Главная Документы Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Навигация по документам

Раздел документов — это летопись нашей Церкви. В новой версии сайта мы хорошенько поработали и собрали все важные постановления в одном доступном месте.

Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Вопросы расположены в несколько ином порядке, чем было предложено со стороны Русской Православной Церкви, дабы ответы имели логическую последовательность.

 

Вопрос от РПЦ №4

 Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Непосредственно перед принятием свт. Амвросия, 27 (по другим данным, 28) октября 1846 г., в Белой Кринице состоялся Собор Православной старообрядческой Церкви. Его основной темой стало определение способа чиноприёма митрополита, в том числе через формулирование отношения к тому сообществу, откуда переходил архиерей. Составной частью соборных деяний стало зачитанное там «Соображение о разных еретических верах, святыми Соборами осужденных, от которых действуемое крещение и хиротония достойны суть ко приятию в Православную Церковь без повторения», автором коего был преподобный инок Павел (Великодворский; известен и как Белокриницкий). Ниже приводится цитата из этого соборного документа, относящаяся к теме задаваемого нам ныне вопроса.

«Нынешние греки… Вселенскими Соборами не осуждены, а потому сии… подлежат чиноприятию по сравнению погрешности их, смотря на самое их действие, а не на согласие, что они мируют с Россиею и с митрополитами, иже у нас в Австрии (Львовскою и другими прежде бывшими малороссийскими епархиями) и в Сербии, имеющими крещение смешанное (трёхпогружательное и иное) и другие некоторые погрешности, коих Греческая Церковь не имеет. Греки в догмате веры о Самом Божестве никакой погрешности не имеют, что есть главный пункт Православия. Все Седмь Вселенских и девять Поместных православных Соборов приемлют, но приемлют еще и новомосковский неправославный Собор (1666 – 1667 гг.) о новых преданиях церковных. Однако сопротивно Российскому Синоду крещение трехпогружательное, во Имя Отца и Сына и Святаго Духа всеобдержно действуют, а обливательное латинскою схизмою порицают. А если патриарху в том обличен будет поп, то абие от парохии и от службы отлучается. В Греческой Церкви богослужение неправославное, перстосложение на благословение и моление и все прочее точно то самое, какое ныне в Великороссийской Церкви содержится… О содержащихся ныне в Греческой и Великороссийской Церкви новопреданиях хотя и не было такого суждения ересям и ограничения чиноприятия, каковое было на Вселенских и Поместных Соборах о… еретиках, однако видно из соборных деяний, учиненных значительными Соборами керженских и ветковских отцев, где по рассмотрении святоотеческих правил и событий и по соображении нововводств в Церкви Великороссийской с древними неправомудрствующими еретиками установлено принимать приходящих от Великороссийской Церкви священников и простых людей вторым чином; как и действовали даже и доднесь во всех наших христианских обществах неизменно. Итак, если мы, принимая от Великороссийской Церкви священников, не сомневались в том, что оная Церковь признает и обливательное крещение за истинное… то кольми паче о принятии ныне от греков приходящего митрополита за крещение никакового сомнения быть не должно, потому что Греческая Церковь в главном догмате веры состоит весьма справедливее Великороссийской… Итак, теперь, поступая к нам, митрополит Амвросий желает во всем последовать древлеотеческим преданиям и в присоединении к нашей Православной Церкви какому подлежит чину? Третьему ли, наравне с несторианами, евтихианами, севирианами, единовольниками и иконоборцами, как учинено было преподобными Савою и Феодосием в принятии патриарха Иоанна, и преподобным Максимом Исповедником – убежденного Пирра патриарха, принятого соборне Церковию, и самим Максимом, приявшим епископа Феодосия, Тарасием и Мефодием, приявшими иконоборцев? Или второму – наравне с наватианами и арианами? Так как и от Великороссийской Церкви принимаем священников, якоже и епископ Епифаний на Ветке был принят, – сие дело, то есть принятие митрополита Амвросия, учиним» (здесь и далее цит. по: Святитель Арсений (Швецов), епископ Уральский и Оренбургский. Собрание сочинений. Том 2. Исторические и историко-мемуарные сочинения. 1860-е – 1906 г. М. – Ржев. 2010. С. 120 – 125).

Приведённые выдержки из соборных деяний 1846 г. ясно свидетельствуют о следующем:

1) православные христиане-старообрядцы были убеждены, что Греческая Церковь, как и Великороссийская Синодальная, является еретическим сообществом, поскольку, при православной догматике, придерживается т.н. нового обряда и приемлет решения Московских Соборов 1666 – 1667 гг., утвердивших на Руси этот «неправославный», по убеждению соборян, чин;

2) вместе с тем Собор констатировал, что Греческая Церковь более строго, чем Синодальная Великороссийская, придерживается канонического обычая совершать Таинство св. крещения в три полных погружения, а крещеных иными способами (обливанием или окроплением) католиков крестит вновь, как совершенно не крещёных;

3) форма чиноприёма от Греческой Церкви в Православную Старообрядческую в 1846 г. определена ещё не была. Высказывались мнения как о приёме третьим чином, через покаяние, так и вторым чином, через миропомазание, в обоих случаях – с предварительным проклятием ересей.

Дополнительным аргументом в пользу применения третьего чина стало оглашенное на Белокриницком Соборе 1846 г. суждение Собора старообрядцев в Задунайском скиту, состоявшегося 23 июня того же 1846-го. Помимо уже приводившихся выше примеров принятия в Церковь через покаяние еретиков, чьё учение было весьма далеко от православного, здесь вспоминался и прецедент из истории Русской Церкви XV века: «Как явствует в Макарьевской Минеи Четии, месяца августа, на листе 46. Яко Исидор, митрополит Московский, присоединившийся к Папе Римскому на нечестивом Флоренском соборище (имеется в виду Ферраро-Флорентийский Собор 1439 г. – Ред.), поставил по латинскому обряду Даниила епископа на Владимирскую и Берестинскую (города Владимир-Волынский, ныне Украина, и Брест, ныне Беларусь. – Ред.) епархию, а когда Даниил отступил от Исидора, то принят был Ионою, митрополитом Киевским (т.е. Московским. – Ред.), третьим чином, который и позволил ему, Даниилу епископу, служить и хиротонисать, яко истинному святителю». Особо подчёркивалась и крайняя нужда во священстве в старообрядчестве того времени, как обоснование для снисхождения при присоединении архиерея: «У нас теперь настоит необходимая нужда в священстве: таковой ради благословной вины, еще же и за уважение столь высокого лица, надлежит принять и сего митрополита третьим чином». При этом послаблений чиноприёма отечественных новообрядцев не предполагалось: «Всеобдержное же принятие от Великороссийской Церкви приходящих священных и простых, как было у нас доныне, вторым чином, так и навсегда да останется в своей силе». Однако присутствовавший настоятель скита Макарий усомнился в справедливости подобного разделения приходящих. «Ради некоторых не весьма сведущих в Писании и не имеющих довольного рассуждения» он выразил мнение, что «ныне приступающего в наше Правоверие греческого митрополита долженствует принять вторым чином». И Собор, первоначально склонявшийся к принятию греков лишь через покаяние, согласился с настоятелем.

Такое же решение принял в конечном счёте и Собор в Белой Кринице: «Приступающему в присоединение к Древлеправославной Церкви греческому митрополиту Амвросию учинить принятие вторым чином посредством святаго Миропомазания». Иными словами, в 1846 г. в Православной старообрядческой Церкви способ присоединения лиц, имеющих трёхпогружательное св. крещение, переходящих от Греческой (Константинопольской) Церкви, был приравнен к уже давно к тому времени установленному чиноприёму от российских новообрядцев. Актуальность и действенность решений Белокриницкого Собора 1846 г. в настоящее время была подтверждена постановлениями Освященного Собора Русской Православной старообрядческой Церкви 2007 г. (п. 3, режим доступа к электронной публикации: http://rpsc.ru/docs/postanovleniya-coborov/postanovleniya-osvyaschennogo-sobora-russkoy-pravoslavnoy-staroobryadcheskoy-tserkvi-sostoyavshegosya-v-grade-moskve-2007-goda/).

 

Вопрос от РПЦ МП №2

Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Формулировка вопроса характеризует о. Иеронима как «оставившего свое служение и вышедшего из подчинения своему архиерею». Этим авторы вопрошания, возможно, намекают на отсутствие, по их мнению, канонического достоинства у названного священноинока, из-за указанных в формулировке обстоятельств.

Действительно, каноны Православной Церкви подвергают строгим прещениям, вплоть до лишения сана и даже отлучения от Церкви, нарушителей духовной дисциплины – клириков, самовольно оставляющих вверенное им служение и не подчиняющихся своему епископу. Однако речь в этих правилах идёт о ситуациях внутри Православной Церкви, когда происходит пренебрежение властью православного архиерея. Если же епископ является еретиком, то, напротив, послушание ему является каноническим преступлением для всякого считающего себя православным. Приведём несколько подтверждений этому из правил Церкви.

Толкование Вальсамона на 31-е правило свв. апостол:

«В каждом городе клирики и миряне должны подчиняться местному епископу, с ним собираться и участвовать в церковных молитвах, если не обличат его судом как нечестивого и несправедливого. Ибо тогда, если и отделятся от него, не будут осуждены».

Третьего Вселенского Собора правило 3-е:

«Аще же некоторым из принадлежащих к клиру, в каждом граде или селе, Несторием или его сообщниками возбранено священство за православное мудрование, таковым дали мы право восприяти свою степень. Вообще, повелеваем, чтобы единомудрствующие с православным и Вселенским Собором члены клира отнюдь никаким образом не были подчинены отступившим или отступающим епископам от Православия».

Двукратного Собора правило 15-е:

«Аще же неции отступят от некоего епископа не греховнаго ради извета, но за ересь его, таковии чести и приятия достойни суть яко правовернии».

Задолго до трагического раскола XVII века в Русской Церкви изложенные выше канонические принципы были подтверждены в книге «Просветитель» прп. Иосифа Волоцкого, в 12-м слове, суть которого выражена уже в заглавии: «Против ереси новгородских еретиков, говорящих будто если епископ будет еретиком и не благословит или проклянет кого-либо из православных, Божий суд последует его суду. Здесь же приводятся свидетельства из святых книг, что если еретик, даже будучи епископом, не благословит или проклянет кого-либо из православных, то Божий суд не последует суду еретика» (по изд.: Преподобный Иосиф Волоцкий. Просветитель. Издание Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. М., 1993. С. 307 – 314).

Поскольку, с точки зрения православных христиан-старообрядцев, новообрядческое служение и священноначалие о. Иеронима являлись еретическими, оставление того и другого как данным священноиноком, так и другими лицами, присоединявшимися к старообрядчеству на всём протяжении истории, были не нарушением, а, напротив, точным исполнением Священных канонов Православия, процитированных здесь выше.

Напомним в этой связи сходную по каноническому смыслу известную ситуацию из истории российского новообрядчества, сложившуюся в начале 1920-х годов. 12 мая 1922 г. патриарх Тихон (причисленный впоследствии к лику святых, сперва в РПЦЗ, а в 1988 г. и в РПЦ МП), под давлением представителей ещё не отвергнутого тогда как ереси обновленчества, за которыми стояла советская власть, подписал отречение от своих духовно-административных полномочий. 16 июня того же года три высших иерарха «тихоновцев» – митрополит Сергий (Старогородский; впоследствии патриарх Московский и всея Руси), архиепископы Евдоким (Мещерский) и Серафим (Мещеряков) официальным письмом признали обновленческое «Высшее Церковное Управление» в качестве «единственной канонической церковной власти». 3 мая 1923 г. обновленческий «Второй Поместный Всероссийский Собор» принял решение об «извержении из сана и лишении монашества» патриарха Тихона, а 7 мая «отлучил от Церкви» всех участников учредительного Собора РПЦЗ 1921 г. в Сремских Карловцах (Сербия). Более того, было «упразднено» и само патриаршество, как «монархический и контрреволюционный способ руководства Церковью». В свою очередь, патриарх Тихон, на тот момент – письменно отрекшийся от своей власти, анафематствовал данный «Собор» как «незаконное сборище» и «учреждение антихристово». 15 апреля 1924 г. он запретил в служении руководителей обновленческого раскола и возбранил тем, кто признавал его патриархом, вступать с обновленцами в молитвенное общение. Несмотря на это, последующие мероприятия обновленцев получили прямую поддержку со стороны Константинопольского Патриархата. Почётным председателем обновленческого «Великого Предсоборного Совещания Российской Православной Церкви» 10 – 18 июня 1924 г. был избран Вселенский патриарх Григорий VII, приславший на это собрание своего официального представителя – архимандрита Василия (Димопуло). Второй всероссийский «Собор» обновленцев 1 – 10 октября 1925 г. проходил под почётным председательством следующего Константинопольского патриарха Василия, который направил избравшим его на эту формальную должность приветственное послание. 19 сентября 1934 года решением обновленческого Синода сообщество сторонников патриаршей Церкви было определено как «еретичествующий раскол», было запрещено посещать патриаршие храмы и причащаться там. Иными словами, в Советской России 1920 – нач. 1930-х гг. почти воспроизвелась ситуация раскола середины XVII века. Как и тогда, «новолюбцы» получили поддержку государственной власти и ряда т.н. Поместных Православных Церквей, в первую очередь Константинопольской, а приверженцы старины (хотя и новообрядцы) были объявлены «раскольниками» и подвергнуты гонениям. При этом современная Русская Православная Церковь Московского Патриархата, как известно, придерживается убеждения, что в указанном конфликте правыми, отстаивавшими истинно канонические позиции, были патриарх Тихон и его единомышленники. Выражаем надежду, что точно так же в вашей среде будет со временем пересмотрено и отношение к православным христианам, вне зависимости от наличия или отсутствия у них духовного сана, которые не приняли пресловутых «церковных реформ» патриарха Никона (названных «безосновательными» на Поместном Соборе РПЦ МП 1971 г.) и вышли из духовного единства с принявшими их.

 

Вопрос от РПЦ МП №3

Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Согласно канонам Церкви, право освящать св. миро принадлежит исключительно епископам. Однако теми же правилами предусмотрена возможность восполнения оскудевающего св. мира при его оскудении путём разбавления растительным маслом. В частности, об этом говорится в старопечатной книге Матфея Правильника (Властаря), византийского канониста XIV в.: «Аще скудство будет Мира в божественных крещениях и церквоосвящениях, и во иной сего потребе, обретающемуся малому Миру примешати елей прощено есть, яко да сице умножившися, удовлит исполнити освещение требующим то» (состав «омега», ответы Иоанна Китрошского, гл. 15). О том же сказано в Чине освящения церкви в составе Большого Потребника патр. Филарета (1621 г.): «Приемлет (освящающий храм архиерей или священник) сосуд, Мира святаго исполнен, или с маслом смешено за скудость» (л. 31).

Соответственно, при сокращении запасов св. мира, освященного епископами в период до т.н. «церковной реформы» патр. Никона, православные христиане-старообрядцы, на основании процитированных выше правил, прибегали к разбавлению мира маслом. По некоторым историческим свидетельствам, в XVIII – нач. XIX вв. у древлеправославного духовенства сохранялось миро ещё времён святейшего патриарха Филарета (Мельников Ф.Е. Указ. соч., с. 122). Именно таким св. миром дораскольной эпохи, разбавленным впоследствии елеем, и помазывался святитель Амвросий во время присоединения к старообрядчеству.

 

Вопрос от РПЦ №1

Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Данный вопрос, равно как и последующие, не является для старообрядчества новым. Ещё перед принятием святителя Амвросия, на Белокриницком Соборе 1846 г., целиком посвящённом теме предполагавшегося принятия митрополита, некоторые из его участников, по свидетельствам очевидцев, недоумевали, «может ли священник принять епископа, когда по церковному узаконению меньший от большего благословляется?» (эта и последующие цитаты приводятся по изд.: Святитель Арсений (Швецов), епископ Уральский и Оренбургский. Собрание сочинений: Вып. 2: Исторические и историко-мемуарные сочинения. М; Ржев. 2010. С. 124 – 126). Решение Собора было следующим: «Аще меньший от большего и благословляется безпрекословно, по церковному узаконению, но по тому же самому узаконению и меньший большего связует и разрешает. Сиречь, егда самим Святейшим Патриархам духовные отцы, точию суще священники, епитимии налагают и прощают, власть имеют вязати и решати. Разньство бо епископа от иерея токмо суть строения ради чинов, как свидетельствует Святая Церковь в книге «Кормчей», во главе 36 на листе 283 на обороте в красных строках сице: «Токмо яко не поставляет иерей от епископа разньствует, священство же совершенно имать».

Подобне и святый Иоанн Златоуст в «Книге о священстве» на листе 247 глаголет сице: «Яко немного есть посредство между епископы и презвитеры, ибо и презвитери учительства сан и настоятельство церковное на ся прияли суть. Постановлением бо на степени над тех они вышши суть, и сим токмо видятся от презвитерей больше имети».

Сице и в «Беседах апостольских» на Послание к Тимофею на стр. 2451 подтверждается. Такожде и в книге «О правой вере» на листе 182 засвидетельствуется.

Да и по другому рассуждению, если бы Святая Церковь, идеже не сущу епископу, не уполномачивала иереев в принятии священных лиц, от еретик приходящих, равномощным исправлением и поданием благодати Святаго Духа на священнодействие, то всяко в соборных правилах и Номоканонах непременно ограничила бы разделением: дабы принимать от ереси простых людей иерею, а хиротонисанных архиерею, но сего разделения нигде во Святом Писании не видится, даже и не слышится, кроме всеобдержного изречения: приимати архиерею или иерею. Зри в «Большом Потребнике» в «Чине приятия от ереси приходящих». И паки в «Кормчей» Лаодикийского Собора правило 7–8 гласит сице: «Приходяй к соборней Церкви, веру исповесть пред епископом или презвитером». О чем и преподобный Никон Черной горы в книге своей в слове 63 на листе 563 подтверждает тако: «Яко тем же чином епископское приятие, и не к тому может Церковь правило некое излагати епископского ради приятия».

Итак, благоявленно есть, яко всяк православный священник, аще чины строити, сиречь хиротонисати не может, понеже не имеет совершительной благодати, какова дана суть епископам. Обаче священнодействовати и совершати Таинства равну силу и благодать имать, якову же имут и епископы, архиепископы, митрополиты и даже самые патриархи, якоже явствует в «Большом Потребнике» на листу 318. Но как приходящим от ереси священным лицам не требуется та совершительная, то есть сановоздаятельная благодать, а точию утвердительная, сиречь печать дара Святаго Духа, то оную как иерею, так и архиерею, приходящим от внешней религии, сущим трехпогружательного крещения, православный священник без всякого сомнения подать может, как свидетельствует святейший архиепископ Тимофей Александрийский в «Кормчей» на листе 606, яко «и возложением руку презвитерску и молитвою весть приходити Дух Святый, якоже свидетельствуют Деяния святых апостол» (конец цитаты из Деяний Белокриницкого Собора 1846 г.).

Дополнительным каноническим свидетельством полномочий священника «вязать и решать» в отсутствие епископа является 52-е правило Карфагенского Собора, где прямо говорится: «Кающимся время покаяния, по различию грехов, да назначается судом епископов: презвитер же без воли епископа не разрешает кающегося, разве во время належащия нужды, в отсутствие епископа» (здесь и далее цитаты по изд.: Правила Святых Поместных Соборов с толкованиями. М., 2000 (репринт с изд.: М., 1880). С. 503 ). Именно таким случаем «належащей нужды», с точки зрения православных христиан-старообрядцев, и явилась безрезультатность попыток изыскания православных епископов.

В качестве же исторических прецедентов чиноприёма священниками приходящих от ереси епископов упомянутый выше Белокриницкий Собор 1846 г. упомянул в «Деяниях» описанные в Житиях свв. Савы Освященного и Максима Исповедника следующие эпизоды:

– принятие прп. Савой Освященным от ереси севириан патриарха Иоанна;

– принятие прп. Максимом Исповедником от ереси единовольников епископа Феодосия.

Примеры духовных тайнодействий священников над архиереями возможно найти и в гораздо более поздние исторические периоды, в том числе и в новообрядческой среде. Их описывал, в частности, известный апологет старообрядчества 1-й пол. ХХ в. Ф.Е. Мельников: «Как в старообрядческой Церкви, так и в новообрядческой, епископов и митрополитов исповедуют священники, они же их и маслопомазуют (соборуют), и никто при этом не смеет сказать: «Меньшее от большего благословляется». Знаменитый Киевский митрополит Антоний (Храповицкий), впоследствии председатель эмигрантского Синода (в Карловцах) посетил Афон, будучи уже эмигрантом, и там во время богослужения его, митрополита, помазывал освященным маслом простой игумен (Архимандрит Феодосий. С митрополитом Антонием на Афоне// Православная Русь. 1937. Т. 20). Никакого ни унижения сановитому иерарху при этом не произошло, ни тем более «смазывания» его сана. Он ещё испытал особую радость, что такой неважный чин, игумен, помазал его, блаженнейшего митрополита. Почему же священноинок (Иероним) не может помазать митрополита миром святым?» (цит. по: Мельников Ф.Е. Краткая история Древлеправославной (старообрядческой) Церкви. Барнаул, 1999. С. 228 (в подстраничном примечании)).

 

Вопрос от РПЦ №5

Ответы на вопросы Русской Православной Церкви

Святитель Геннадий Схоларий, патриарх Константинопольский (14541456), поучает: «Уверяем вас о Господе, что кто в наше время (во время бедствий) требует строгого соблюдения всех обычаев и уставов Церкви, как это было во время свободы христиан, тот есть враг христианства и полагает бремя на бессильных; а кто прощает малое, да сохранит целое, тот имеет дух апостольский». Ещё ранее о том же писал преподобноисповедник Феодор Студит: «Во время ереси, по необходимости, не все бывает непременно по правилам, установленным во время мира».

На момент присоединения свт. Амвросия, в 1846 г., не было ни одного православного епископа. Когда же этот переход состоялся, митрополит Белокриницкий оказался единственным православным архиереем.

Таким образом, митрополит Амвросий советовался со всей полнотой Церкви, насколько это было возможно в то время. Обращение же по духовным вопросам к инославным иерархам является тяжким каноническим преступлением, о чём более детально уже говорилось выше в ответе на вопрос 2. Однако вместе с тем он в своих действиях не поступал самочинно, опираясь на пример многих древних святых отцов, действовавших во время гонений подобным образом, а также патриарха Иеросалимского Феофана, который в 1620 году единолично рукоположил Митрополита Киевского Иова Борецкого, восстановив в Малороссии православную иерархию, оскудевшую от гонений униатов.

Это вовсе не было нарушением Апостольского правила. И святые отцы писали подобным образом. Так, Бéда Достопочтенный упоминает письмо святителя Григория Двоеслова, автора литургии Прежеосвященных Даров, к архиепископу Кентскому и Британскому Августину, в котором святитель указывает ему на возможность рукополагать епископов единолично.

Многие святители Христовой Церкви во времена гонений единолично рукополагали епископов, причем даже и не в пределах своих церковных областей. Новообрядческий публицист В. Авболеб в статье «О единоличном рукоположении», опубликованной в нижегородском журнале «Старообрядец» в 1907 году (№2), перечисляет многочисленные примеры признанных Церковью ещё в древности единоличных хиротоний архиереев:

«1) Святой священномученик Автоном поставил единолично во епископа Корнилия (Пролог 12 сентября).

2) В Персиде во время гонения на христиан епископ Илиодор поставил вместо себя во епископа Дидана пресвитера (Пролог 9 апреля).

3) Святой Евсевий Самосатский также рукополагал единолично епископов, как об этом повествуется в Четьих Минеях 22 июня: «Многия правоверных церкви бяху без своих служителей, и святительские престолы без архиереев, ово от ариан в Константиево царство, ово же от кумирослужителей во Иулианово владение и иным избиенным, и иным разгнанным бывшим: и аще бы не прекратил Господь Иулианова живота и царства, едва бы какая церковь с служителями своими осталась цела. В такое лютое время, Евсевий святой, утаив сан свой святительский, в воинская облекся, обхождаше Сирию, Финикию и Палестину, утверждая христианы в святой вере и надежде, и аще обреташе церковь без служителей, поставляше иереи и диаконы (следовательно, вопреки 35 пр. ап.) и прочие клирики, а иноде и епископы постави от тех, иже обрете отмещущих ариевы догматы, мудрствующих православно».

4) В «Памятниках древней христианской церкви» (1 т., стр. 55 и 56, изд. 1829 г.) имеется такое свидетельство: «Посему, когда арианство угрожало Церкви опасностью, Афанасий Великий, возвращенный из заточения, в разных городах, через которые проходил, хотя они были и не его епархии, рукополагал не обинуяся, то же делал Евсевий Самосатский во время гонения от ариан при Валенте. Он, по свидетельству Феодорита, одетый в воинское платье, прошел всю Сирию, Финикию и Палестину, рукополагая пресвитеров и диаконов, поставляя на другие церковные степени и исправляя все бывшие в церквах беспорядки. Равным образом в Сирии, Киликии и других местах, которые исчисляет Феодорит, рукополагал он епископов. Все сие было противно общим правилам, но требовало того благосостояние Церкви, которая в таких случаях давала им власть поступать как епископам целой Вселенской Церкви».

Из этих доказательств ясно видно, что Святая Церковь никогда не считала при трудных для нее обстоятельствах единоличное рукоположение епископа за такой важный грех, чтобы иерархическое лицо, совершившее такое рукоположение, признаваемо было извергнутым. Наоборот, признавала как совершенное рукоположение действительным, так точно считала за епископа и совершителя. Вот как прекрасно говорит об этом известный церковный историк рубежа XIX–XX вв., член господствующей Церкви Владимир Александрович Керенский:

«Поэтому-то Церковь не требовала вторичного рукоположения над получившими епископскую хиротонию единолично. Поэтому-то с другой стороны Церковь в иных случаях даже положительно дозволяла такого рода хиротонию, ясно показывая этим, что она признает ее действительною по существу. Соответственно этому, в истории Древнехристианской и Православной Церкви, как и в истории Церкви Западной, было также немало такого рода примеров, что епископская хиротония, совершенная единолично, признавалась действительною. Известно, например, что Садерий, епископ Палебикский, рукоположен только одним епископом Филоном Цирензийским, и однако же Афанасий Великий не только признал его в этом сане, но потом, по свидетельству Папы Синезия, счел достойным возведения на митрополию Птолемаидскую.

Точно так же Павлин Антиохийский поставил Евагрия, своего преемника, один без участия кого-либо из епископов. Блаженный Феодорит также свидетельствует, что епископы Рима и Антиохии признали Евагрия истинным епископом и не оспаривали как его собственного рукоположения, так и тех рукоположений, которые потом совершены были им над другими (а Синодальная Церковь поступает в этом случае совершенно наоборот). Известно далее, что святой Автоном, епископ Вифинии, поставил единолично себе преемником некоего Корнилия, что Евсевий Самосатский, в царствование Валента, когда было сильное гонение на православных от ариан, одетый в воинское платье, прошел всю Сирию и Киликию, рукополагая единолично не только диаконов и пресвитеров, но и епископов, что то же самое делали Афанасий Великий, Григорий Назианзин, святой Иоанн Златоуст и некоторые другие знаменитые отцы древне-нераздельной Церкви.

Мало этого, мы имеем примеры единоличного поставления во епископы в нашей собственной Церкви [то есть Синодальной]. Не перечисляя всех подобного рода примеров, укажем лишь на пример из нашей истории сравнительно недавнего времени. В Иркутских епархиальных ведомостях за 1869 год читаем, например, следующие строки о посвящении Иоасафа Болотова: 10 апреля 1799 года, в неделю Ваий, американский миссионер архимандрит Иоасаф Болотов был хиротонисан во епископа Кадьякского одним иркутским епископом Вениамином (Иркутские епархиальные ведомости. 1869 г. № 4, ст. 43).

Несомненным можно считать то, что в некоторых отдельных случаях Церковь дозволяла и единоличную совершенную епископскую хиротонию, несмотря на каноническую неправильность ее. Такие отдельные случаи – случаи церковной нужды, для которой, как известно, закон не лежит и в силу которой канонические неправильности в области Таинства священства, равно как и в области других Таинств, допускались в древности» («Старокатолицизм» Керенского В.А., Казань, 1894. С. 164, 5).

Итак, из сих свидетельств понятно, что совершенное единолично рукоположение епископа при трудных для Св. Церкви обстоятельствах всегда признавалось древнею Святой Церковью законным. Поэтому нет решительно никакого основания миссионерам и беспоповцам отрицать законность за старообрядческой иерархией, ибо митрополит Амвросий совершил единоличное рукоположение именно в такое время, когда Святая Церковь переживала страшное гонение со всех сторон и крайнюю церковную нужду.

Полагаем, статья представителя новообрядческой церкви дает убедительный ответ на ваш вопрос. Указанные в ней же примеры показывают, что и прочие приведённые вами правила нисколько не нарушены, ибо в них говорится о необходимом церковном порядке во время мира, а не в годы гонений на Церковь. Во времена же гонений святые отцы избирали меньшее из двух зол: либо сохранение Церкви при небуквальном исполнении правил, положенных для мирного времени, – либо исполнение буквы правил в неподходящих условиях, приводящее к разорению Церкви. Во втором случае святые правила становились бы причиной разрушения Церкви, а не созидания, что было бы чудовищным и неразумным.

И если даже без такой великой нужды, какая была у гонимых староверов, Синодальная Церковь допускала в своих рядах единоличные епископские хиротонии, то с её стороны странно ныне слышать упреки к святителю Амвросию Белокриницкому в неисполнении святых правил.

При этом и в истории российского новообрядчества имеются прецеденты признания апостольского преемства, а следовательно, основ канонической законности, иерархий в сообществах, по вероучению далёких от Православия, в отличие от русских староверов. Данное обстоятельство официально провозглашалось, в частности, синодальными авторами XIX в.: «Православная Церковь неодинаково относится к иноверным христианским религиям, признаёт в некоторых, например, законность и правильность преемственно от апостольских времён существующего у них священства, а с тем вместе и благодатную силу прочих Таинств» (Субботин Н.И. О сущности и значении раскола в России. СПб, 1881. С. 11). По имеющимся у нас сведениям, такое признание со стороны российских новообрядцев имеют католики (в том числе старокатолики и мариавиты), англикане, армяне, сирохалдейцы и мельхиты (возможно, этот перечень не полный).

Ни тени сомнения не вызывает у вас и иерархия Болгарской Православной Церкви. Несмотря на то, что с 1872-го по 1945(!) годы все её священнослужители, от высших до низших, находились в состоянии извержения из сана и отлучения от Церкви со стороны Константинопольского Патриархата, во вполне каноничном духовном подчинении у которого находились болгары в момент вынесения упомянутых прещений. Более того, в новейшей истории той же Болгарской Церкви имел место раскол 1992 – 1998 гг., когда отделившиеся от тогдашнего патриарха Максима клирики объявили его интронизацию «неканоничной». Они создали альтернативный Синод во главе с таким же патриархом, Пименом (Эневым), начали совершать хиротонии, в т.ч. архиерейские. В ответ патриарх Максим и оставшиеся верным ему иерархи изрекли суровые прещения. В частности, провозглашенный патриархом Пимен был лишён епископского сана и анафематствован. Собравшийся с целью уврачевания этого раскола в 1998 г. в Софии Всеправославный Собор с участием представителей тринадцати Поместных Церквей, в том числе семи патриархов (включая Московского и всея Руси Алексия II), вынес следующие постановления:

  1. Раскол лишает пребывающих в нём освящающей благодати Святаго Духа.
  2. Анафема, произнесённая Болгарской Церковью во главе с патр. Максимом в адрес Пимена (Энева), была снята, а его епископский сан восстановлен.
  3. Неканонически совершённые в расколе епископские, священнические и диаконские рукоположения были признаны действительными. Кроме того, в постановлении Собора провозглашалось: «Совершенные ими (раскольниками) противоканонические чинодействия объявляются аутентичными, действенными и преподающими благодать и освящение». Болгарская Церковь, по решению Собора, должна была признать рукоположенных в расколе епископов.

Первый из этих пунктов абсолютно противоречит двум последующим: если раскольники с момента отделения от Церкви лишены благодати Святаго Духа, как могут быть действенными совершаемые ими Таинства? Тем не менее объявленное безблагодатным затем соборно признано «преподающим благодать и освящение». Предполагаем, что причиной этого явилось в первую очередь горячее и искреннее стремление участников Собора к миру церковному. Именно таким образом, чему можно было бы привести ещё немало примеров из истории, и преодолеваются, казалось бы, совершенно неустранимые препятствия не только канонического, но даже и догматического характера (как в названных выше случаях с католиками, англиканами, армянами и пр.). Выражаем надежду, что и в отношении иерархии Русской Православной старообрядческой Церкви с вашей стороны будет проявлено такое же благое стремление. Тем более, что ещё в начале ХХ века отдельные ваши представители в духовном сане публично заявляли: «Не подлежит ни малейшему сомнению факт, что митрополит Амвросий имел вполне законное и благодатное преемственное апостольское рукоположение» (слова принадлежат Симбирскому епархиальному миссионеру о. М. Головкину, см. Православный путеводитель. 1906. № 9. С. 702). Признание вами этого обстоятельства на некоем более высоком уровне вашей иерархии в настоящее время значительно улучшило бы взаимоотношения между нами. Об этом мечтали апологеты старообрядчества ещё в начале ХХ века, в частности, известный начётчик и публицист Фёдор Ефимович Мельников. По его словам, к которым ныне присоединяемся и мы, это признание сделало бы отношения между православными христианами, приемлющими священство Белокриницкой иерархии, и вами «братскими, любвеобильными, почтительными, вполне каноническими и истинно церковными» (Мельников Ф.Е. Краткая история Древлеправославной (старообрядческой) Церкви. Барнаул, 1999. С. 344).