего развития. С одной стороны, староверы имели теперь возможность в свободных условиях осуществлять необходимые действия, напрямую связанные с их обрядовой и вероучительной стороной жизни. Сразу же всколыхнулись старообрядческое храмоздательство, благотворительность, налаживалось положение дел в системе гражданского состояния – что касалось заключения семейных браков, записей в метрических книгах. Старообрядчество получило возможность свободно проводить богослужения, сохранять уклад своей жизни. «В итоге период с 1905 по 1917 г. мы вправе назвать духовным Ренессансом старообрядчества». [9] Перед старообрядчеством встали те проблемы, которые в прежние времена не имели актуальности вследствие полулегального существования этой значительной части населения. Эти проблемы накапливались веками, и некоторые из них требовали немедленного разрешения. Это вопросы взаимоотношений внутри старообрядческих согласий, когда они получили возможность легально объединяться под руководство единого центра; это взаимоотношения старообрядчества с господствующей церковью и гражданской властью; это соблазн участия в политической жизни государства; это возможность научной и периодической печати; и, наконец, вопросы образования, которым предстояло уделить большую часть сил.

Высочайший Указ о даровании вероисповедных свобод был результатом стечения многих обстоятельств. Но ни гражданское общество, ни Русская Православная Церковь, ни сами старообрядцы в своей массе не были готовы к такому внезапному обретению свободы. Требовалось значительное время, чтобы те же старообрядцы поняли, что с этой свободой можно сделать. Неопределенность позиции вынуждала постепенно нащупывать общие направления развития. Таким явным движением из стороны в сторону характеризуется наступивший период золотого века старообрядчества.

Список использованной литературы

  1. Ореханов Г., иерей. На пути к собору. Церковные реформы и первая русская революция. М.: ПСТБИ, 2002. С. 29.
  2. Полное собрание законов Российской империи. Собрание третие. Т. XXIII. 1903 г. СПб., 1907, №22581.
  3. Полное собрание законов Российской империи. Собрание третие. Т. XXIV. 1904 г. СПб, 1908, №25495.
  4. Миссионерское обозрение. М., 1905. С. 1039–1053.
  5. Миссионерское обозрение. М., 1905. С. 1055.
  6. Полное собрание законов Российской империи. Собрание третие. Т. XXIV. 1905 г. СПб., 1908.
  7. Старообрядчество: история, культура, современность. Альманах. Издательский отдел Музея истории и культуры старообрядчества. М., 1995. Вып. 3. С. 18.
  8. Правила 17 октября 1906 года о старообрядческих общинах и их духовных лицах. М.: изд. Московской старообрядческой книгопечатни, 1915. С. 29.
  9. Ореханов Г., иерей. На пути к собору. Церковные реформы и первая русская революция. М.: ПСТБИ, 2002. С. 30.