Главная Публикации Старообрядцы за рубежом Старообрядцы Варшавы в конце XIX — начале XX в.

Темы публикаций

Старообрядцы Варшавы в конце XIX — начале XX в.

Старообрядцы начали селиться на территории Польши (в то время Речи Посполитой) после церковной реформы, проведенной в середине XVII века патриархом Никоном. В окрестностях Варшавы проживали в основном беспоповцы, а в самой Варшаве существовала община староверов, приемлющих Белокриницкую иерархию.                                 

Старообрядцы традиционно продолжали заниматься земледелием (выращивали лен, овес, ячмень), животноводством, строительными промыслами, заготовкой и обработкой древесины. Среди них распространенным явлением было отходничество на сезонные работы в города, соседнюю Латвию. Староверы слыли солидными и предприимчивыми хозяевами, которые руководствовались правилом «честно заработанная и правильно используемая собственность не может быть грешной».                                                                                                 

Книги для старообрядцев в Варшаве печатал купец Михаил Григорьевич Соловьев. В 1784 г. он из Супрасля, где печатал книги для старообрядцев, вместе со своим помощником А. Чернявским перебрался в Варшаву, где заключил договор с владельцем одной из типографий печатником и книгопродавцем Петром Дюфором (1730–1797), уроженцем Парижа. Издание старообрядческих книг в Варшаве осуществлялось до 1788 г. и прервалось в связи с уходом в другую типографию А. Чернявского, который перешел на работу в Вольную типографию Я. Потоцкого.                

Покровский молитвенный дом

Во второй половине XIX веке в городе Варшаве появился старообрядческий молитвенный дом. Помещение для совершения богослужений предоставила местная старообрядка по фамилии Махоткина. Молитвенный дом был освящен в честь Покрова Пресвятой Богородицы.      

Мысль иметь священника в Варшаве местным старообрядцам подал архиепископ Московский Иоанн (Картушин). Тогда владыка приезжал в Варшаву, с местными староверами обсуждал вопрос о назначении священника, но со стороны варшавских христиан ясного ответа не последовало. Спустя некоторое время они сами обратились к архиепископу Иоанну с просьбой подыскать им настоятеля. Священник нашелся — отец Анатолий из Петербурга. Но, побывав в Варшаве, иерей признал, что ехать туда с многочисленным семейством весьма хлопотно. Впоследствии отец Анатолий был назначен на служение в Знаменскую церковь с. Чуровичи под Брянском. Другого же священника в Варшаву вскоре не нашлось. По приглашению варшавской старообрядки Махоткиной, отец Анатолий продолжал изредка бывать в Варшаве для исполнения духовных треб.

Большая часть местных старообрядцев была недовольна действиями Махоткиной и просила постоянного священника:

«Его Преосвященству Преосвященнейшему Михаилу, епископу Новозыбковкому и Екатеринославскому. Всепокорнейшее прошение прихожан-старообрядцев города Варшавы. Владыко Святый, да будет Вам известно о том, что, по историческим данным, появление старообрядцев в пределах Варшавы относится ко времени гонения их по всей матушке России, это приблизительно около восьмидесяти и шестидесяти лет тому назад. Род же Махоткиных, у которых существует в настоящее время храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы, как известно из личных рассказов содержательницы этого храма Устиньи Григорьевны Махоткиной, проживает около 90 лет в Варшаве и до сего дня в Варшавском старообрядческом обществе не имелось постоянного священника, хотя община зарегистрирована и настоятелем этой общины считается отец Анатолий, временно посещавший город Варшаву по приглашению прихожан для исполнения духовных треб. Владыко Святый, позвольте нам сказать одну нашу душевную истину, что из рассказов старожилов, ныне проживающих старообрядцев, хорошо известно, что со дня их переселения из России вследствие гонений и ради соблюдения веры Христовой, они жили и исполняли богослужение по своим обрядам без всякого притеснения со стороны гражданской власти и со стороны духовенства господствующей Церкви. Следовательно, Царь Небесный защищал их невидимо Причистою рукой, чрез своих небесных слуг — Ангелов, ради сохранения истинного учения и соблюдения Его Христовой Церкви, и они вполне имели полную возможность иметь не только временного, а постоянного своего духовного пастыря своих словесных овец, при желании, даже с того момента, когда присоединился к нам, старообрядцам, по совершившемуся чуду и Промыслу Божию, митрополит Амвросий, то есть с 1846 года. Вот уже прошло и с 17 апреля 1905 года, столь радостного и знаменательного для старообрядцев дня, более трех с половиной лет, как, по Промыслу Царя Небеснаго, была ниспослана свыше благая мысль Помазаннику нашему Государю Императору Николаю II о даровании нам, старообрядцам, свободного исповедания истинной христианской веры, преданной нам от Христа Спасителя, святых апостол и святых отец, и мы, старообрядцы города Варшавы, с такой дарованной нам милостью и до сего времени не двинулись вперед ни на один шаг, а остаемся на том же горизонте, на котором находились наши духовные собратья при гонении. Предки наши более 200 лет терпели мучения за веру и Крест Христов и все переносили с любовью без ропота, при всяком удобном случае искали себе духовного отца для душевного спасения и исполнения духовных треб. Нам в настоящее время в особенности все это дано от Царя Небеснаго и земнаго, но сердца наши окаменели, и уши наши не имут слуха к истинному понятию Священного Писания, даже и того мы не убоимся изречения Евангельского слов Христа Спасителя по данной им преемственной власти духовным отцам: «Аще свяжете на земле, связан будет на небеси, аще разрешите на земли, разрешен будет на небеси». Что же может быть для нас, грешных, страшнее этого? Мы все духовныя чада Христовой Церкви, не имея постоянного духовного отца, лишаемся столь благаго разрешения в своих содеянных множестве грехов от юности нашей до преклонных лет и до последняго воздыхания нашей суетной земной жизни.

Архиепископ Иоанн случайно возвращался с Освященнаго собора в 1904 году и проездом заехал в Варшаву в конце сентября или же в первых числах октября с диаконом Богатенко (ныне Божией милостью епископ Рязанский и Егорьевский) без всякого приглашения общества, а так равно и содержательницы храма госпожи Махоткиной, рассчитывая найти в ней любовь христианскую к принятию странников, а она их не приняла под предлогом болезни, так что архиепископу Иоанну с диаконом пришлось ночевать в еврейской частной гостинице во дворе владелицы Махоткиной. Это ли не доказательство ее необузданной гордости и непонимание долга и любви христианской, чтобы не принять Первосвятителя нашей Святой Церкви. Архиепископ Иоанн заезжал в Варшаву именно с той целью, чтобы лично побеседовать с госпожой Махоткиной о том, чтобы иметь своего постоянного священника, но, к сожалению, благия и душеспасительные мысли архиепископа Иоанна не увенчались успехом. Кроме того, он даже в свое время предполагал назначить священника в Варшаву и вместе с тем назначал временно на содержание священника до 400 рублей в год и от этой благой мысли архиепископа Иоанна также отказались по инициативе Махоткиной. Владыко Святый, от нижеизложенных обстоятельств по данной Вам благодати и ниспосланному свыше разуму Христом Спасителем, как приемнику и Предстоятелю Церкви, Вы можете составить свое справедливое убеждение и правый беспристрастный взгляд на то обстоятельство, почему мы до сего времени не имели постоянного священника, а лишь только посещал нас, по приглашению Махоткиной, отец Анатолий. Отцу Анатолию обществом неоднократно предлагалось быть нашим духовным отцом, на что он не изъявлял своего согласия и категорически отклонял общественное предложение» [1].                                                                                                       

Создание Одигитриевской общины   

После принятия закона об общинах в 1906 году варшавский купец-старообрядец Евтихий Трофимович Гладилин на своей земле устроил моленную. Затем он лично обратился к архиепископу Московскому Иоанну с просьбой о назначении постоянного священника, пообещав предоставить потенциальному настоятелю квартиру. Тогда владыка послал телеграмму в Харьков отцу Григорию Максимовичу Карабиновичу, чтобы он немедленно отправлялся в Варшаву. С 26 октября 1908 года он стал настоятелем Одигитриевской общины в Варшаве.    

Старообрядцы Варшавы в конце XIX — начале XX в.
Старообрядческий священник Григорий Максимович Карабинович

Григорий Карабинович родился в 1860 году в местечке Худяки Черкасского уезда Киевской губернии в новообрядческой семье. Григорий получил духовное образование в Киеве. 20 мая 1884 года Чигиринский епископ Виталий (Иосифов) рукоположил Григория во иерея к собору во имя великомученика Георгия в г. Тараща Киевской губернии. Духовные поиски привели Карабиновича к старообрядчеству. В 1895 году в Новозыбкове его присоединил к беглопоповцам священник Александр из Городни, который окормлял новозыбковскую беглопоповскую общину. Отец Григорий стал первым постоянным священником в этой общине и прослужил два года. Затем 10 лет он служил на Дону, потом в Нижнем Новгороде. Около 1907 года в Нижнем Новгороде отец Григорий перешел к старообрядцам, приемлющим Белокриницкую иерархию. Определением Московского архиепископа Иоанна от 8 января 1908 года Карабинович был «благословлен, согласно приговору харьковской общины от 30.12.1907, приходским священником при храме пророка Илии в Харькове.                                    

29 января 1909 года Варшавская старообрядческая община Белокриницкой иерархии при храме Пресвятой Богородицы Одигитрии была официально зарегистрирована. Теперь оставалось священнику и сочувствующим ему найти пути объединения всех воедино, но, к сожалению, этого не произошло. В Покровский молитвенный дом, где местные христиане собирались на молитву, священник принят не был. Новый Одигитриевский приход настаивал, чтобы надлежащая власть понудила объединиться, а прихожане Покровского молитвенного дома говорили, что им не хочется оставлять тот храм, в котором они молятся 75 лет, другая часть христиан продолжала считать своим духовным отцом священника Анатолия. Местные староверы писали Михаилу, епископу Новозыбковкому и Екатеринославскому:

«Ныне Богу было угодно вложить добрую и давно желанную душеспасительную мысль купцу Евтихию Трофимовичу и его супруге усерднейшей ревнительнице по вере Христовой Ольге Артемьевне Гладилиным; они обратились лично от себя и некоторых членов общины к Высокопреосвященнейшему архиепископу Иоанну Московскому о назначении постоянного священника в город Варшаву. Владыко архиепископ, как Первосвятитель нашей Церкви, имея заботу о вверенной ему свыше пастве духовных овец, немедленно назначил постоянным священником отца Григория, о чем возвестил и Вас, Владыко Святый, а в данное время в доме Гладилина по усердию и энергичной ревности отца Григория уже возникла община, которая не в далеком будущем будет зарегистрирована с пастырем духовных овец отцом Григорием. По неимению постоянного духовного отца приезжал к нам из посада Чуровичи отец Анатолий, а в настоящее время согласно Святым каноническим правилам не подлежало бы уже отцу Анатолию вмешиваться в чужой приход и поселять между прихожанами раздор, непримиримую вражду и своим появлением разрушать Христопреданный мир. Допустим, отец Анатолий приглашен госпожой Махоткиной, тем не менее ему известно, что в город Варшаву, архиепископ назначил постоянным священником отца Григория, он по прибытии из приличия, вежливости и соблюдения Христопреданного мира, как собрат по вере о Господе Исусе Христе, должен был прийти к отцу Григорию извиниться, тем он соблюл бы правила святых отец, заповедавших христианам любить друг друга, и подал бы своим поступком бывшим его духовным детям поучительный пример; после этого они, духовные отцы, были бы спокойны совестью и при совершении богослужения, а в особенности при совершении литургии, столь страшной Божественной службы: при совершении которой вся небесная сила не может зреть своими очима, а нам, грешным и окаянным, все это ни по чем. Между тем он приехал к нам в Варшаву и послал во все концы посланцев по торговым помещениям, приглашая их явиться на богослужение в праздник Богоявления Господня. Затем пошел по приходу со святой водою к тем прихожанам, которые уже подали заявление, посланное об исключении их из общины Покровской, и теперь остается здесь для совершения двух браков. Владыко Святый, буди Вам известно: отец Анатолий, состоя настоятелем прихода посада Чуровичи и будучи там зарегистрирован, как духовное лицо общины, он в тоже время, вопреки законам церковным и гражданским, заявил местному Варшавскому начальству, что он согласен быть настоятелем Варшавской Покровской общины и также оказался зарегистрирован в качестве духовного лица, то есть состоит приходским священником в двух различных епархиях, из которых одна Варшавская, согласно определению Освященного собора, состоит в ведении архиепископа Московского. Поэтому вопреки восьмому правилу Вселенского собора, оказывается, что в одном городе управляют христианским приходом два епископа, ибо отец Анатолий подведомствен Вам, Владыко Святый, а отец Григорий Московскому архиепископу. Ответ Ваш благосклонный и утешительный желательно, Владыко Святый, получить до наступления Великой четыредесятницы. Призываем на себя свыше мира, чрез Ваши теплыя Святительския ежедневныя молитвы пред Престолом Царя Небеснаго. 1 февраля 1909 года» [2].

Старообрядцы Варшавы в конце XIX — начале XX в.
Совет Варшавской белокриницкой Одигитриевской общины, 1909 год. Слева направо, сидят: товарищ председателя Ф.Х. Рубцов, священник Г.М. Карабинович, В.И. Афанасьев, председатель Е.Т. Гладилин, стоят: С.И. Дудников, В.Ф. Луговой, церковный староста (ктитор) Я.Г. Сарычев, казначей И.Ф. Федоров. Журнал «Церковь», 1909 г., № 18

Споры двух общин

4 февраля 1909 года Освященный собор старообрядческих епископов присоединил Варшаву к Московской архиепископии и постановил объединиться местным христианам-старообрядцам в одну общину: «Освященного собора старообрядческих епископов Постановление о приходе в городе Варшаве. Освященный собор, во Святом Дусе собравшийся в Царствующем граде Москве 4 февраля 1909 года, выслушав прошение христиан города Варшавы и лично объяснение их уполномоченных, постановил: причислить город Варшаву с ея окрестностями к архиепископии Московской, преподав богословие тамошним христианам объединиться в один приход в мире и любви, жить и трудиться на пользу всего общества. Смиренный Иоанн, архиепископ Московский старообрядческий; смиренный Иоасаф, епископ Казанский; смиренный Петр, старообрядческий епископ Бессарабский и Измаильский; смиренный Кирилл, епископ Балтский и временно Петроградский; смиренный Михаил, епископ Новозыбковский; смиренный Порфирий, епископ Самарский и Симбирский; смиренный Феодосий, старообрядческий епископ Кавказский; смиренный Иона, епископ Смоленский и Калужский; смиренный Ермоген, епископ Киевский и Житомирский; смиренный Александр, епископ Рязанский и Егорьевский; смиренный Мелетий, епископ Саратовский и Астраханский; смиренный Иоасаф, епископ Томский и всея Сибири» [3].                                                       

Теперь отцу Григорию Карабиновичу предстояло своим добрым примером поработать над объединением варшавских староверов. Все силы варшавских старообрядцев уходили на разрешение вопроса о пользовании местным кладбищем:

«Его Преосвященству Преосвященному Архиепископу Иоанну Московскому и всея Руси прошение Варшавской Одигитриевской общины. Владыко Святый, согласно извещения Вашего 7 февраля текущего года, на имя Одигитриевской общины, в котором Вы послали на нас свыше мир и свое Апрхипастырское благословение, дабы мы, грешные, могли приносить молитвы едиными усты и единым сердцем и славить имя Его. Ниспосланное Вами нам, грешным, свое Архипастырское благословение, которое, как духовное целебное лекарство, оказало нам великую помощь, вселило в нас, духовных чад и истинно православных христиан святой Христовой Церкви, веру и терпение, как и пророк Давыд говорил: «Терпяи и претерпех до конца, той да спасен будет». По делу кладбищенскаго недоразумения мы писали в Варшавскую Покровскую общину, по Вашему благословению, два отношения: одно в феврале месяце, в котором была приложена копия с Вашего письма, на которое получили ответ, что Покровская община не препятствует нам пользоваться кладбищем. Мы послали им второе отношение в конце апреля, раз вы не имеете препятствия к обоюдному пользованию кладбищем, то просили назначить время и место для разъяснения кладбищенского вопроса. Ответа на второе прошение от Покровской общины до первых чисел июля месяца получено не было. Какими-то неисповедимыми судьбами прибыл в Варшаву отец Иаков Никулин, который в этом деле как святитель истинной христианской старообрядческой православной Христовой Церкви, принял самое горячее участие, и с Вашим благословением, мы достигли желаемой цели в любви христианской, только благодаря отцу Иакову. По поводу обоюдного согласия мы написали договор в присутствии отца Иакова, который он утвердил своим подписом. Договор этот посвидетельствован нотариальным порядком в двух экземплярах, из них один передан в Варшавскую Покровскую общину. Более подробно и обстоятельно по кладбищенскому делу может Вам, Владыко Святый, передать отец Иаков. Когда прибыл в Варшаву отец Григорий, наша первая забота была образовать общину, которая с помощью Бога утверждена и признана юридической единицей, она могла все делать на законной почве, созидать и украшать благолепие храма Господня, где мы, грешные, находим себе душевное утешение от находящих на нас житейских бурь, волнений и искушений, кроме этого нам оставалось достигнуть желаемой цели, то есть обоюдного пользования кладбищем, что в настоящее время с Божией помощью мы достигли благодаря отцу Иакову, и, казалось бы, уже можно считать все дело оконченным, только оставалось достигнуть того, чтобы соединить обе общины в единую, и это при усердии духовного отца и его кротости можно было вполне достигнуть этой цели, но только не при отце Григории» [4].

Отец Григорий Карабинович и Одигитриевская община

Тем временем отец Григорий покинул Варшаву. Местные старообрядцы обвиняли его в том, что он отслужил только первые три дня на Светлой неделе, пропускал богослужения и допускал небрежение в молитве:

«Отец Григорий, как мы писали Вам, Владыко Святый, от 29 апреля сего года, действительно оказывал свое усердие до наступления праздника Святой Пасхи. На Пасху он совершал службу только первые три дня и уже вечерню во вторник Святой Пасхи служить отказался от переутомления, в действительно он со своим семейством во вторник в 3 часа отправился в гости и возвратился в 4 часа утра на квартиру. Этот факт подтверждается дворником; разве (неразборчиво) могут ходить по гостям? Разве подобные поступки могут делать истинные святители? И так мы прихожане продолжали молиться одни всю Пасху, а он считался усталым. Проводивши неделю апостола Фомы, он по окончании Литургии объявляет всем: «меня командирует Владыка в область войска Донского для ведения миссионерской беседы с беглопоповцами». Тогда члены общины во главе с председателем обратились с вопросом: «А что, батюшка, у Вас есть предписание Архиепископа?» «Я вам читал его письма раньше, а предписания у меня нет, а приеду я к Вознесению», и кроме этого добавил: «Если вам кажется, что я буду долго, то просите себе у Владыки заместителя на это время, а, может быть, он останется у вас навсегда». Священник Карабинович прибыл в Варшаву в Воскресенье за неделю до Троицы в 3 часа по полудни, ключи при отъезде от квартиры он поручил уставщику, который в часы прибытия священника Карабиновича отсутствовал, тогда он с попадьей как-то совершенно случайно влез в окошко. На первый день Троицы служба началась с 7 часов утра и окончилась ранее обыкновенных праздничных дней в ¾ десятого. В Покровской же общине служба была окончена о. Анатолием в полчаса 1-го»[5].                                                               

В своей записке Освященному собору епископов отец Григорий писал:

«Многовековое бесправное поношение старообрядчества не могло не повлиять на некоторые стороны приходской жизни отрицательно и на некоторые отклонения от внутренних распорядков, какие были твердо установлены и неизменно соблюдаемы в приходах древней святоотеческой Церкви… Между тем и теперь слышатся между священниками жалобы о вмешательстве в их приход своих предшественников, что влечет за собою неприятие между духовенством, злобу и разъединение между членами одного и того же общества, а святые отцы установили такие церковные порядки, которые всегда и везде ведут к миру, единению и христианской любви»[6].                                                                               

Архиепископ Иоанн, в свою очередь, отправил варшавским староверам послание, в котором указал на то, что по его поручению отец Григорий ездил на Дон, и отметил, что священник оскорблен недоверием общины [7]. В 1913 году он был переведен в церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы в доме Спиридонова на Малой Андроньевской улице в Москве [8]. Следует отметить, что в 1910–1915 гг. священник состоял законоучителем московского Коммерческого училища имени цесаревича Алексея. Широко известна литературно-полемическая деятельность Карабиновича, которую он начал в Нижнем Новгороде, где в 1907 году вышли его две брошюры: «Творящие дело Божие с небрежением (Быль из жизни духовенства господствующей Церкви)» и исторический очерк о старообрядцах г. Черкассы Киевской губернии. В 1912 году им была составлена также в качестве учебника «История древлеправославной старообрядческой церкви» (в 2 ч.). Карабинович является автором нескольких критических статей в адрес епископа Михаила (Семенова), а также ряда проповедей и других материалов.

Дальнейшая судьба варшавской старообрядческой общины       

Далее варшавским христианам-старообрядцам был предложен новый священник отец Матфей, служивший в Донской области. Он посетил Варшаву и дал согласие быть настоятелем местной церкви. Летом 1909 года, по возвращении на Дон, его прихожане убедили остаться у них. Следующим священником в Варшаве стал отец Афанасий.