Главная Публикации Персоналии Святитель Арсений Уральский и митрополит Иннокентий Белокриницкий — светочи старообрядческого начётничества

Темы публикаций

Святитель Арсений Уральский и митрополит Иннокентий Белокриницкий — светочи старообрядческого начётничества

В настоящем труде читателю предоставлены основные события биографий, интересные жизненные моменты, а также краткий вероучительный разбор сочинений всем известных в старообрядчестве, выдающихся епископов-апологетов: Арсения Уральского, Иннокентия Белокриницкого, Михаила Канадского.

Святитель Арсений Уральский и митрополит Иннокентий Белокриницкий — светочи старообрядческого начётничества

Сегодня существует немало исследований: книг, монографий, статей, посвящённых защите Старой Веры, и, в частности, духовной, просветительской и церковно-административной деятельности по-настоящему, без преувеличения, великих старообрядческих епископов Арсения Уральского, Иннокентия Белокриницкого. И это неудивительно. Духовное наследие старообрядческих епископов конца XIX — первой половины XX века по завершении сегодняшнего дня не утеряло своей востребованности, живости и актуальности. Нет сомнений, что наши старообрядческие епископы — защитники веры самые что ни на есть ревностные и последовательные, богоизбранные носители и защитники Священного Предания.

Строки, написанные старообрядческими епископами, речи, произнесённые ими, слышатся до сих пор и сами собою говорят о правоте наших предков, не принявших «церковную реформу», так как до сего дня не нашлось ни одного человека, опровергнувшего их правоту, развенчавшего их убеждения, явившихся нам как пример смысла жизни.

Среди учёных и исследователей популярно изречение современного писателя-фантаста Курта Воннегута «Если ученый не умеет популярно объяснить восьмилетнему ребенку, чем он занимается, значит он шарлатан». На самом деле, оригинальная фраза принадлежит известному физику-ядерщику Эрнесту Резерфорду: «Если ученый не может объяснить уборщице, которая убирает у него в лаборатории, смысл своей работы, то он сам не понимает, что он делает». Автор постарается следовать данному святому научному принципу.

Мы преднамеренно избрали лёгкий, почти повествовательный стиль, не перегруженный научными и богословскими терминами, сделали акцент на «экзистенциальность» каждого из епископов, и постараемся простым доступным языком повествовать об удивительнейшей жизни наших предков по духу и вере.

«Экзистенциализм» — философское направление, зародившееся в XX веке, которое провозглашает уникальность человека в свете Высшего. В частности, применительно к данной книге — в религии, в нашем русском старообрядчестве — образе Вселенского Православия истинной Веры Христовой.

Арсений Уральский, Иннокентий Белокриницкий и Михаил Канадский — каждый, несомненно, отличались своей высшей уникальностью. Если можно так сказать — богоизбранностью в деле организации Церкви и христианской апологетики, несмотря на то что как люди они были совершенно разные. Неслучайно история Церкви их так явно запечатлела. Поэтому нам важно, прежде всего, «какой это был человек». Насколько удачным вышел настоящий труд — дело оценки читателя.

Основной целью написания данного очерка является дело христианского старообрядческого просвещения.

Что такое старообрядческое начетничество

Начётчик — значит начитанный человек. Каждый христианин должен быть начётчиком, то есть знающим своё исповедание, способным защищать своё верование, и поэтому должен быть начитанным, прежде всего в Священном Писании, а потом и во всей другой церковной письменности.

Фёдор Ефимович Мельников

«Господа Бога святите в сердцах ваших; будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением» (1 Пет. 3, 12), — говорит нам святой апостол Пётр в своём Первом Соборном Послании. Ещё на заре христианства первые его проповедники — апостолы предвидели необходимость последователям Христа защищать свою веру. Обратим внимание — защищать веру вне зависимости от социального положения, уровня образования, способности красноречия. А в силу своих возможностей и талантов, кому как Бог провидел: «Всяко дыхание да хвалит Господа» (Пс. 150, 6). Кто-то свидетельствует о Боге терпением во искушениях, другой — исповедничеством, иной христианин отдаёт жизнь за ради свидетельства истинности своей веры во имя Христа, есть христиане, которым за святость жизни Господь посылает крепкую семью, преданных друзей, то есть земные блага. А есть и такие, которые свидетельствуют о христианстве силою убеждения, разума, харизмы и начитанности.

Примеры подобной проповеди мы находим практически повсеместно во всех четырёх Евангелиях, ибо как иначе Господь Исус Христос проповедовал Спасение? Из священного Писания, в частности, Деяний апостольских, известна речь Апостола Павла, направленная к увещеванию язычников.

Прекрасный пример проповеди веры мы находим у ветхозаветных пророков, за что они были часто изгоняемы нечестивцами, а некоторых жестоко лишали жизни, как например Исайю.
Подобным образом поступали различные христианские миссионеры на протяжении всей пост-новозаветной истории, и в частности, старообрядческие начётчики, о которых далее пойдёт речь в сем скромном труде.

Итак, начётничество — категория исключительно старообрядческой культуры, но корень начётничества, его основа и смысл исключительно евангельский, вселенский, апостольский: нести в мир свет Христов, его веру, проповедь искупительной Его миссии, Его Церкви, во Предании существующей и Его дарованных христианам таинствах.

Посмотрим, как трактуют феномен начётничества различные учёные в области русского православного старообрядчества. Самое точное и авторитетное определение дал Фёдор Ефимович Мельников, это определение мы поместили в качестве эпиграфа к настоящему сочинению. Однако не менее верно определяющие характеристики выносят и современные древлеправославные историки, писатели, богословы и культурологи. Так, старообрядческий религиозный деятель из Санкт-Петербурга писатель Владимир Шамарин дает такое определение: «Под старообрядческим начётничеством следует понимать основательное, порой дословное знание апологетической литературы, в первую очередь, традиционной дониконовской книжности, свободное цитирование по обсуждаемым вопросам» . Справедливо толкует понятие старообрядческого начётничества писатель Дмитрий Урушев: «Само понятие происходит от слова «чтение» и указывает на то, что свои знания начётчик приобретал путём чтения книг, самообразования. Начётчик должен был не только читать книги, но запоминать их и правильно толковать. Это было необходимо для того, чтобы он мог просвещать других, а в религиозных диспутах защищать старообрядчество» . Нельзя не обойти вниманием слова старообрядческого культуролога Кирилла Кожурина. В прекрасном учебном пособии «Культура русского старообрядчества XVII–ХХ вв.» автор пишет: «Старообрядческие начётчики в большинстве своём были людьми, не получившими какого-либо систематического богословского образования, но по природной способности и любознательности, путём самообразования овладевшими книжностью, навыками устного и письменного слова» .
Мы же, в свою очередь, добавим, что начётничество есть интеллектуально-психоэмоциональная форма проповеди. Именно психоэмоциональная, так как любая икренняя христианская проповедь есть синтез живой веры и ораторского искусства, что нам и являли проповедники раннего христианства. Речь проповедника-начётчика должна быть убедительна. Помимо логики и аргументации, для придания убедительности своим словам должна быть вложена немалая доля эмоций: проповедник горит своей верой, живёт ей, он и его проповедь есть одно неразрывное целое, и свет Христов озаряет проповедника, которому уже не нужно предварительной подготовки к речи или проповеди. Кроме того, верными помощниками в публичной христианской деятельности являются громкий голос, звучный тембр, отчётливая дикция. И грехом для любого начётчика, проповедника, богослова, полемиста будет исключение из своей жизни главного условия: видения своих грехов, покаяния, смирения, любви к ближнему. Избегания славы, внимания, тщеславия. То есть упущение из виду стремления жить по заповедям Господа нашего Исуса Христа.

Старообрядцы, как носители спасительной веры Христовой, полноты церковных таинств и непорочности вероучения в полной мере, в виде начетничества сохранили в себе первоисконный апостольский дух проповеди своих религиозных убеждений. Почти четырёхвековая история старообрядчества есть тому подтверждение. «История старообрядчества даёт яркий пример русской самобытной школы, которая жила на Руси, несмотря ни на какие административные карательные меры, и скромно делала своё великое святое дело» .
Так в чём же лежат истоки именно старообрядческого начётничества? Попробуем в этом разобраться.

Синодальная пропаганда на протяжении нескольких веков была направлена на создание негативного образа староверия в глазах российского общества. Помимо возводимой исторической клеветы, обвинений в несуществующих ересях, фанатизме и враждебности, староверам было приписано ко всему прочему еще невежество, умственная косность, неспособность к усвоению науки и отсутствие элементарных исторических и богословских знаний. Академические богословы и миссионеры абсолютно чистосердечно полагали: если старообрядцы сядут за стол изучать сокращённый синодальный катехизис — старообрядчество исчезнет само собою. Однако подобные воззрения на старообрядцев всегда оставались не более чем фантазией отдельных представителей дореволюционной новообрядствующей церкви и ничего не имели общего с реальностью. «Эти доморорщенные грамотеи — купеческие приказчики и простые мужики-лапотники — могли запросто переспорить выпускника духовной академиии» , являлись талантливыми мастерами дискуссии, ораторами и публицистами.
Старообрядческая среда, несмотря на то что этого не хотели или не замечали синодальные полемисты, всегда давала миру умнейших и образованнейших людей, чей интеллектуальный труд был направлен на защиту догматов Старой Веры, исторической позиции старообрядцев, их культурно-конфессиональную идентификацию. Самые первые старообрядческие проповедники обладали обширными книжными познаниями и умело их применяли в полемической борьбе. Протопоп Аввакум легко приводил цитаты из Священного Писания и святых отцов для подкрепления своего мнения. Не менее мастерски, при оценке ситуации, он проводил параллели с различными известными ему историческими событиями, в своих сочинениях выстраивал отчётливую логику и стратегию защиты. То же самое можно сказать об Иоанне Неронове, Никите Добрынине, диаконе Феодоре, иноке Епифании. У Аввакума хватило силы духа и силы разума выступить со знаменитой речью на соборе 1666-1667 годов и посрамить сомнительных заезжих патриархов. Своей знаменитой речью Аввакум как бы задаёт тон всему последующему староообрядческому начётничеству: «Господь отверз уста мои грешныя, и аз посрамил их, говоря: Вселенские учители, Рим давно пал и ляхи с ним же погибли. До конца остались врагам православным христианам. Да и у вас православие пестро. От насильствия туркскаго Магомеда немощнии есте стали. Так впредь приезжайте к нам учиться. У нас по благодати Божией самодержство, православие непорочно и церковь не мятежная» . Эту «формулу веры» старообрядческие богословы и апологеты пронесли сквозь века.
Прекрасный богослов и литургист протопоп Никита Добрынин с достоинством выдержал диспут в Грановитой палате Московского Кремля. Все аргументы, выставляемые первым старообрядцам, были растерзаны в пух и прах. Никакие публичные диспуты не принесли желаемого успеха. За старообрядцами — вся история и догматико-каноническое наследие православия. Для властей остаётся только один выход: заставить верить силою. Судьба первых старообрядческих апологетов была мученической. Почти все они поплатились жизнью за свою веру и просвещение.

Начётничество — особый пласт старообрядческой науки и культуры. Суть начётничества — защита Старой Веры перед богословами господствующей церкви. Старообрядческое начётничество обретает свои самобытные уникальные черты к концу XIX — началу XX века. Фёдор Ефимович Мельников пишет: «Возник, таким образом, и в старообрядческой среде особый тип начётчиков-собеседников — борцов с миссионерами. Опасная была эта борьба, и начётчики этого типа почти все побывали под удом и в тюрьмах. Тип таких начётчиков сложился ещё задолго до религиозной свободы. Все начётчики этого типа заслуживают того, чтобы история занесла их имена на свои страницы» . Фёдор Ефимович Мельников, как никто, самым точным образом выразил сущность старообрядческого начётничества, миссионерства и всей апологии старообрядчества. Его (Мельникова) письменное наследие — предмет отдельной книги, и на страницах настоящего скромного исследования мы не можем охватить все великие имена старообрядческих апологетов конца XIX — начала XX века. На это уйдут целые тома, и данная тема ещё ждёт своих исследователей. И не удивительно, так как свои старообрядческие апологеты, богословы и начётчики были в каждом более-менее крупном старообрядческом приходе. Данный труд повествует о тех личностях в старообрядчестве, которые заложили саму традицию и сформировали суть старообрядческого начётничества. А труды, вышедшие из-под пера представителей данной интеллектуальной старообрядческой элиты, актуальны и по сей день.

Святитель Арсений Швецов, епископ Уральский и Оренбургский

Но если я погрешил в чём здесь против Евангельской истины, в таком случае потрудитесь это указать мне. Ибо я душевно уважаю от кого бы то ни было сделанное мне исправление.

Святитель Арсений Уральский

Ученик старообрядческого архиепископа Московского и всея Руси Антония Шутова. Кратко об архиепископе Антонии: «Архиепископ Антоний был умным и просвещённым человеком. Помимо необходимых, как воздух, дел административных весьма преуспел на поприще духа. Он одним из первых поднял вопрос об официальном церковном прославлении в лике святых мучеников и исповедников, в XVII веке за древлее благочестие пострадавших, в частности протопопа Аввакума и его ближайших сподвижников. На Рогожском архиепископ собрал огромную уникальнейшую библиотеку. Рукописи и издания, содержащиеся в ней, представляют собою настоящие реликвии русской книжной культуры. Усилиями первого в России старообрядческого архиепископа состоялось учреждение типографии. Стоит отметить, что под его духовным окормлением воспитывался инок Арсений, будущий епископ Уральский, прославленный в лике святителей. Но об этом позже.

Святитель Арсений Уральский и митрополит Иннокентий Белокриницкий — светочи старообрядческого начётничества
Святитель Арсений Уральский

Архиепископ Московский и всея Руси Антоний отошёл ко Господу 8 ноября 1881 года и первым из числа епископов погребён на Рогожском кладбище. При перемещении из города в город, из селения в селение во избежание лап царской жандармерии глава Церкви проявлял исключительную изобретательность и находчивость. Не брезговал, если была опасность быть схваченным, ночевать на сеновалах, в скирдах, на чердаках и т.п. Довольствовался скромной, простой едой и одеждой. То выдавал себя за разорившегося купца, при угрозе ареста притворялся пьяным, смачивая водкою платок и натирая ею своё лицо, то, надев невзрачный тулуп, выдавал себя за нищего и так далее и так далее.

Деятельность архиепископа Антония оказалась во многом полезной и плодотворной для Церкви. Только за первые девять лет служения в России владыка рукоположил шесть епископов, 93 священников, четырёх диаконов» . Тринадцать старообрядческих епархий по всей Российской империи было учреждено стараниями этого церковного труженника.

Теперь вернемся к ученику архиепископа Антония — владыке Арсению. Знаковая, величественная, почти легендарная фигура для всего старообрядчества. По религиозности и тому письменному наследию, что он оставил, — человек явно не своего времени, образ жизни которого характерен скорее для монашеской учёности эпохи Патристики. Закономерным является увенчание владыки Арсения ореолом христианской святости.

Чрезвычайно насыщенная церковная жизнь, обширная эрудиция и практически неземная работоспособность ставят этого иерарха на одно из первых мест в деле плодотворности церковного созидания. Духовное наследие епископа Арсения живо и актуально до сегодняшнего дня, а его ученики создадут целое движение старообрядческого начётничества.

Будущий владыка Арсений, епископ Уральский, Анисим Швецов родился на Владимирской земле в 1840 году, близ города Вязники (там и поныне существует старообрядческая община) в среде старообрядцев беспоповцев. Учился он неплохо, имел благую ревность к книжному чтению. К книге обращался в любое, выдавшееся свободным время. Отрок рос в общем и целом положительным, но пай-мальчиком не был. Без ведома родителей, и паче того, благословения оных, тайно уходит из дому, ища молитвенного уединения в беспоповских скитах. Сохранилась трогательная история, происшедшая с отроком Анисимом, сюжет которой размещён в книге старообрядческого священника Стефана Лабзина. «В сенокос послали его (Анисима. — Авт.) отвести лошадь, он и воспользовался этим случаем, чтобы уйти из дома. В сенях налил кружку квасу, пришёл к ней в избу, перекрестился три раза, — мать его убирала в кухне, — и сказал: «Матушка, благослови Христа ради». Она посмотрела, что у него кружка в руках, и сказала: «Бог благословит». Он вышел в сени, пить не стал, поставил кружку и с этим матерним благословением отправился в путь» . Дома уже не надеялись увидеть Анисима живым, думая, что тот утонул в реке Клязьме. Однако, как узнали, что сын-беглец жив и занимается молитвой в скитах, что в Удельном бору, — его мать настояла на возвращении домой, что Анисим выполнил со смирением.
Позже Анисим Васильевич поступает на службу в качестве судового приказчика в городе Коврове. Здесь молодой человек, имевший страсть к книгам, знакомится с обширной библиотекой старообрядческих купцов-домовладельцев Першиных, изначально формально не числившимися старообрядцами, но фактически принадлежавших к Спасовому согласию, не проповедовавшему прекращение на земле православного священства, но вынужденно, на данный момент своего существования, оставшемуся без православных попов. Открыто исповедовать старообрядчество Першины стали в 1864 году. Известный учёный в области старообрядчества Е.А. Кабанов даёт следующую характеристику деятельности купцов Першиных: «Ковровские купцы Першины из деревни Ильина Гора Мало-Всегодического прихода промышляли хлебной и рыбной торговлей, их суда ходили до низовьев Волги. Но не только дела торговые интересовали братьев. Они содержали спасскую молельню <…>, организовали переплётную мастерскую, поколениями собирали, хранили и реставрировали старинные рукописи» . Знакомство с библиотекой Першиных раз и навсегда изменило жизнь будущего епископа Арсения Уральского. Здесь, на службе, он окончательно приходит к выводу о ложности беспоповского учения, его не спасительной для православного христианина природе.
После расставания с Першиными, Анисим Швецов не теряет контакты с этой старообрядческой купеческой семьёй и много позже продолжает с ними богословско-догматический диалог по вопросу существования истинного христианского священства. Результатом этого диалога стало выход в свет сравнительно небольшого, но ёмкого и точного богословско-апологетического сочинения «Оправдание старообрядствующей иерархии, данное А.В. Швецовым на вопросы беспоповцев Першиных (1883)». На страницах этой статьи, составленной в форме девяти ответов, Анисим Швецов даёт пространное вероучительное толкование, подкреплённое Священным Писанием и святыми отцами, о природе священства Христова. Автор отстаивает точку зрения о неистребимости, непрекращаемости, догматической неуничтожаемости христианского священства вне зависимости от исповедуемых епископами как людьми ересей. Действующих по попущению Господню на протяжении всей христианской истории через человеческие пороки и страсти. Таким образом, будущий святитель Арсений призывает разграничивать человеческую слабость и догматы . Епископ может уклониться в ересь, но это не означает отвержение священства и уничижение его же епископства. В любой момент можно покаяться и вернуться в лоно Апостольского Предания — Церкви. Так же неудовлетворительное врачевание не отрицает саму медицину. А халатное отношение к учебе ничего не отрицает значимости учительства и просвещения. Подводя итог статье, Анисим Швецов с железной логикой обосновывает истинность и законность присоединения митрополита Амвросия Паппа-Георгопполи. Швецов пишет: «Благодатный дар епископского строения мы разумеем в двух смыслах, именно же: в преемстве Христова рукоположения, назначающем проповедников святого Евангелия, и во исполнении обязанности апостольского наместничества, чтобы истинно проповедовать своё Евангелие, ибо сущность нашей иерархии <…> составляют богопреданные словеса. И посему преемство Христова рукоположения, назначающее в проповедника Евангелия, митрополит Амвросий получил в Греческой церкви <…>. А точное исполнение сего назначения он совершил только в святой соборной и апостольской Церкви, состоящей в правом исповедании веры, когда он к ней присоединился через миропомазание от священноинока Иеронима в Белой Кринице. С тех пор он уже вполне был благодатным наместником святых апостол и истинным проповедником Христова Евангелия» .

Итак, возвращаясь к биографии будущего святителя, отметим, что для подкрепления своих убеждений Анисим Швецов добивается аудиенции у старообрядческого архиепископа Московского и всея Руси Антония Шутова. Архиепископ Антоний сам был выходцем из беспоповской среды, и ему не составило особого труда поддержать Анисима Швецова в его зарождающихся убеждениях о невозможности исчезновения православного священства.

В 1865 году Швецов окончательно присоединяется к Белокриницкой иерархии и поставлен на службу секретарём и письмоводителем при архиепископе Антонии. В период службы в Архиепископии Анисим Швецов продолжает трудиться над своим самообразованием. Теперь в его доступе находится богатейшая библиотека Архиепископии. Кроме штудирования исторической и богословской литературы Анисим принимается за изучение древнегреческого языка, дабы Новый Завет и византийских святых отцов читать в оригинале. Так он проработал до 1881 года — даты блаженного упокоения архиепископа Антония. Примечательно, что за это время он сумел убедить своих родителей и односельчан оставить беспоповское догматомудрствование и примириться со старообрядческой Церковью Христовой, сохранившей чистоту веры и непорочность таинств.

Годом позже после кончины архиепископа Антония, Швецов выпускает один из своих первых письменных трудов — «Жизнь и подвиги Антония, старообрядческого архиепископа Московского и Владимирского», в который вошли ценные материалы по истории старообрядчества XIX века.

Во время поездки в Румынию Арсению Швецову удаётся там издать ещё одно своё апологетическое сочинение «Истинность старообрядствующей иерархии противу возводимых на неё обвинений»

В январе 1885 года архиепископ Московский и всея Руси Саватий Левшин совершает над Анисимом Швецовым чин иноческого пострижения с именем Арсений, а к концу января того же года инок Арсений принимает сан священника. С этого момента у священноинока Арсения начинается активная и плодотворная общественно-христианская, просветительская и писательская деятельность.

Как никто другой, отец Арсений понимал важность образования для старообрядцев: знания своей истории, вероучения, умения вести аргументированную полемику. Для повышения образования необходимы были книги, открыто печать которые старообрядцам было запрещено. Арсений Швецов в Нижегородской губернии организовывает подпольную типографию, где с помощью гектографа печатает необходимую для старообрядцев богослужебную и богословскую литературу. Необходимо отметить, что свои первые сочинения Арсений выпустил также с помощью гектографа («Оправдание старообрядствующей Церкви» и «Книга об антихристе»).

В 1897 году преставился епископ Уральский и Оренбургский Виктор Лютиков. К этому времени священноинок Арсений Швецов стал известным церковным деятелем, проповедником, богословом и полемистом. Он активно путешествовал по Российской Империи, посещал старообрядческие приходы. Его усилиями была собрана большая старообрядческая библиотека. (Отметим, что для подкрепления своей аргументации в диспутах с новообрядствующими миссионерами Арсений использовал не только старопечатные книги, но и современные ему синодальные академические издания: он читал их, чтобы лучше узнать сущность новообрядчества и полемизировать с его представителями.) Кроме того, трудами талантливого священноинока начинает зарождаться особая старообрядческая богословская школа начётчиков, из лона которой выйдут такие видные старообрядческие богословы, как Иван Усов и Фёдор Мельников.

На Арсения Швецова обращают внимание миссионеры господствующего вероисповедания и предостерегают от встреч с ним. В Черниговской области Швецова по доносу подвергают аресту и неизвестно, чем бы закончилось дело, если бы не вмешательство общественного деятеля старообрядца Г. Гусева, внёсшего залог. Преследование вскоре было прекращено вовсе. Позже Арсений Швецов по поводу своего ареста, а также всех гонений на старообрядцев высказал следующую оригинальную мысль: «…если господствующая Греко-Российская церковь искренне желает привести всех старообрядцев к общему единству святой Христовой Церкви, то никак не должна открытых старообрядческих убеждений признавать крайне вредными, поелику через сие удобнее будет ей воздействовать на них своим убеждением. А если она боится, как бы и самой ей не пострадать от этого, то будет значить, что она и сама не вполне уверена в свою неизменную святость и непогрешимость. И если, по таковому её малодушию, правительство воспретит старообрядцам открытое слово как крайне вредное, тогда о воссоединении старообрядцев к общему единству Церкви Божией и думать более будет нечего» . Таким образом, Арсений Швецов указывает господствующей новообрядной церкви на её методологические ошибки в деле «искоренения раскола». Только в XX веке Русская Православная Церковь «прислушалась» к словам святителя Уральского и сделала первые шаги в деле примирения, сняв незаконно возложенные анафемы на то, что называется «старым обрядом» в 20-х годах XX века, объявив его «равноспасительным» в 1971 году.

После кончины епископа Уральского и Оренбургского Виктора Лютикова в Рогожскую слободу на имя архиепископа Московского и всея Руси Саватия Лёвшина поступило прошение от старообрядцев Уральско-Оренбургской епархии с просьбою рукоположить владыкою на их кафедру священноинока Арсения Швецова. Другой кандидатуры на епископию и быть не могло. Уже через месяц после подачи прошения, 24 сентября 1897 года, совершилась архиерейская хиротония священноинока Арсения Швецова во епископа Уральского и Оренбургского. Рукоположение было совершено епископом Казанским Иоасафом Зелёнкиным и епископом Нижегородским Кирилом Мухиным. Событие произошло в селе Елесине Нижегородской губернии.

Владыка Арсений протрудился на церковной ниве в святительском сане 11 лет. Этот период его жизни был не менее трудоёмок и плодотворен.

В 1898 году епископу Арсению пришлось стать местоблюстителем Московской Архиепископии, по печально известной причине: после расписки архиепископа Саватия Лёвшина, данной светским властям в том, что он не является архиепископом. Саватий Левшин был смещён, а епископ Арсений выполнял обязанности предстоятеля до избрания на Московскую кафедру архиепископа Иоанна Картушина.
Благодаря инициативе владыки Арсения, в Древлеправославной Церкви Христовой (Белокриницкой иерархии) начинают регулярно проводиться Освященные Соборы, епархиальные съезды, Всероссийские съезды старообрядцев.

В разное время епископ Арсений был временно управляющим архиереем Нижегородской и Саратовско-Астраханской епархий, не забывая и свою родную епархию, где его очень любили. Несколько раз христиане Уральско-Оренбургской епархии, в буквальном смысле слова, проявляли недовольство, когда их епископа пытались перевести на другие кафедры. Сохраняя до конца жизни ревность к книгоизданию, после Манифеста 1905 года «Об укреплении начал веротерпимости», в 1906 году в Уральске попечениями епископа Арсения появляется первая официальная легальная типография. Отныне книги можно было печатать открыто, любым тиражом, не боясь никаких преследований за это.

Епископ Уральский и Оренбургский Арсений (Швецов) скончался 10 сентября 1908 года, прожив 68 лет. Бесконечные труды в деле церковного созидания сказались на его здоровье. Погребён в городе Уральске с правой стороны храма Покрова Пресвятыя Богородицы. Погребение было совершено учеником епископа — епископом Иннокентием Усовым в сослужении священников и диаконов. После блаженной кончины епископа Арсения выяснилось, что у него нет никакого имущества, кроме библиотеки, оценённой в 10 000 рублей — сумма по тем временам огромная. У Арсения Уральского были жертвователи и попечители. Но все средства он направлял на нужды церкви, бедным священникам, богадельным домам и приютам. Абсолютное нестяжательство, удивительное, достойное восхищения для нас и столь естественное и обычное для настоящего инока.

На Освященном Соборе Русской Православной Старообрядческой Церкви, проходившем 15-17 октября 2008 года, епископ Уральский и Оренбургский Арсений (Швецов) был прославлен в лике святителей.
В Деяниях Собора говорится следующее:
«8. О прославлении в лике святых епископа Арсения Уральского.
8.1. Освященный Собор, заслушав свидетельства о богоугодном житии и подвигах в лоне Святой Церкви епископа Арсения Уральского, призывает всех верных чад Русской Православной Старообрядческой Церкви к почитанию и прославлению его в лике угодников Божиих.
8.2. Освященный Собор устанавливает день всецерковного почитания сего святого 10 сентября (ст. ст.). Указание об этом разместить в церковном календаре.
8.3. Издать канон и службу святому епископу Арсению Уральскому. Иконописцам писать образ святого. Чадам церковным благословляется петь канон святому, обращаться к нему с величаниями и прошениями» .
23 сентября 2011 года в Уральске состоялось обретение мощей святителя Арсения, епископа Уральского и Оренбургского. На торжества прибыли преосвященнейший митрополит Московский и всея Руси Корнилий, священство и многочисленные гости из Москвы и Подмосковья, Нижнего Новгорода, Оренбурга, Самары, Саратова и других мест.

После полунощницы, часов и обедницы был отслужен молебен престольному празднику и святителю Арсению, во время которого святые мощи были подняты из склепа. Затем у места погребения был совершен молебен с чином омовения святых мощей. Ныне мощи покоятся в Покровском храме города Уральска.

Огромное письменное наследие оставил нам святитель Арсений. Нет ни одной темы, ни одной области в старообрядчестве, которые бы не затронуло его перо.
Особое внимание свт. Арсений Уральский уделял природе Церкви Христовой, её Богочеловеческому существу, основанию и существованию в истории. Данные вопросы разбираются на страницах таковых трудов, как «Голос Христовой Церкви», «О сущности и свойствах Церкви Христовой, исповедуемой в православном Символе Веры».

Вопросы в области сравнительного богословия и защиты старообрядчества святитель Арсений раскрывает в сочинении «Объяснение веры во Святую Соборную и Апостольскую Церковь между последователей церкви греко-российской и старообрядческой». Разбор старообрядческого вероучения и характеристика старообрядческого вероучения как абсолютно ортодоксального изложены в трудах «Оправдание старообрядствующей святой Христовой церкви, в ответах на притязательные и недоумительные вопросы настоящего времени», «Показание всеобдержности двуцарственного сложения в древней православной церкви и погрешностей противу святого Евангелия в новообрядствующей греко-российской церкви».

Проблема апостольского преемства в старообрядческой церкви им изложена в фундаментальном труде «Истинность старообрядствующей иерархии противу возводимых на неё обвинений». В самом начале данной книги автор говорит, что необходимость в написании сего возникла на потребу дня, как апологетическое сочинение, направленное на обличение псевдохристианских учений беспоповства и новообрядства в вопросе о природе епископской власти: «В настоящее же время противу сея веры Святыя Церкви восстала великая буря противоположных ветров, ибо появились люди, которые существование христопреданного священства подчиняют только непрерывному продолжению благоверия во епископах. Они говорят, если бы благоверие во всём епископстве почему-либо ослабло, или как-либо помрачилось, то сие было бы равнозначительно тому, что и всё христопреданное священство прекратилось и вконец уничтожилось. Так мудрствуют все безпоповцы и последователи греко-российской церкви, только с тем различием, что первые допускают возможность этому состояться и, указывая на реформу Московскаго патриарха Никона, чрез которую и действительно пришлось всем епископам помрачить своё благоверие, они от того времени провозглашают христопреданному священству прекращение и конечное уничтожение, а последние, соглашаясь с первыми в предположении, что священство чрез соблажнение в благоверии всех епископов может прекратиться и уничтожиться, но взирая на нераскаянность обетований Божиих, не допускают этому предположению состояться на самом деле» .
Догматическое сочинение епископа Арсения «Оправдаение старообрядствующей Церкви Христовой» далеко выходит за рамки исследования христианского учения о священстве, но затрагивает почти все явления, характерные для православной Церкви Христовой, её жизни, устроения и саморазвития и является, по своему существу, пространным и подробным описанием исповедания веры православного христианина.

«Книга об антихристе и о прочих действах, иже при нем быти хотящих» — грамотное богословское изложение святителем Арсением эсхатологии, православного учения о конце света и пришествии антихриста. Нельзя обойти стороною тот факт, что свт. Арсений Уральский в предисловии к данной книге почти повторяет мысль протопопа Аввакума о природе христианского познания, который, в свою очередь, изложил её в своём «Житии». Итак, свт. Арсений пишет: «Понеже како убо не дерз будет сей, иже не имея богословных и философских глубочайших глаголов, иже не стяжавая риторских и грамматических беззазорных словес, пачеже аще не имый превысокаго богословнаго разума и духа пророческа, и начиная, и емляся тех, имже не у видел есть кончины. Сего ради то во извет полагаем, яко послушание паче имения благаго, упование же не посрамляет и любовь не отпадает, по апостолу: и сею в союз связуеми есмы яхомся повести сей, исполняюще прошение неких христолюбцев, иже усильно и многократно нас о сем просиша, еже бо объяснити разум о антихристе, занеже ныне мнози многочастне и многообразне о сем мудрствуют. Мы же на сие тех прошение с надеждею на Отца Небеснаго, немудрыя умудряюща и младенцы вразумляюща, покусихомся показати о сем постатейно в главизнах осьминадесяти, и в коейждо их свое последование содержати» . Для сравнения смотрим текст протопопа Аввакума: «Не позазрите просторечию нашему, понеже люблю свой русской природной язык, виршами философскими не обык речи красить, понеже не словес красных Бог слушает, но дел наших хощет. И Павел пишет: аще языки человеческими глаголю и ангельскими, любви же не имам, — ничто же есмь. Вот что много рассуждать: не латинским языком, ни греческим, ни еврейским, ниже иным коим ищет от нас говоры Господь, но любви с прочими добродетельми хощет; того ради я и не брегу о красноречии и не уничижаю своего языка русскаго, но простите же меня, грешнаго, а вас всех, рабов Христовых, Бог простит и благословит. Аминь» .

В начале своей книги Арсений Уральский не забывает напомнить читателю, откуда проистекает истинный источник человеческого знания. В христианстве истинное знание есть Боговидение, подкрепляемое стяжанием смирения, любви, покаяния и прочей христианской добродетели. Двумя веками ранее об этом же вещает протопоп Аввакум. Удивительное пересечение мыслей двух великих старообрядческих подвижников обнаруживает интересное созвучие их духовного опыта, развития в их трудах принципов ортодоксального христианского Богопознания, существующего в русле святоотеческой традиции. В то время, как в синодальном богословии вплоть до начала XX века, само «богословие» казалось немыслимым без прохождения бурсацко-семинарской или академической выучки.

Епископ Арсений как грамотный богослов немалое место уделяет правильной методологии как условию успеха любого исследования и призывает с пониманием и осторожностью, не с псевдорелигиозным «догматизмом», а трезвым умом и духовным бдением, подходить к толкованию Священного Писания, в особенности Ветхозаветного, и именно таковым образом постигать его смыслы, остерегаясь духовной и интеллектуальной прелести. Епископ Арсений призывает к мудрости и умению постигать различные смыслы Священного Писания. «Сие же яко тако есть, покажется отчасти чрез малейший сей пример. Исаиею пророком глаголет Господь: «Небо Ми есть престол, земля же подножие ногам Моим» (Исаия, 66). Ин же пророк глаголет: «Покланяйтеся подножию ногу Его, яко свято есть» (псалом 98). Зри убо, подножие Божие сказуется земля: и земле ли велит другий пророк покланятися? Никакоже: что бо неистовства сего будет окаяннее! Видиши ли зде, до чего довести может таковый смысл, еже бы инаго разума писание взимати и ко иному преносити (якоже ныне нецыи творити обыкоша). Таковых же причин и подобных сим начасте в Священном Писании обрящется. Сего ради, аще и писанием утверждается, но не бывает истинно, понеже от инаго разума взято, и другой (разум) насилован бысть. Темже единаче всюду невозможно во един и тойже разум Святое Писание приводити, аще и под тем же званием будет. Сице убо и о вышереченных разумети подобает, сиречь, идеже аще речется о солнце или луне, или море, или земле, или о ином чем таковом, то не всегда и не повсюду сия разумеются по таинственному смыслу, но разве аще где зело редко, всюду же паче по чувственному приемлются: сего ради всегда относити в духовный разум не безвредно есть» .

Письменное наследие епископа Арсения не забыто. В период с 2008 по 2013 годы Митрополией Московской и всея Руси Русской Православной Старообрядческой Церкви было издано трёхтомное собрание сочинений, без преувеличения, великого старообрядческого писателя

В 2018 году — 110-летие преставления святителя Арсения Уральского.
Все сочинения епископа Арсения Швецова написаны на церковно-славянском языке, и чтение его трудов для многих кажется обременительным. На это ответим словами В. Боченкова, сотрудника Архива и Библиотеки редких книг и рукописей Митрополии Московской и всея Руси Русской Православной Старообрядческой Церкви. Именно он был одним из руководителей проекта издания трёхтомника. Боченков справедливо пишет: «Да, особый, архаизированный церковно-славянский язык — одна из существенных особенностей их (Арсения Уральского, Михаила Семёнова, Ксеноса. — Р.А.) сочинений, и в этом Ф.Е. Мельников прав. Но они и мыслили так. Этот язык был неотъемлемой частью их мировидения, а не лингвистической стилизацией… Мне вспоминается по журналистской моей профессии давний разговор с одним из известных российских филологов Михаилом Гаспаровым. Я попросил вспомнить любимого учителя какой-нибудь эпизод, связанный с ним и учёбой в школе. Честно говоря, ожидал, что Михаил Леонович будет говорить о литературе, — так и вышло. Он рассказал, как на уроке, когда изучали «Слово о полку Игореве», учитель дал задание на дом: выучить отрывок. На старославянском языке. Кто-то спросил, можно ли выучить тот же отрывок в переводе на современный русский. «У кого нет поэтического чутья, может выучить на современном, оценку снижать не буду», — был ответ. Весь класс выучил на старославянском. Попытки переводить сочинения епископа Арсения на современный, привычный русский язык уже имели место (например, «Об антихристе» в старообрядческом журнале «Остров веры»). Они имеют полное право на существование. Однако хотелось бы заметить, что подлинный дух сочинений старообрядческих писателей и начётчиков того времени можно почувствовать, только если читать эти произведения в оригинале. Порой это непросто. Но иначе не вникнуть в их логику, не осознать особенностей, да к тому же и сам этот старинный язык как таковой был тоже инструментом апологетики» .

Митрополит Белокриницкий Иннокентий Усов

Мы, старообрядцы, имеющие христопреданное священство, учим и утверждаем согласно с древнею Христовою церковью, что священство, Христом установленное, не есть что-либо временное, а вечное, ничем не уничтожимое и не изгладимое, никакими погрешностями и заблуждениями, ни другими силами ада и кознями врага, так что, если носители священства и уклонятся заблуждение,
священство на них от этого не исчезает и не уничтожается. Как Христос сильнее диавола, так и установление Его сильнее и крепче установления последнего.

Иннокентий Усов, митрополит Белокриницкий

Иван Григорьевич Усов — мирское имя митрополита Белокриницкого Иннокентия. Видный старообрядческий иерарх, проповедник, богослов, полемист и писатель. Ученик Арсения Уральского.
Родился 23 января 1870 года в посаде Святск Черниговской губернии. Ныне — село Святск Новозыбковского района Брянской области. Таким образом, Усов является земляком другому знаменитому старообрядческому начётчику — Фёдору Ефимовичу Мельникову. Брянские и Курские земли всегда считались традиционным местом компактного проживания староверов. «Стародубье — географическая область современных Черниговской и Брянской областей. Заболоченная местность, покрытая густыми лесами, а также обилие рек сделали Стародубье одним из мест, где старообрядцы смогли укрыться от гонений. Ещё одно благоприятное условие — близость к Польше и Литве — обусловило терпимость местных властей и ослабление преследований. Относительно спокойная жизнь здесь продолжалась до конца XVII в., после чего жившие здесь христиане ушли на Ветку, принадлежавшую тогда царству Польскому. Потомки древлеправославных христиан Стародубья сегодня компактно проживают в городах Клинцы, Гомеле, Новозыбкове, Курске, Курской области и близлежащих к этим городам землях» . К сожалению, села Святск на сегодняшний день не существует на карте. Последствия чернобыльской катастрофы 1986 года самым негативным образом сказались на жизни одного из довольно крупных старообрядческих центров… В начале XX века в Святске проживало около четырёх тысяч человек.

Святитель Арсений Уральский и митрополит Иннокентий Белокриницкий — светочи старообрядческого начётничества
Митрополит Белокриницкий Иннокентий (Усов)

Окончив реальное училище, молодой Усов проходил военную службу. После её завершения поселился в селе Безводном Нижегородской губернии — крупном старообрядческом центре, в котором проживал тогда ещё священноинок Арсений Швецов. Двадцатипятилетний Иван Усов становится его учеником и помощником в 1895 году.
Новый ученик отличился особым рвением к познанию старообрядческой науки, обнаружил в себе немалые таланты писателя, богослова-догматиста, превосходного ритора, умело ведущего диспуты. Молодость, энергичность и полнота сил, всесторонняя развитость и незаурядные способности сделали Ивана Усова весьма известной личностью не только в старообрядчестве, но и за его пределами. Всё чаще про Усова говорят синодальные миссионеры как про опасного интеллектуального противника, силы которого нельзя недооценивать. В этом он полностью повторил своего учителя — святителя Арсения Уральского. Так за семь лет Иван Григорьевич снискал себе авторитет и уважение в старообрядчестве, особенно на Нижегородской земле.
Тем временем в Древлеправославной Церкви Христовой возникла необходимость в поставлении епископа на Нижегородскую кафедру и выбор пал на Усова, что было абсолютно естественным. На Освященном Соборе епископов, проходившем 23 июля 1902 года, Ивану Григорьевичу Усову было определено быть епископом на Нижегородско-Костромской кафедре.

28 октября 1902 года Иван Усов принимает иночество с именем Иннокентий. Постриг совершает епископ Арсений Уральский. Пройдя все священные степени в 1903 году, 27 апреля епископ Уральский и Оренбургский Арсений Швецов вместе с епископом Казанским и Вятским Иоасафом Зелёнкиным совершают хиротонию священноинока Иннокентия Усова во епископа Нижегородского и Костромского.

После принятия архиерейского сана епископ Иннокентий Усов, несмотря на пропасть административных дел обширной Нижегородско-Костромской епархии, не оставляет начетнического поприща и продолжает содействовать старообрядческому просвещению.

В 1905 году епископ Иннокентий добивается от Освященного Собора Древлеправославной Церкви Христовой (РПСЦ) разрешения на строительство старообрядческого мужского монастыря. Уникальность данной задумки состояла в том, что монастырь, помимо сосредоточения общежительной иноческой жизни, должен нести в себе функцию духовно-просветительского центра старообрядчества. Функции монастыря далеко выходили за рамки общепринятых. Созданный епископом Иннокентием монастырь превратился в кузницу начётнических кадров, где преподавали богословские и исторические дисциплины, церковный устав, чтение и пение. Фактически у старообрядцев появился свой образовательный центр. I Съезд Союза старообрядческих начётчиков 1906 года, обязанный своему появлению епископу Иннокентию, проходивший Нижнем Новгороде, ознаменовал собою начало разработки всевозможных инициатив, предложений и программ для создания возможности получения старообрядцами систематического качественного образования. В Воззвании Союза говорится следующее: «Помимо объединения начётчиков, образовавшийся союз имеет целью развивать и расширять их деятельность, пополнять их знания, давать им все сведения, говорящие в защиту Старообрядческой Церкви, поддерживать их нравственно и материально. Союз устраивает курсы начётчиков и подготовляет к начётнической деятельности новых лиц. Посредством частных и публичных бесед, докладов, проповедей, речей, письменных и печатных произведений, Союз защищает и распространяет старообрядчество и выясняет истинное о нём понятие» . Повсеместно, где появлялась возможность, организовывались педагогические курсы, а сам епископ Иннокентий Усов был одним из непосредственных участников разработки учебных планов будущего Старообрядческого богословского института. Он первым в своей епархии инициировал проведение Епархиальных съездов и немало потрудился в деле преодоления неокружнического раздора.

Немалый вклад владыка Иннокентий внёс в развитие издательского дела, старообрядческой периодики. Являлся основателем издания журналов «Старообрядческий вестник» (1905 г.) и «Старообрядец» (1906–1907 годы). Журнал «Старообрядцец» отличался живостью и актуальностью публикуемых в нём статей и очерков, никогда не носил характера «официального издания», что обусловило его популярность не только в старообрядчестве, но и за его пределами. Остановимся на этом подробнее.

По настоянию синодального руководства, несмотря на уже существующий в Российской империи царский указ «Об укреплении начал веротерпимости», журнал-альманах «Старообрядец» прекратил своё существование. Формальным поводом для этого стало опубликование в журнале весьма оригинальной статьи «Духовенство господствующей церкви в изображении русских писателей новейшего времени». На страницах данной статьи формируется весьма нелицеприятный образ новообрядствующих синодальных священнослужителей, миссионеров и педагогов, взятый из произведений писателей конца XIX — начала XX века. Статья-очерк интересна тем, что её авторы в качестве первоисточника используют не официальные «казённые» издания, а произведения художественной литературы. Это действительно оригинальный и интересный ход, ибо, ввиду существовавшей цензуры, художественная литература всегда является особым видом творческого самовыражения, который сложнее всего контролировать. Так, в частности, на страницах статьи уделяется внимание произведениям Николая Лескова «На краю света» и Николая Помяловского «Очерки бурсы», в котором автор описывает леденящие душу неформальные порядки, заведённые в духовных учебных заведениях официальной церкви: садизм преподавателей, побои, унижения, антисанитария, пьянство и разврат как среди преподавательского состава, так и у бурсаков. Будущие священники воспитывались на отвращении к вере и церкви, выходили из бурсы атеистами. А сам учебный процесс строился по принципу выхолащивающей зубрёжки, убивающей всякое творческое начало в человеке, да и вообще желание получать знания.

Не меньший резонанс и раздражение новообрядческого духовенства вызвала публикация в журнале «Старообрядец» небольшого стихотворного произведения «Стихотворение на открытие останков о. Серафима Саровского», — новообрядческого иеромонаха Дивеевского монастыря, канонизированного Синодом в 1903 году. Авторство данного стихотворения не установлено и по-видимому принадлежало одному из старообрядцев-самоучек, который в лёгкой стихотворной форме говорит, что потребность в канонизации Серафима есть не иная, чем идеологическая. Биография иеромонаха опутана вымыслами и легендами, его чудеса ложны, святость надуманна, а те люди, оставшиеся в живых, которые приходили к нему за лечением — болеют до сих пор.

Данное стихотворение есть произведение частного характера, однако так получилось, что оно несёт в себе выражение позиции всех старообрядцев по отношению к популярному в РПЦ Серафиму Саровскому, да и ко всем, кто был канонизирован этой церковью после проведения реформы XVII века.

В октябре 1907 года епископ Иннокентий принимает в старообрядчество перешедшего из синодальной церкви архимандрита Михаила Семёнова и уже через год, в Нижнем Новгороде, единолично рукополагает оного епископом на кафедру в Канаде с целью присоединения к старообрядчеству группы христиан, окормляемых там неким Серафимом, митрополитом-самосвятом, от которого сами христиане, проживавшие в Канаде, открестились.

Хиротония происходит без соборного одобрения, что создаёт немало вопросов в каноничности данного священнодействия. Организовалось целое соборное расследование, и Собор, проходивший 4 февраля 1909 года, призвал епископа Иннокентия воздержаться от богослужений. По завершении исследования всех обстоятельств на соборе 27–30 августа, 1909 года епископу Иннокентию Усову вновь дозволялось служить, а хиротония епископа Михаила Семёнова была признана канонически законной. Сам же владыка Иннокентий позже объяснит свой поступок так: «Мы получили сведения, что архиепископ Иоанн (Картушин. — Авт.) заявляет, что ни за что не поставит его (Михаила Семёнова. — Авт.) в епископы… так как к нему правительство относится неприязненно и многие старообрядцы… Я и решил поставить его в епископы в виде протеста против подчинения нашей старообрядческой церкви воле наших двухсотлетних врагов. Канада была только предлогом. Я хотел его поставить на Финляндию. Но тут нашлось письмо из Канады, я привязался к этому случаю и поставил его в епископы с его согласия в Канаду, но решил держать это в секрете» .
Ежели отбросить всю парадность, сакральность и пышность писательского стиля — мы вынуждены будем констатировать факт: формально епископ Иннокентий совершил антиканонический поступок и возвёл во епископы человека без соборного одобрения. Что произошло? Какова мотивация его данного деяния и как это всё расценивать.

Епископ Иннокентий Усов много потрудился для пользы Церкви Христовой, приложил немалые усилия для её развития, и, более того, эти усилия возымели свой положительный результат, признанный и принятый Церковью. Следовательно, вариант самоуправства и своеволия должен быть сразу же отметён. Не из таких был епископ Иннокентий. Все его начинания были здравы и полезны.
Возможно, владыка Иннокентий стремился к более широкой самостоятельности и ему, а точнее, той канонической власти, которой он обладал, стало «тесно» в пределах возглавляемой им Нижегородско-Костромской епархии? Тоже не совсем верно, ибо его идеи и организационные инициативы имели своё практическое существование не в пределах одной епархии, а распространялись на всю Церковь. Все его начинания были своевременны и удобоприемлемы.

Здесь дело состоит в другом. Епископ Иннокентий Усов — неординарная творческая личность. Человек деятельный и созидательный. Его миссионерский характер служения Церкви, энергия, трудолюбие, работоспособность, а главное — желание сделать для Церкви, с его точки зрения, как можно больше и лучше — все эти качества в широкой душе епископа не знали ни конца, ни краю. Вся причина данного прецедента кроется в самом характере епископа: сравнительная молодость (ему еще не было сорока), «ревность не по Бозе», «святое нетерпение», решительность, возможно нехватка житейского опыта, терпения, умения считаться с политическими обстоятельствами — всё это сыграло свою роль в деле архиерейского поставления архимандрита Михаила Семёнова. Тем не менее соборный разум Церкви Христовой уврачевал недоразумение и всё расставил на свои места.

Имея в виду масштаб личности епископа Иннокентия, ради мира церковного, во избежание раздоров, из самых искренних ревностных миссионерских намерений правящего архиерея Нижегородско-Костромской епархии, хиротония епископа Михаила Семёнова была признана законной, а сам епископ Михаил Семёнов позже пополнит плеяду старообрядческих начётчиков и богословов и станет одним из самых известных древлеправославных духовных писателей. Но о нём речь пойдёт ниже. А сейчас мы переходим к заключительному периоду земной жизни епископа Иннокентия Усова.
Деятельность епископа Иннокентия выходила за рамки старообрядческой церкви, и этот старообрядческий иерарх нисколько не чуждался общения с представителями светского общества и интеллигенции. Епископ Иннокентий принимал участие в обсуждении закона о религиозных общинах. Его постоянно можно было видеть на заседаниях Петербургского религиозно-философского общества, где он познакомился с известным писателем Михаилом Пришвиным. А уже в эмиграции познакомился и подружился с церковным идеологом русского зарубежничества — новообрядным митрополитом Антонием Храповицким, разделившим наравне с владыкой Иннокентием судьбу русских эмигрантов. Оба иерарха в идеологическом отношении к новой российской власти обнаружили несомненную близость.

Во время социальной катастрофы 1917 года, когда было свергнуто самодержавие и началась гражданская война, епископ Иннокентий не растерялся и активно поддерживал белое движение, выступал с проповедями и лекциями в этой среде. К 1920 году стало очевидным поражение белого движения и неизбежность установления власти большевиков на всей территории РСФСР и соседних республик, епископ Иннокентий Усов, как и тысячи несогласных с новым строем, новым порядком — эмигрировал из России. Местом своего пребывания он определил Румынию, где не было преследований духовенства, проживало множество старообрядцев, и находилась заграничная старообрядческая церковь Белокриницкой иерархии. Однако и в эмиграции жизнь епископа была не менее бурной и богатой на события.

В 1920 году, почти сразу же по прибытии в Румынию, владыке Иннокентию вверяют управление Кишинёвской епархией. В следующем году преставляется митрополит Белокриницкий Макарий. Освященный Собор 1921 года на место митрополита Белокриницкого выбирает епископа Иннокентия. Но возведение в сан митрополита не состоялось, так как, во-первых, необходимо было дождаться согласия старообрядческих архиереев, проживавших в России, а во-вторых, Иннокентий Усов не имел румынского гражданства. Если от первых согласие было получено, то по второму пункту румынские власти повели себя принципиально. Выехав в Югославию в 1922 году и только через год с лишним получив возможность вернуться обратно в Румынию, владыка Иннокентий долго проживал в селе Куниче, управляя Кишиневской епархией.
28 июля 1935 года, по просьбе прихожан Измаильской епархии, совершает архиерейскую хиротонию инока Силуяна (Кравцова) в правящего архиерея этой епархии, находившейся в юрисдикции Московской Архиепископии. (Предыдущий епископ Феоген был категорически не принмаем прихожанами, ситуация всё более накалялась, а Белокриницкая митрополия бездействовала.) Данное действие епископа Иннокентия вызвало неодобрение со стороны румынского епископата. В результате 6 августа 1935 года, во время проведения Освященного Собора Белокриницкой Митрополии под председательством митрополита Пафнутия, хиротония инока Силуяна была не признана, а сам владыка Иннокентий был запрещён за совершение раскола. Решение было спешным и опрометчивым, поэтому спустя время, разобравшись в ситуации, Белокриницкий епископат на Освященном Соборе 1936 года признал действия епископа Иннокентия каноничными.

Таким образом, великий для старообрядчества человек в святительском сане был дважды за свою жизнь запрещаем в служении почти за одно и то же. И оба эти запрещения впоследствии признавались недействительными, а хиротонии, совершённые епископом Иннокентием, законными.

В Румынии издаётся несколько богословских трудов епископа Иннокентия общедогматического и общественно-религиозного характера. Там же, в эмиграции, он (при помощи Фёдора Ефимовича Мельникова) трудится над созданием одного важного документа — Меморандума о правах старообрядцев. Настоящий документ, по сути — законодательного характера, был подготовлен специально для румынского правительства, с целью ввести Старообрядческую церковь в Румынии в правовое поле государства. Данный меморандум предоставлялся дважды, однако румынские власти признали Старообрядческую церковь только после освобождения территории Румынии от оккупации немецко-фашистскими войсками.
Кишинёвская епархия охватывала по площади почти всю Бессарабию, которая вошла в состав СССР в 1940 году. Епископ Иннокентий не желал своего подчинения той власти, которую он изначально не принял, и в связи с этим был назначен правящим архиереем Тульчинской епархии, располагавшейся на территории Румынии. Сама же кафедра митрополита древлеправославных христиан в Румынии стала располагаться в городе Браиле, так как Северная Буковина и Белая Криница тоже вошли в состав СССР.
Освященный Собор, проходивший в мае 1941 года, избрал епископа Иннокентия митрополитом Белокриницким, и уже 10 мая 1941 года епископ Славский Саватий вместе с епископом Манчжурским и Тульчинским Тихоном возвели епископа Иннокентия Усова в сан старообрядческого митрополита Белокриницкого. К этому времени владыке исполнился 71 год, однако, несмотря на возраст, силы и энтузиазм не покидали его, и он намеревался осуществить в Румынии на кафедре митрополита то же, что когда-то сделал в России, в своей Нижегородско-Костромской епархии, будучи её епископом. Просвещение, образование, создание школ, организация духовных центров, организация типографий и книгоиздательство, выход в свет старообрядческих журналов. Принимая во внимание недюжинные организаторские способности владыки Иннокентия, его неисчерпаемую энергию, увлечённость делом, трудолюбие — нет никаких сомнений, что данные планы были бы вскоре реализованы и принесли бы огромную пользу старообрядчеству. Новым планам митрополита Иннокентия не дала сбыться Великая Отечественная война, ставшая для него, как и для миллионов людей, личной трагедией.

Румыния тогда оказалась на стороне немецко-фашистских захватчиков, и митрополит Иннокентий, ввиду его национального происхождения (как русский) и как иностранец был выслан в город Яссы под постоянное наблюдение румынских спецслужб. Все просьбы митрополита в адрес румынского правительства на дозволение жить в старообрядческом монастыре в Белой Кринице не возымели успеха.
Нервы митрополита не выдержали подобного удара. Он был лишён всего и не видел более смысла своего существования на этом свете. Всё, чему служил этот святой человек, чем он жил, что составляло смысл его жизни — пропало. На этом фоне у владыки начала развиваться мания преследования. Ему постоянно казалось, что его могут забрать большевики и расстрелять. Позже владыка отказался от приёма пищи….

Старообрядческий митрополит Белокриницкий Иннокентий Усов отошёл ко Господу 16 февраля 1942 года в Румынии, в селе Писк — местечке где компактно проживали староверы. Чин погребения был совершён епископом Тихоном Качалкиным и епископом Арсением Лысовым.

В 2020 году исполняется 150 лет со дня рождения знаменитого старообрядческого иерарха и начётчика.
Старообрядческий митрополит Белокриницкий Иннокентий Усов, бесспорно, один из самых деятельных и самых смелых древлеправославных иерархов. Его, в определённом смысле, дерзновенные и большей частью своевременные поступки порождали неоднозначную реакцию в старообрядческой церкви и в обществе.

Этот иерарх одно время выступал за ограничение прав мирян в жизни церкви, с подозрением относился к проведению съездов мирян без епископов, что дало повод неблагожелателям обвинить епископа Иннокентия Усова в ереси попрания соборности. Однако владыка не выступал против самого догмата соборности как церковной природы, как полноценного участия достойных мирян в жизни Церкви. Владыка Иннокентий как человек духовно тонкий, имел определенное чувствование баланса и чётко различал соборность и анархию, здравую вертикаль власти и деспотию, отцовскую любовь правителя и авторитаризм… В наше время принято, и даже модно, критиковать епископат. В начале XX века епископ Иннокентий, как ревностный блюститель церковной симфонии, имел дерзновение покритиковать мирян, на что не могло не быть прецедента. Нельзя сказать, что деятельный владыка отличался кротким нравом. Об этом свидетельствует его дерзновение поставить единолично двух епископов (и оба постановления были впоследствии признаны), а также решимость епископа Иннокентия в деле разрешения различных конфликтных ситуаций со священнослужителями и сотрудниками. Заслуживает внимания одна история, когда епископ Иннокентий не побоялся запретить в служении игумена Петропавловского монастыря Галактиона Степанова — очень влиятельного человека. Галактион Степанов был хорошим хозяйственником и управленцем, однако его образ жизни, никак не соответствующий монашескому житию, смущал многих. Галактион был самым настоящим бандитом в иноческой мантии. Не брезговал угрозами, расправой и рукоприкладством. Сам архиепископ Иоанн Картушин не рискнул употребить свою власть первопредстоятеля для усмирения преступника. Этого не побоялся сделать епископ Иннокентий. Дело дошло до того, что владыка был зверски избит в самом алтаре церкви. Тем не менее смелому епископу удалось не только навести в монастыре порядок, но и добиться от бывшего игумена покаяния .

Этот человек, управленческого, деятельного склада ума, подходил к свершению дел неординарно, творчески и на несколько шагов вперёд чувствовал, что на данный момент необходимо сделать для церкви. Митрополит Иннокентий Усов с той чистотою души, которой он служил Церкви Христовой, с его отвагой и бескорыстием, бесстрашием и решимостью, несомненно, достоин святительского прославления. (Последнее высказывание автора настоящего сочинения является его личным мнением, индивидуальной точкой зрения.)

Добрая память об Усове осталась в Молдавии и Румынии, о чём свидетельствует молдавский старообрядческий историк Александр Магола: «Находясь в Румынии, епископ Иннокентий продолжает литературно-богословскую и апологетическую деятельность, направленную на защиту истинной веры от безбожного атеизма. Он пишет и издает много книг, брошюр, статей, молитвенников, церковных календарей, листовок и проповедей религиозного и миссионерского содержания. История издания в Румынии его трудов может стать темой самостоятельного исследования. В основном его книги и другие публикации были напечатаны в Кишинёве и других городах ещё перед Второй мировой войной <…>. Владыка Иннокентий Усов много потрудился на ниве Божией и достоин быть прославлен в лике святых как исповедник старой веры и страдалец за правду и Святую Церковь. Его жизнь и труды могут служить прекрасным примером не только для верующих старообрядцев, но и для всего Православного христианского мира» .

Митрополит Иннокентий Усов как историк, канонист и духовный писатель-апологет оставил для нас немалое письменное наследие. Писательский талант, тогда ещё молодой человек, Иван Григорьевич Усов обнаружил в себе рано. В «какие-то» 25 лет отроду он становится автором известного в своё время сочинения под названием «Разбор ответов на 105 вопросов». Этот довольно большой по объему богословский труд был издан на верном «помощнике» старообрядцев — копировальном аппарате гектографе в 1896 году.
История появления «Разбора ответов…» такова. Миссионер господствующего вероисповедания Егор Антонович Антонов, «бывший» старообрядец, придерживавшийся некогда Белокриницкой иерархии, под влиянием такого же «бывшего» старообрядца только феодосеевского согласия архимандрита Павла (Леднёва) Прусского переходит в новообрядчество и, более того, становится его адептом, ярым защитником и миссионером. Естественным образом, всё «миссионерство» было направлено в старообрядческую сторону. Егор Антонов пишет книгу под названием «Ответы на 105 вопросов, сочиненных старообрядцами австрийского согласия», направленную на обличение церковной позиции старообрядцев. В ответ на данное притязание из-под пера молодого старообрядца Ивана Усова выходит целое фундаментальное сочинение «Разбор ответов на 105 вопросов». Написано оно грамотным выдержанным несложным языком, отличается целостностью и систематичностью. Как апологет Иван Усов выдерживает железную логику и чёткую стратегию защиты на протяжении всего сочинения. Первая книга Усова сделала его известным не только в старообрядчестве, но и за его пределами, оказалась настолько своевременной и удачной, что сам Николай Иванович Субботин, профессор Московской духовной академии, непримиримый враг старообрядчества, обратил внимание на Ивана Усова и обнаружил своё апологетическое бессилие против его книги. Причиною всегда сопутствовавшего епископу миссионерского успеха было то, что «проповеди, «слова и речи» епископа Иннокентия читаются не как проповеди, а как интересная живая книга <…> епископ Иннокентий касается не отвлечённых понятий, а близких слушателям, касается не схоластически а живо, понятно, часто проникновенно. Отличительной чертой его проповедей, увлекающих слушателей, является искательство, если можно так выразиться. Он сам ищет истины, он сообщает слушателям результаты своих исканий, и его живое отношение к предмету его «искательства» передаётся слушателям» .

В 2017 году Ярославская и Костромская епархия Русской Православной Старообрядческой Церкви осуществила переиздание сего замечательного сочинения. В предисловии к нему сказано следующее: «Книга представляет собой не только замечательный образец православной апологетики, но и, в некотором смысле, то, что сейчас назвали бы «интеллектуальным путешествием». Она с логико-исторической основательностью, богословской изящностью и евангельской простотой не оставляет камня на камне от иезуистски-лживых и антиисторических доводов РПЦ против старообрядческой Церкви. Дополнительно, в книге убедительно доказана законность присоединения митр. Амвросия, а также догматическая, каноническая, историческая и моральная абсурдность так называемого «единоверия» .
Немало внимания епископ Иннокентий уделил освещению исторических событий, связанных с присоединением к древлеправославию митрополита Амвросия Паппа-Георгополи. В самом начале XX века один за другим выходят труды: «Об исповеди преосвященного Амвросия митрополита Белокриницкого» (1900), «О крещении греческой церкви и митрополита Амвросия» (1903), «О посланничестве митрополита Амвросия и о занятии им Белокриницкой епархии» (1904), «О миропомазании священнослужителей, присоединяемых к православию от ереси второго чина» (1902).
Не оставляя в стороне актуальную до сегодняшнего дня проблему беглопоповского раскола, епископ Иннокентий в адрес старообрядцев, сомневающихся в каноничности святителя Амвросия Белокриницкого, направляет целое послание, на котором мы считаем необходимым остановиться подробнее.
Сия проблема действительно не утратила своего значения в настоящем времени, несмотря на то что ни один видный старообрядческий историк не обошёл стороною данный вопрос, являющий собою не что иное, как недоразумение, порождающее самое нелепое разделение среди древлеправославных христиан, приемлющих священство.

Итак, в 1846 году после долгих поисков старообрядцы нашли себе епископа, который принял Старую Веру и восстановил в Церкви трёхчинную иерархию. Это был прославленный ныне Русской Православной Старообрядческой Церковью в сонме святителей — митрополит Боснийский Амвросий Паппа-Георгополи, пребывающий на момент присоединения к старообрядчеству за штатом, служивший в Константинополе при патриархе. После того как митрополит Амвросий возглавил старообрядствующую Церковь Христову, часть древлеправославных не признала каноничность митрополита, равно как и законность его присоединения.

Епископ Иннокентий Усов, как иерарх и христианин, искренне желавший церковного единства старообрядцев, не мог оставить в стороне этот вопрос и в 1911 году выпустил в свет увещевательно-полемическое послание под названием «Пастырское обращение к старообрядцам, принимающим священство, переходящее от господствующей церкви». Небольшое по объёму сочинение в виде статьи, однако железно аргументированное и захватывающее, как хороший детектив. Необходимо отметить, что в подобном характере написаны все полемические сочинения владыки Иннокентия, что свидетельствует об авторе как хорошем литераторе-художнике, великолепно чувствующем стиль, способным увлечь читателя острым сюжетом.

В начале послания автор даёт понять адресатам, то есть «старообрядцам, принимающим священство, переходящее от господствующей церкви», что он их не считает никакими раздорниками, еретиками, раскольниками и смутьянами, а прежде всего, «братьями по вере, чадами единой, святой, соборной и апостольской Церкви» , а возникшее разделение расценивает не иначе, как «беспричинное разделение родных братьев по плоти между собою» .

Освещая кратко предысторию разделения, утраты епископства в середине XVII века и канонические основания в присоединении священнослужителей и попытке восстановления иерархии, епископ Иннокентий постепенно переходит к аргументам, достойным, с точки зрения беглопоповцев, чтобы уверовать в неканоничность вхождения митрополита Амвросия в старообрядческую Церковь. Когда дело касается аргументов — почвы для полемики, Иннокентий Усов начинает чувствовать себя в своей стихии — стихии наступления и моментального опровержения всех доводов другой стороны.
Для начала автор послания развенчивает миф о «командировке» святителя Амвросия в Белую Криницу, чтобы там поставить старообрядцам епископа и отбыть обратно в своё Отечество. Обвинение больше чем надуманно. Для поверхностного, не вникнувшего в эту историю взгляда, возможно, это выглядит именно так, однако епископ Иннокентий даёт неопровержимые уточнения: «…митрополит Амвросий поставил Кирила не в преемники себе, а епископом в г. Майнос; в митрополита же его произвели епископы после ссылки митрополита Амвросия, совершенно независимо от этого архипастыря» . Далее в послании автор логически совершенно убедительно даёт понять оппонентам, что в случае приобретения епископа беглопоповцами — этот епископ поступит точно таким же образом, как и митрополит Амвросий: первое, что сделает — рукоположит следующего епископа.

Далее в пух и прах разносится беглопоповский аргумент о «пятистах червонцах» (полторы тысячи рублей того времени), предназначенных в качестве ежегодной выплаты на содержание архиерея, за которые митрополит Амвросий яко бы «продался». Иннокентий Усов, будучи в курсе всех дел беглопопвцев, пишет следующее: «Ещё не приняв себе епископа, а лишь собираясь принять, вы на своих всероссийских съездах ассигновали на приобретение епископа и на плату ему жалования двадцать семь тысяч рублей и для сбора этой суммы открыли всероссийскую подписку» . Как говорится, комментарии излишни.

Основным камнем преткновения в разделении старообрядцев-поповцев является форма совершения таинства Крещения над митрополитом Амвросием. В «Послании» епископ Иннокентий говорит, что форма трёхпогружательного крещения в Греческой церкви (в середине XIX века), как единственно практикующаяся, проверена старообрядцами на практике; более того, в этой церкви имеет место практика крещения католиков в случае перехода в православие, ибо на западе крестят обливательно. После этого Иннокентий Усов наводит на мысль, что каноническая логика беспоповцев работает против них же самих: «Если вы примете себе епископа, то будет ли правильным и несомненным его крещение? Едва ли. Если вы его примете от Греческой церкви, то на него будут такие же нарекания относительно крещения, как и на митрополита Амвросия. Но, избегая этого, вы, вероятно, позаботитесь принять его откуда-нибудь, но не из Греции. Если вы примете его от Русской церкви, то нареканий на него будет больше, и они будут основательней, чем на митрополита Амвросия по вопросу о крещении. Ведь всем известно, что Русская церковь относится к обливательному крещению несравненно слабее и снисходительнее, чем Греческая (курсив мой.. — Авт.). <…>. И господствующая церковь такое крещение оправдывает в своих книгах, как например, в книге «Оправдание поливательного крещения», изданной самим Синодом» . Действительно, обливательное крещение было принято русской новообрядной церковью, догматически оправдано и канонически узаконено. Более того, оно было чрезвычайно распространено в новообрядных епархиях и практикуется по сей день, несмотря на официальную позицию необходимости трёхпогружательного крещения, многочисленные увещевания священнослужителей и осуждения обливания. Добавим лишь, что в 1924 году не принявших святительское достоинство митрополита Амвросия старообрядцев возглавил изначально, будучи в официальной Российской церкви, а затем перешедший обновленческое движение, и, наконец, примкнувший к нуждающимся в «своём» епископе религиозным группам, молящимся по Старому Обряду, архиепископ Никола Позднев.

Епископ Иннокентий Усов, «благородною ревностию увлечённый», идёт дальше, загоняя противника в угол, извлекая аргументацию из логики оппозиционной стороны, не оставляя другому полемизирующему лагерю никаких разумных доводов в собственное оправдание. Старообрядцам, не признавшим митрополита Амвросия, остаётся одно: признать безблагодатность священства всех поместных церквей, как ведущих апостольское преемство от Греческой церкви, откуда произошёл митрополит, где, по утверждению беглопоповских начётчиков практикуется обливание вместо трёхпогружательного крещения, а следовательно, отказаться от спасительных таинств Церкви и уйти в беспоповство. Вот текст епископа: «И все теперешние епископы славянских земель — болгарской, сербской и проч. — своё рукоположение ведут преемственно от греческих патриархов и епископов, от которых ведёт преемство чрез митрополита Амвросия и наша иерархия. И если вы её признаёте незаконной и недействительной за то, что она имеет преемство от греческих иерархов, по-вашему, «обливанцев», то так же должны признать незаконными и недействительными иерархии Болгарской, Сербской, Черногорской и т. П. церквей, потому что они ведут преемство своего рукоположения именно от той же Греческой церкви, от тех же греческих иерархов, как и митрополит Амвросий. Даже более, ибо они получили самостоятельность гораздо позже присоединения к нам митрополита Амвросия» .

Принятие старообрядцами-беглопоповцами не менее сомнительного, с канонической точки зрения, архиепископа Николы Позднева похоже на политику «двойных стандартов», проводимых руководством этой маргинальной деноминации, где вопрос о власти обрёл первостепенное значение, нежели здравая духовная потребность церковного единства.

«Послание» было написано за тринадцать лет до прихода архиепископа Николы Позднева, и проницательный владыка Иннокентий с учреждением новой, параллельной старообрядческой иерархии предрёк усугубление и без того болезненного разделения старообрядцев: «нет оправдания непринятия вами старообрядческой иерархии, и нет смысла обзаводиться новою иерархиею, которая если и явится, то, во всяком случае, не лучше теперешней, и может послужить не к миру и соединению, а лишь к раздорам и разделениям» .

Ещё одним из самых известных сочинений митрополита Иннокентия является вышедшая в 1901 году книга «Церковь Христова временно без епископа». Данное произведение широкоаспектно. Оно включает в себя вопросы догматического и канонического характера, в нем разбирается учение о Церкви, природа епископской власти, происходит анализ различных исторических прецедентов. Принятие или непринятие старообрядцами епископов от новообрядных, еретических, с точки зрения староверия, епископов превратилось в целую церковную проблему и стало предметом раздоров. Испытывая влияние своего учителя святителя Арсения Уральского, Иннокентий Усов пишет данный труд в опровержение нападок беспоповцев и новообрядцев. В опровержении мнения о прекращении священства, проповедуемого беспоповцами, Усов характеризует данное сообщество следующим образом: «Но некоторые из старообрядцев, отчасти по излишней строгости к еретикам, отчасти в ожидании близкой кончины мира, обольщаясь ложным мудрованием о пришествии и царствовании последнего антихриста, не стали руководствоваться святоцерковными правилами о принятии приходящих от ереси священных лиц в их сане, утверждая, что священники якобы и не нужны в церкви. Отделившись от старообрядческой церкви, такие люди составили особую общину, получившую название беспоповщины. Разделившись затем и между собою, они изобрели и стали содержать самые грубые и нелепые заблуждения, что всех еретиков и раскольников должно перекрещивать, что антихрист уже царствует в лице представителей господствующей церкви, что не нужно церковных таинств, что всяк сам себя может крестить, что законный брак есть грех и проч. И пошли они такими ложными и гибельными путями, не внимая слову Божию» .

Тема, поднимаемая епископом Иннокентием как нельзя более актуальна для старообрядцев, приемлющих священство. Дело в том, что в 1666 году абсолютно все епископы тогдашней Русской церкви поставили свои подписи под еретическими деяниями данного собора. Те же русские православные христиане, которые не захотели молиться по «новому обряду», остались без епископов и до самого 1846 года довольствовались «беглыми», переходящими из официальной церкви священниками. Пока наконец в 1846 году греческий митрополит Амвросий Паппа-Георгополи не восстановил в Древлеправославной Церкви Христовой (Русской Православной Старообрядческой Церкви) полноценную трёхчинную иерархию.
Многие задавались вопросом: как, с точки зрения православного вероучения о Церкви Христовой, рассматривать положение старообрядцев, около 200 лет просуществовавших без полноценной трёхчинной церковной иерархии. Ответом на этот и все подобные вопросы является выход в свет данного сочинения: «Церковь Христова временно без епископа». Книга написана простым доступным языком и построена в увлекательной форме беседы старообрядца и новообрядца. Это придаёт произведению высокую литературно-художественную ценность.

На страницах по-своему эпохального труда митрополит Иннокентий Усов говорит о временном безыерархическом существовании Церкви как явлении, конечно же, неполноценном, ненормальном. Но не фатальном и не губительном.

Во-первых, условия сложились так, что не старообрядцы были виноваты в том, что епископы смалодушествовали. За преданность старой вере можно было поплатиться жизнью. Всех архиереев страшила возможность повторить судьбу епископа Павла Коломенского. Никон демонстративно жестоко поступил с епископом Павлом, показав, что будет с теми, кто с патриархом не согласится.

Во-вторых, Иннокентий Усов приводит достаточно примеров, когда церковные кафедры вдовствовали, ибо епископы уклонились в ересь.

В-третьих, сами старообрядцы осознавали ненормальность своего положения без епископов и никогда не прекращали поиск высшего священства. «Не находя решительно никаких заблуждений в старообрядческой Христовой Церкви, миссионеры придираются главным образом только к тому, что в ней с 1666 до 1846 года, то есть сто восемьдесят лет, не было епископа, хотя это происшествие не составляет никакой погрешности и отнюдь не обвиняет ее, так как она не имела епископов единственно потому лишь, что они уклонились в заблуждение и пребывали в нем. Но миссионеры иногда и этим сбивают с правого пути простой малознающий народ, не могущий различить истину от лжи, православие от еретичества. А ревностных в вере они только более возбуждают на изучение святоцерковного учения, на разъяснение истины и защиту церкви Христовой» .

Таким образом, у автора складывается чёткая экклесиологическая концепция: старообрядцы, существовавшие почти два века без епископов, ни в чём не погрешали в деле искажения природы Православной Христианской Церкви.

В 1940 году, за два года до блаженной кончины митрополита Иннокентия, выходит интересный и оригинальный труд, направленный на увещевание христиан-старообрядцев беспоповского толка. Сочинение по объёму небольшое, но его ценность — в информационной насыщенности и, как всегда, железной логике, симфонирующей с чёткостью аргументации. Автор буквально накрывает все доводы старообрядцев беспоповцев, на основании Священного Писания, канонов и святоотеческих творений убеждает беспоповство отступить от ложного пути и принять всю полноту Святых Даров Древлеправославной Церкви Христовой. Авторство данного сочинения до конца не выявлено, однако есть все основания полагать, что книжица «Старообрядец старообрядцу» — одно из последних творений митрополита Иннокентия Усова.

В прекрасно написанном введении к данному сочинению, переизданному в Новосибирске в 2014 году, сказано: «Манера изложения, безупречное владение материалом дают все основания считать автора послания опытным полемистом и писателем, не раз обращавшимся к рассматриваемым в сочинении темам. Способ ведения полемики весьма близок к «наступательному» стилю, характерному известному «стародубскому трио», к которому относились братья Василий и Фёдор Мельниковы и Иван Усов — будущий Нижегородский епископ и Белокриницкий митрополит Иннокентий. Это подтверждается и некоторыми биографическими сведениями из жизни архипастыря. <…> Укажем и на стилистическое сходство послания, общую систему доказательств и подборку цитат с одной из наиболее известных работ владыки Иннокентия «Церковь Христова временно без епископа» .

В том же 2014 году стараниями Музейно-библиотечно-архивного отдела старообрядческой Митрополии Московской и всея Руси и лично Виктора Боченкова, известного специалиста в области старообрядческой апологетики и начётничества, вышел первый том собрания сочинений Иннокентия Усова.

Список использованных источников

  1. Библия (Священное Писание Ветхого и Нового Завета).
  2. Арсений Уральский: Книга об Антихристе и о прочих действах иже при нем быти хотящих». — М.: Панагия; Языки славянской культуры, 2005. — 184 с.
  3. Арсений (Швецов), епископ Уральский и Оренбургский. Собрание сочинений: Вып. 1: Сочинения апологетические: (1872–1900 гг.) / Архив и Библиотека редких книг и рукописей («Рогожское книгохранилище») Митрополии Московской и всея Руси РПСЦ; Подгот. текстов к изд., науч. ред., вводн. статья В.В. Боченкова; сост., примеч. В.В. Боченкова, В.В. Волкова; указатели, общ. ред. В.В. Волкова. — Москва; Ржев: Маргарит, 2008. — 376 с., илл. // Боченков В.В. Арсений (Швецов), епископ Уральский и Оренбургский. Жизнь и творчество. Предисловие к публикации. — С. 7–8.
  4. Арсений (Швецов, епископ Уральский и Оренбургский). Собрание сочинений. Том 3. Полемические сочинения. 1871–1888. Цикл работ об окружном послании. 1877–1899 гг. / Архив и Библиотека редких книг Митрополии Московской и всея Руси РПСЦ; Подгот. текстов к изд., науч. ред., сост., прим. В.В. Боченкова. — Москва–Ржев: Маргарит, 2013. — 496 с., илл.
  5. Аторин Р.Ю. Московская Архиепископия Древлеправославной Церкви Христовой до 1917 года // режим доступа: http://rpsc.ru/publications/history/atorin_arhiepiskopia
  6. Аторин Р.Ю. Исторические духовные центры русского старообрядчества // режим доступа: http://rpsc.ru/publications/history/duhovnye_centry
  7. Боченков В.В. Епископ Михаил (Семёнов) и Ф.Е. Мельников — корреспонденты М.М. Гаккебуша // Старообрядчество: история, культура, современность. Том II. Материалы VII Международной научно-практической конференции 22–24 февраля 2005 г. — М., 2005. — С. 279–288.
  8. Боченков В.В. «Это был подвиг искренности» (памяти епископа Михаила Канадского) // Старообрядчество: история, культура, современность. Выпуск 13. — М., 2009. — С. 108–135.
  9. Боченков В.В. Несколько штрихов к биографии епископа Михаила (Семенова) // режим доступа: http://moloko.ruspole.info/node/1811
  10. Воронцова И.В. Старообрядческий епископ Михаил (Семёнов) в контексте истории религиозного реформизма в России (1905–1915 гг.) // Вестник ПСТГУ II: История. История Русской Православной Церкви. 2012. Вып. 3 (46). С. 40–55.
  11. В память вечную будет праведник: К обретению честных мощей святителя Арсения Уральского / Библиотечно-архивный отдел Московской Митрополии РПСЦ; Автор текста и составитель В.В. Боченков. — Ржев: Маргарит, 2011. — 49 с.
  12. «В память об архипастыре»: на Рогожском прошел вечер памяти епископа Михаила (Семенова // режим доступа: http://rpsc.ru/news/mitropoliya/v-pamyat-ob-arhipasty-re-na rogozhskom-proshel-vecher-pamyati-episkopa-mihaila-semenova/
  13. Головушкин Д.А. «Голгофское христианство» старообрядческого епископа Михаила (Семёнова) // Вестник РХГА. 2014. № 3.
  14. Головушкин Д.А. Апостол ХХ века. Жизнь и творчество Михаила (Семёнова). СПб., 2010.
  15. Духовные центры старообрядчества // режим доступа: http://rpsc.ru/history/kratkaya-istoriya-staroobryadchestva/duhovnyie-tsentryi-staroobryadchestva
  16. Духовенство господствующей церкви в изображении русских писателей новейшего времени. // Старообрядец. — 1907. — №9. — С. 1035—1040.
  17. Епископ Иннокентий Усов. Разбор ответов на сто пять вопросов. — Кострома: Ярославская и Костромская старообрядческая епархия, 2017.
  18. Житие протопопа Аввакума и другие его сочинения / Сост., вступ. Ст. и коммент. А.Н. Робинсона; Худож. А. Денисов. — М.: Советская Россия, 1991.
  19. Иван Усов. Церковь Христова временно без епископа. — Новосибирск, ИИЦ «Слово» 2008. — 164 с.
  20. Иннокентий (Усов), епископ Нижегородский и Костромской. Собрание сочинений: Том 1: Статьи из старообрядческой периодики 1905–1918 гг. / Иннокентий (Усов), епископ Нижегородский и Костромской / Музейно-библиотечно-архивный отдел Митрополии Московской и всея Руси РПСЦ; сост. подгот. текстов к изд., вводн. статья, примеч., указат. В.В. Боченкова. — М.: Криница, 2014. — 520 с., илл.
  21. Исповедь старообрядческого архимандрита Михаила // Наш понедельник. — 1907. — №5 от 17 декабря. — С. 1 (про синодское беззаконие).
  22. Кабанов А.Е. Спасово согласие и ковровские купцы Першины // «Старообрядчество: история, культура, современность. Выпуск 13. — М., 2009. — С. 96–99.
  23. Кириллов И.А. Правда старой веры. — Барнаул: АКООХ-И «Фонд поддержки строительства храма Покрова…», 2008. — 502 с.
  24. Кожурин К.Я. Культура русского старообрядчества (XVII–ХХ вв.). Часть вторая: Учебное пособие. — СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2010. — 148 с.
  25. Костров А.А. Старообрядческое направление отечественной историографии начала XX в. и Ф.Е. Мельников // Старообрядчество: история, культура, современность. Том II. Материалы VII Международной научно-практической конференции 22–24 февраля 2005 г. — М., 2005. — С. 17–22.
  26. Лоскутов Ю.В. Ф.М. Мельников как философ (штрихи к портрету) // Старообрядчество: история, культура, современность. Том II. Материалы VII Международной научно-практической конференции 13–15 ноября 2007 г. — М., 2007. — С. 49–56.
  27. Лабзин С. Владыка святый. Жизнеописание Арсения, епископа Уральского и Оренбургского. — Вязники, 2005. — 30 с.
  28. Магола А.А. Деятельность владыки Иннокентия Усова в «богоспасаемом Румынском королевстве» // режим доступа: https://oldbelievers.wordpress.com/2009/08/01/ambivalent-bishop
  29. Мельников Ф.Е. О союзе старообрядческих начётчиков // Мельников Ф.Е. Что такое старообрядчество (Статьи). Барнаул: АКООХ-И «Фонд поддержки строительства храма Покрова…», 2007.
  30. Мельников Ф.Е. Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви. Барнаул: АКООХ-И «Фонд поддержки строительства храма Покрова…», 2006.
  31. Мельников Ф.Е. Три инока // Из истории Белокриницкой иерархии: Сборник: сост. Иванова Т.А. / отв. Редактор Горелов А.А. — М.: ВИКТАН-полиграф, 2007. — 200 с.
  32. Михаил (Семенов) // режим доступа: http://www.ortho-rus.ru/cgi-bin/ps_file.cgi?2_6179
  33. Осипов В.И., Осипова А.В. Конфликт епископа Иннокентия с игуменом Петропавловского монастыря Галактионом Степановым в 1907 году (по материалам канцелярии архиепископа Московского и всея Руси) // Старообрядчество: история, культура, современность. Вып. 15. — М., 2015. С. 84–88.
  34. Постановления Освященного Собора Русской Православной Старообрядческой Церкви 2008 г., 15–17 октября 2008 года// режим доступа: http://rpsc.ru/docs/sobory/os2008
  35. Святитель Арсений (Швецов), епископ Уральский и Оренбургский. Собрание сочинений: Вып. 2: Исторические и историко-мемуарные сочинения / Архив и библиотека редких книг и рукописей («Рогожское хранилище») Митрополии Московской и всея Руси РПСЦ; Подгот. текстов к изд., науч. ред., составление, прим. В.В. Боченкова, общ. ред. В.В. Волкова. — Москва–Ржев: Маргарит, 2010. — 472 с., илл.
  36. Стихотворение на открытие останков о. Серафима Саровского // Старообрядец. — 1907. — №5. — С. 608–609.
  37. Старообрядец старообрядцам. — Новосибирск, ИИЦ «Слово», 2014.
  38. Стенограмма собрания Петроградского религиозно-философского общества, посвященного памяти еп. Михаила Канадского 4 дек. 1916 г. // Старообрядчество: история, культура, современность. — М., 2009. Вып. 13. С. 115). (Цит. по: Агеева Е.А., Боченков В.В. Иннокентий // Православная энциклопедия — режим доступа: — http://www.pravenc.ru/text/468763.html).
  39. Урушев Д. Русское старообрядчество: традиции, история, культура / Дмитрий Урушев. — Москва: Эксмо, 2016. — 352 с : ил.
  40. Урушев Д.А. Возьми крест свой (история старообрядчества в событиях и лицах). Барнаул: АКООХ-И «Фонд поддержки строительства храма Покрова…», 2009. — 298 с.: ил.
  41. Фирсов С.Л. К вопросу о церковном реформаторстве начала века: штрихи к портрету старообрядческого епископа Михаила (Семёнова) // Проблемы социально-экономической и политической истории России XIX–XX веков. Сб. пам. В.С. Дякина и Ю.Б. Соловьёва. СПб., 1999.
  42. Шамарин В. Начётничество в Древлеправославной Поморской Церкви // Традиции духовного образования в старообрядчестве: история, современность, перспективы: Сборник материалов / Ржевская Покровская старообрядческая община; под ред. о. Евгения Чунина; Отв. сост. Волков В.В. — Ржев, 2003. — 112 с.