Главная » К сведению » Пути разные — финал один, Страшный Суд. Интервью с насельницами Николо-Улейминского монастыря, история и современная жизнь обители 

Пути разные — финал один, Страшный Суд. Интервью с насельницами Николо-Улейминского монастыря, история и современная жизнь обители 

Поиск

Предстоящие события

 Есть у нашей матушки-Церкви драгоценное сокровище, мало кому известное, живущее тихой, неприметной жизнью, каждый Божий день питающее тело Христово, нас с вами, великой силой ночной молитвы. Расположено оно на святой земле, обильно политой кровью мучеников — наших с вами предков, русских православных христиан. Основано оно в далеком ХV веке по милости святителя Николы Чудотворца. «Благодать Божия и молитвы мои будут здесь», — открыл угодник Божий боголюбивому иноку Варлааму и прославил сие место своим чудотворным образом, дарующим верующим неисчислимые исцеления. 

Сокровище это — единственный в России старообрядческий женский монастырь, расположенный близ города Углича, цитадели православия, в живописном селе Улейме. Жизнь обители протекает в соответствии с древними иноческими уставами, а значит основная часть ежедневной соборной службы совершается ночью, вместо сна, столь необходимого для плоти. 

Великое дело — молитва среди глубокой ночи, говорят святые отцы. 

«Преклони колена, воздыхай, моли Господа твоего быть милостивым к тебе; Он особенно преклоняется (на милость) ночными молитвами, когда ты время отдохновения делаешь временем плача» (свт. Иоанн Златоуст). 

«Поверь мне, не столько огонь истребляет ржавчину (металла), сколько ночная молитва — ржавчину грехов наших» (свт. Иоанн Златоуст). 

«Всякая молитва, которую совершаем ночью, да будет в очах твоих досточестнее всех дневных деяний» (прп. Исаак Сирин). 

Монахини Николо-Улейминского монастыря, несмотря на свои почтенные лета, усердно творят это ангельское делание. Воистину, сила Божия в немощи совершается! 

Предлагаем читателям сайта rpsc.ru познакомиться с насельницами, историей и современной жизнью этой славной обители. Двери монастыря открыты для всех паломников, православных христиан, готовых отложить на время мирские дела и вкусить плоды ночной молитвы. Телефон, адрес монастыря вы найдете в конце публикации. Там же размещен номер банковской карты для тех, кто желает оказать материальную помощь восстановлению убранства древнерусской святыни. 

 

 

Интервью с игуменией монастыря матушкой Олимпиадой 

— Матушка, расскажите, Христа ради, почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

— Господи Исусе Христе, Сыне Божии, помилуй нас. Как я оказалась в монастыре? Вопрос и простой, и сложный одновременно. Мы приехали сюда в 2003 году с моей родной сестрой Евгенией, ныне усопшей инокиней Евсевией, Царство ей Небесное. Она была старше меня на 17 лет. Сколько я ее помню, она много трудилась во славу Божию, любила Бога и заботилась об истинной жизни. 

Мы жили в Сибири, в Омске, в почти 1,5-миллионном городе. Храма там не было с 1937 года — с тех пор как его разломали и из этого кирпича построили баню.  

В Омске проживало много старообрядцев, по большим праздникам помолиться, исповедаться и причаститься мы ездили в Новосибирск к нашему духовному отцу Михайлу Задворному. Там мы и встречались с верующими земляками. Как-то отец Михайл благословил меня на создание храма в Омске: «Бог благословит тебя, Ольга Ивановна, чтобы у вас в Омске был свой храм!» 

По профессии я инженер-строитель, работала начальником производственного отдела в хорошем месте — в Управлении капитального строительства горисполкома. Много было родных, знакомых, друзей, сослуживцев, которые впоследствии мне усердно помогали в строительстве храма. А главное, было огромное желание потрудиться в таком богоугодном деле.  

Через год с Божией помощью наш единственный в г. Омске православный старообрядческий храм был освящен во имя святителя Николы Чудотворца. Приобрели основные богослужебные книги, учились читать, петь по крюкам и проводили все праздничные и воскресные службы. Вся моя многочисленная родня поддерживала меня и помогала. Стали собираться старообрядцы из всей Омской области. Какие это были чудные годы в моей жизни! Какие добрые, боголюбивые люди были в приходе во главе с нашим духовником отцом Михайлом! 

Годы шли, я похоронила родителей, которых перевезла к себе жить, так как они уже были пожилые. Отдала под венец дочь. Похоронила мужа. Сестра Евгения тоже осталась вдовой. Но с нами был Многомилостивый и Всевидящий Бог. 

Очень бы я хотела иметь достойную силу слова и мысли, чтобы сподобил меня Господь рассказать подробнее их добродетельное житие на общую пользу, раскрыть их славные и блаженные пути, тесные и тернистые, но решительные и непоколебимые пути — к Богу. Спаси, Господи, всех омичей — православных христиан. 

Как-то я услышала, что одна прихожанка из Новосибирска ездила в монастырь и жила там полгода. Тогда я узнала о существовании с 1998 г. нашего старообрядческого женского монастыря, о котором нигде никогда никакой информации не было. Я поехала к ней, все расспросила и загорелась увидеть все своими глазами, хотя она меня очень отговаривала.  

Съездить вдвоем с сестрой Евгенией не представляло трудности: она была легка на подъем. Благословившись у владыки Силуяна на поездку, мы на Радуницу уже были в монастыре. Прожили здесь 20 дней: помолились, потрудились, познакомились с монастырской жизнью. Здесь я впервые прочла книги об иночестве, о настоящих подвижниках, которые оставили всё и вся, что имели в миру, и пошли вслед за Христом. В то время монастырь возглавляла матушка Варсонофия, ныне инокиня-схимница. С ней тогда проживали три пожилые женщины.  

«Ухватилась» она за меня и стала настойчиво уговаривать оставить мир и уйти в монастырь. Для меня такое предложение было очень неожиданным. Как же я брошу все, у меня такой чудный храм, хорошая работа, должность, полный достаток. Три года осталось до пенсии. Дочь, родственники — и все это бросить, ведь меня никто не поймет… 

Игумении Варсонофии я не могла тогда сказать ничего определенного. А сестра моя Женечка сразу же готова была остаться в монастыре… Но она не настаивала, сознавая, что мне сложно решиться на такой шаг.  

Сели мы в поезд. В голове и перед глазами матушка Варсонофия с ее просьбой переехать в монастырь, помогать ей. Я понимала, что ступить с подножки поезда на Омскую землю я должна уже с твердым решением: Господи, воля Твоя, отдаю себя в руки Твои, веди меня по Своему промыслу! Легла я на полку и стала вспоминать всю свою прожитую жизнь: жила бедно, жила богато, не отказывая себе в удовольствиях. Сначала было интересно, а потом это богатство стало меня тяготить. Не мое это, не к душе. Пришли на память слова из Святого Евангелия не искать богатства на земле, но искать Царствия Небесного. Как для меня написано. Поистине, нет ближе к погибели и несчастнее людей, которые не имеют Наставника в пути Божием. 

И стало мне как-то легко и спокойно. Я уснула, а встала с твердым решением — оставить мир и уйти в монастырь. 

Через полгода я приняла иноческий чин — второе рождение — с именем инокиня Олимпиада. Для меня началась новая жизнь. Это событие я изложила в стихах. 

Постриг, или второе рождение 

Храм Пресвятой Трисветлой ТРОИЦЫ, 

Чудесный Храм, здесь ИНОКИНИ молятся. 

Но для меня сегодня он особенно величен, — 

Я Ангельский здесь принимаю чин. 

 

Затеплены лампады, мирно горят свечи, 

Распущенные волосы мне прикрывают плечи. 

Стою босая, на мне рубашка черная одна, 

С иконы Сам Господь любезно смотрит на меня. 

 

Читаются молитвы, я их еле слышу. 

Все как в тумане, слезы давят душу. 

Просты́ню мне подай, прошу, о Боже! 

Грехи от юности моей чтоб уничтожить. 

 

Увидел скорбь мою Господь, утеху мне послал 

И слезы покаяния подал. 

Евангельская мать чуть слышно утешает, 

Игумения смотрит строго и головой качает. 

 

Пришло прозренье, все сознаю и вижу. 

За прожитую жизнь в миру корю себя и ненавижу. 

Со мною Мария — сестра духовная — стоит в рубашке. 

Так значит я опять — двойняшка! 

 

На нас надели камилавку, рясу. 

Евангельскому верующе гласу: 

Мы просим Твоего, Христе, обета 

И сами пред Тобой обет даем с ответом. 

 

Епископ Силуян спокоен, он знает свое дело. 

Так говорит, чтоб слово каждое в душе засело. 

Он не спешит, все делает потребно: 

И благочинно, верно и степенно. 

 

Вот на главе моей постриг он гуменце, 

Но главное — нас ждет в конце. 

Апостольник евангельская мать надела, 

И параманд, как Щит и Символ Правой веры. 

 

Сандалии — для во уготование мира: 

Да не приидет, Господи, ко мне нога гордыни. 

Да не подвижет грешнича рука, 

Не потопит гееннская река. 

 

А певчие поют, чтецы читают, 

Свеча в моей руке уж догорает, 

Так хочется события поторопить! 

Но страсти надо укротить! 

 

Певцы «Святый Боже» спели. 

Свершилось! Мантию надели! 

То — обручение велико — Ангельского чина, 

Одежда чистоты, нетления и радостей пучина. 

 

И я в восторге восклицаю: 

«О Мати Божия, все упование мое к Тебе я возлагаю, 

Не дай погибнуть мне в греховном рове, 

Но сохрани мя во Своем Си крове!» 

 

Ликуют матушки со мной. Я очень рада! 

Отныне — инокиня я Олимпиада. 

Сестру-двойняшку матушкой Манефою назвали, 

Ведь нас одновременно постригали. 

 

Владыка Силуян доволен: как тут ни дивись, 

С его усердием на свет две инокини родились. 

Святый владыко, тебя сердечно мы благодарим за это. 

Дай Бог тебе здоровья, многа лета! 

 

Притушены лампады, незримо ощущаю Дух Святой… 

Поклон кладем игуменье земной. 

«Достойно есть» заканчивает хор, 

И со свечами нас ведут в затвор. 

 

2 марта 2004 года 

 

— Как в то время протекала здешняя жизнь? 

— Здесь была полная разруха. Самое большое здание монастыря — Никольский пятиглавый собор. Средняя часть сооружения — между храмом и колокольней — была полностью разрушена, а что осталось с 1609 года, со времен польско-литовской интервенции, находилось в удручающем состоянии. Не в лучшем состоянии были и другие храмы — Пресвятой Животворящей Троицы и Введения Пресвятой Богородицы.  

В 1917 году советская власть монастырь закрыла, передав имущество музеям. А затем здесь размещались: зернохранилище, школа, лагерь для заключенных, детский дом и психоневрологический интернат. 

В 1992 году власть передала этот монастырь Русской Православной Старообрядческой Церкви. Если внешне здания еще сохраняли вид церковных строений, то внутри все было полностью разрушено, перестроено, уничтожено. Кругом были кучи битого кирпича, стекла, камней, железобетона. 

Засучив рукава, мы принялись с Божией помощью расчищать территорию и обрабатывать огород площадью в 1 гектар. Трудились от темна до темна с перерывами на молитвы. Труд и молитва, молитва и труд — такова монастырская жизнь. И Господь сказал своим ученикам, чтобы не искали легких путей ко спасению. 

Самое главное в монастыре — ежедневная служба по уставу: полный круг богослужения с вечерней и ночной соборной молитвой. По словам святых отцов, великая сила восходит от места, где молитва рабов Божиих приносится Богу за весь мир. Уверена: услышит и помилует нас Господь. Вот так и мы, иноки, присоединяем свои две лепты, как и вдовица евангельская, в надежде обрадовать Господа, Который дарует нам смирение и силу, разум и долготерпение, венец и веселие. 

— То есть центр всей жизни обители — это молитва? 

— Безусловно. Самое главное для христианина — это молитва. Молитва есть единение с Богом, и любящий ее непременно становится сыном Божиим. Теплая, искренняя молитва со слезами и чистым покаянием есть оставление грехов, любовь к скорбям и трудностям, пресечение браней, пища и просвещение души, дело Ангелов.  

Потому и Христос приглашает нас: «Приидете ко Мне вси труждающиися и обременении, и Аз покою вы. Возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим»… 

Богослужение в монастыре начинается вечером с четырех правильных канонов — это ежедневное иноческое правило. Дополнительно под пятницу мы молимся канон Софии Премудрости Божией и под субботу канон Ангелу Грозному Воеводе. Затем совершаем вечерню и павечерницу. Ночное молитвенное последование состоит из полунощницы, утрени и часов. Если служба со священником, то затем следует божественная литургия, которая у нас, к сожалению, совершается редко, только по большим праздникам. Сколько мы здесь живем, столько скорбим, что у нас нет своего постоянного священника. Ведь с добрым пастырем и нам было бы добро. 

Нашу обитель окормляет епископ Ярославско-Костромской Викентий. Добрый, боголюбивый, неутомимый молитвенник. Но нагрузка на нем очень большая, поэтому к нам он может приехать только 5-6 раз в год принять на исповедь и причастить. И за это слава Богу, а владыке Викентию многая-многая лета, доброго здравия и душевного спасения. Примерно раз в месяц на двунадесятые праздники к нам приезжает отец Анатолий Носочкόв из-под Ярославля. 

Дополнительно к соборной службе и иноческому правилу нам хочется помолиться за всех наших сродников, за чад, которых мы оставили в миру, — Псалтырью, канонами, лестовками. Мир есть мир. Он опутывает людей, как паутина. Так что нам молиться и молиться… Мы здесь для того и находимся, это наша основная обязанность. Еще у инокини должно быть какое-то рукоделие. Мне лично очень нравится плести лестовочки. Душеполезно много читать. Слава Богу, сейчас появилось множество литературы! Очень полезная книга — «100 проповедей митрополита Корнилия». Действительно, это книга на каждый день, как, впрочем, и другой труд владыки «Выступления и статьи митрополита Корнилия». Спаси Христос, владыко святыи! 

— Говорят, что это место святое, что враги во время Смуты на территории монастыря зверски расправились с местными жителями… 

— Да, место, конечно, святое, оно залито кровью невинных людей. Две тысячи человек — насельники монастыря и жители окрестных селений — были заживо похоронены в Никольском храме, когда польско-литовские войска взорвали его в начале XVII века. Гром от этого взрыва был слышен на десять километров вокруг. Мы до сих пор убираем камни с огорода. Это действительно святая земля. Здесь такая благодать! И такие прекрасные храмы! 

— Как Господь воздает иноку за его бдения и труды? 

— Если инок соблюдает все Божии заповеди, исполняет все правила и искренне молит Бога, слезно и главопреклоненно, то он отмаливает грехи своих родственников до седьмого колена. Вот какая благодать дана монаху! Пришел человек в монастырь, посвятил себя Богу, постригся. Он дает обет Богу возненавидеть своих родителей — отца и мать, возненавидеть своих детей, всех сродников. Мир возненавидеть. Только в этом случае инок полностью посвящает себя Богу, имеет страх пред Господом. А со временем этот страх перейдет в любовь ко Всевышнему. Конечно, это трудно и сразу не дается. Но с Божией помощью все придет. 

Именно мир нужно возненавидеть. Мирскому человеку это трудно понять. Ему это слово режет слух. Но сказано совершенно правильно. Другого слова и не подберешь. Как можно не возненавидеть мир? Если, встав на бдение, мы будем думать вместо молитвы: как там наши дети, здоровы ли, сходили ли в храм? Уйдя в монастырь, инок оставил и родных, и детей на милость и волю Божию. Неужели мы, люди, можем сделать что-то лучше, чем Господь Бог, если уже что-то упустили, пока жили в миру? 

Я вот оставила своих детей на руки Николе Чудотворцу. Это наш семейный покровитель. Он спас моих родителей. Они тонули, на санях провалились с лошадью под лед. И только помнят, как крикнули: «Никола Чудотворец, помоги!» Очнулись на берегу. Лошадь стоит, вся в инее. Они, мокрые до нитки, сидят в санях. Ну кто их мог вытащить? Они полностью ушли под лед! Папа пришел в сознание первым. Маму потрогал — зашевелилась. Живая! Лошадь хлестнул, и она привезла их домой. Только во двор заехали, говорят нам: «Девчонки, распрягите лошадь и нас ни о чем не спрашивайте! Заведите ее к корове отогреться и напоите теплой водой!» А сами тотчас в красный угол, вода с них течет, а они так и молились до самого утра. Потом всё нам рассказали. 

Так что Господь и семикратно, и стократно воздает нам по милости Своей. Только бы мы усердно молились Богу, только бы мы жили по Его заповедям. Но дьявол искушает, подкарауливает и денно и нощно, и ежечасно и ежесекундно. Так что надо постоянно бдеть, постоянно контролировать себя, молиться и ограждать себя крестным знамением. 

— Матушка, а сколько вам лет? 

— 68 лет.  

— Какое напутствие, совет вы дадите молодежи в миру? 

— Чтобы не зарастала дорога каждого христианина от дома к храму. Посещать храм, приводить на соборную молитву своих детей, исповедоваться, причащаться — это самое главное. Ведь только искренняя исповедь с великой верой и молитвой может спасти человека. Грешим мы на каждом шагу. Сейчас в миру компьютеры повсюду, интернет и прочее. Развлечений очень много. А это всё сети дьявола. Ни в коем случае нельзя давать детям смотреть все, что им хочется. Только допустимые для христианина программы на усмотрение и под контролем родителей. 

— Каким нужно быть и что делать, чтобы наименоваться православным христианином и удостоиться спасения? 

— Этот вопрос как бы налагается на предыдущий. Если человек будет ходить в храм, если будет любить своих детей, причащать их, а не только кормить. Свиноматка ведь тоже откармливает своих поросят, но она и называется свиноматка. Простите Христа ради за такое сравнение. Любовь матерей-христианок к своим детям, безусловно, выше этого. Как сам Господь Бог завещал — нужно жить по заповедям. Молиться Богу и почаще исповедоваться. Не один раз в год. Хотя бы в каждый из четырех постов, по возможности. А детей причащать почаще. Младенцев — тем более. 

— Матушка, и последний вопрос: в монастырь может приехать любой желающий? 

— Конечно, любой здравомыслящий старообрядец может приехать помолиться, помочь по хозяйству. Каждый непременно получит от Бога великую пользу для души, если помолится в монастыре усердно, с верой. Только заранее нужно предупредить о приезде по телефону, а то у нас бывает наплыв гостей, что даже негде всех разместить. Милости просим! 

 

 

Интервью с первой игуменией монастыря инокиней-схимницей Варсонофией 

— Матушка, первый вопрос у нас такой: почему люди оставляют мир и уходят в монастырь? 

— Монастырь — это дом молитвы, и сюда приходят люди, любящие молитву, чтобы никакие мирские попечения не отвлекали их от этого делания. Молимся мы ежедневно, по уставу, причем основная часть службы совершается ночью. В миру так не помолишься, ночная молитва выше, сильнее. Раньше во всех монастырях молились ночью. 

Господь родился в полунощи, воскрес в полунощи и придет в полунощи. Поэтому великое дело — ночная молитва. Люди идут в монастырь, чтобы как можно больше своего времени посвятить Богу для спасения души. 

— А у меня как раз был вопрос: почему основная часть богослужения проходит не вечером, а ночью. Теперь понятно. 

— Да. Раньше и в мирских храмах молились ночью, особенно в Великий пост. В монастыре много работы, поэтому если ночью мы будем спать, а утром придем в храм, то ничего не успеем по хозяйству. А еще надо свое правило помолиться. 

— Монахи очень много молятся: и службу, и правило, и Псалтырь с канонами. Почему важно так много молиться? 

— Как так — почему? Для меня это немного странный вопрос. А как же иначе? Древние пустынники молились Богу день и ночь. Постоянно молились. И у нас вся жизнь и деятельность проходит в молитве. Потому люди и уходят из мира — чтобы иметь возможность молиться больше. Мирская, а особенно городская мирская жизнь создает для этого много помех. В монастыре все проще, тут вся жизнь имеет одну цель — непрестанную молитву.  

Почему важно молиться? Потому, что на земле мы временные жители, мы хотим будущей жизни, а чтобы ее заслужить, нужно умолить Бога о прощении грехов. Как мы читаем в Символе веры по несколько раз в день? «Чаю воскресения мертвым и жизни будущаго века». То есть я хочу, чтобы я воскрес и получил жизнь будущего века, а не эту жизнь. В этих словах и заключается смысл нашей жизни. Презреть нынешнюю земную жизнь ради жизни будущей. Ну, а пока земная жизнь не закончилась, пока Господь не дал нам смерти, нужно много молиться за себя и людей, чтобы умолить Бога о даровании вечной жизни в Царствии Небесном. Зачастую люди проговаривают строки «Верую», не задумываясь о их значении, а они имеют очень глубокий смысл. Это временная жизнь дана нам для того, чтобы подготовить себя к жизни будущей. 

— Когда лучше прийти в монастырь, если решил посвятить себя иноческой жизни? 

— В любом возрасте. Раньше в монастырях и с 15 лет жили. Так люди были воспитаны. В 20–25 лет принимали постриг. В румынском монастыре и сейчас есть 20–30-летние монахини. Там монастырская жизнь не прекращалась, а у нас в России она была уничтожена. До 1998 года в Церкви не существовало женского монастыря. А сколько их раньше было по лесам? Все они были закрыты. 

Я была знакома с инокиней-схимницей, которая ушла в монастырь в 20 лет и прожила в иночестве самые страшные годы гонений от советской власти. После разорения монастыря она не попала ни в тюрьму, ни в лагеря, а была взята нянькой в семью военного. Она дожила до 98 лет, прожив в иноческом чине 78 лет! 

Иноком можно стать в любом возрасте, начиная с молодого и до конца жизни. Некоторые перед самой смертью задумываются о том, чтобы принять иноческий чин, поскольку постриг покрывает все грехи, так же как Святое Крещение. Монах получает новую безгрешную жизнь во Христе и новое имя. Конечно, чем раньше человек придет в монастырь, тем лучше, чтобы он мог потрудиться, отмолить свои прежние грехи, а потом уже приступить к новой чистой жизни.  

Первый раз я увидела монашек на Алтае, когда мне было 20 лет. Их боголюбивая жизнь и искреннее стремление к Богу разожгли во мне желание последовать их пути. Но моя жизнь сложилась так, что постриг я приняла только в 54 года. Мой муж, владыка Силуян, принял иночество и стал епископом (епископ Новосибирский и всея Сибири Силуян (Килин). — Прим. автора). Естественно, постриглась и я. Митрополит Алимпий благословил меня ехать сюда возглавить монастырь. И вот уже 25 лет я живу иноческой жизнью.  

— Иноческий путь надежнее для спасения души, чем мирская жизнь?  

— Конечно, потому что человек делает меньше грехов, становится ближе к Богу. В большом городе очень много суеты, бежишь то на работу, то в магазин, когда о Боге подумать? Все мысли заняты житейскими хлопотами. Здесь же торопиться некуда. Молись, работай, читай. Христианину без чтения духовных книг нельзя. Утром прочитал жития святых сего дня, доброе поучение — как лекарство на весь день принял. Задал себе с самого утра нужное направление мыслей. Душа просветляется, становится больше собранности, памятования о Боге. Это раньше не было книг, а сейчас они доступны каждому.  

— А какие есть духовные опасности в монастырской жизни? 

— Если молиться и нести послушание, то нет никаких опасностей. Если инок находится в смиренном состоянии души и послушании, то он спасается.  

— Есть такое мнение, что не всем надо идти в монастырь. Кому-то ведь нужно продолжать род человеческий, жить мирской семейной жизнью? 

— Иночество не для всех — оно для тех, кто может вместить. Выбирать семейную жизнь — это тоже идти на подвиг. Надо воспитывать детей, а это большой труд. Но если жить семейной жизнью и не рожать, как сейчас модно, «предохраняться», то это великий грех — хуже всякого. 

Все мы придем к одному финишу — к смерти. Никто еще не остался жить на земле вечно, никто. Самый прямой путь ко спасению — это монастырь. Но есть и другие пути; да, кто-то посвящает себя семье, воспитанию детей, это окольный путь, через горы, реки и овраги. Семейные люди всё в жизни претерпевают. Кто-то посвящает себя науке, которая Богу-то не нужна. Пути разные, финал один — Страшный Суд. Если человек хочет спасти душу, то ему нужно стремиться как можно меньше отдавать себя во власть мирских попечений, и для этого необязательно уходить в монастырь. И дома можно много молиться, творить добрые дела. Только жизнь-то в миру устроена так, что человек зачастую не успевает даже начал помолиться, как уже нужно бежать на работу, зарабатывать, чтобы прокормить семью. А в монастыре вся жизнь посвящена Богу. В этом плане, конечно, этот путь спасения удобнее. Но повторюсь, финиш один, только пути к нему разные. По-разному можно спастись. 

— Интересно, а иночество — это призвание, талант, данный от Бога, или оно доступно каждому? 

— Я думаю, что оно доступно каждому, было бы желание посвятить себя Богу. Раньше, конечно, люди больше шли в монастыри, больше желали быть с Богом, поскольку воспитывались благочестивыми родителями, а не телевизором. Нынешнее же поколение ничего не знает об иночестве, и монастырей, можно сказать, не осталось. 

У людей отняли веру. Монастыри закрывали и уничтожали. Я еще застала женский Казанский монастырь, который находился в Молдавии, в большом старообрядческом селе Кунича. Я молилась там на пасхальной седмице в 1958 году. В монастыре жило более 30 монахинь, у них был свой батюшка священноинок Ипполит, каждый день совершалась литургия. Какая там была красота! Белые саманные домики-кельи на склоне, между ними выложенные кирпичом дорожки. Яблоки, абрикосы, вишни цвели. Всё белым-бело! Райский уголок! 

Во времена хрущевских гонений на веру монастырь уничтожили. Инокини разъехались по Молдавии и России, у кого где были родственники. Церковь закрыли, устроив в ней сельскую больницу; саманные домики, в которых жили монахини, смели бульдозером в овраг. Сейчас этот монастырь восстановлен, но в нем всего три монахини. Не идут люди в монастыри, боятся монашеского труда, все погружены в житейские хлопоты. Мало веры стало. 

— Какое напутствие вы можете дать современной старообрядческой молодежи?  

— Молитесь как можно больше! Больше читайте, благо сейчас есть очень много духовных книг, которые обязательно надо читать. 

 

 

Блиц-интервью с инокиней-схимницей Афанасией 

— Почему вы презрели мир и пришли в монастырь? 

— Потому что кончила работать и думаю: надо идти в монастырь. 

— А почему так решили? 

— А потому, что уже старость пришла. Я работала 40 лет, даже с лишним, в Митрополии. Сколько при мне сменилось предстоятелей! Я пришла в Митрополию при архиепископе Иосифе. Как-то так получилось, что я побывала у него, хотя специально этой встречи не искала. Ну, побывала и ладно, и ушла. Потом я вышла замуж. У меня родился ребенок. И вдруг ко мне приходит одна женщина, которая ухаживала за владыкой Иосифом, и говорит: «Тебя владыка зовет. Пойдем». А он мне и говорит: «Нам нужна машинистка». «Владыко святыи, какая же я буду машинистка, когда я машинку никогда не видела?» — удивилась я. А тут идет Клавдия Артемовна. Он и говорит: «Вот она тебе покажет». Клавдия Артемовна привела меня в комнату и говорит: «Ну что, видишь машинку? Вот, клади туда бумажку. Буквы видишь? Вот и печатай». 

Так в назначенный день я пришла на работу. Я вставила лист в машинку и набирала проповеди владыки, одну за другой, одним пальцем. Протокол Собора печатала, наверное, неделю–две. Так и научилась со временем.  

При владыке Иосифе я отработала в Митрополии лет шесть. Потом помогала владыке Никодиму, владыке Анастасию, владыке Алимпию, владыке Андриану. Когда кафедру возглавил митрополит Корнилий — шестой владыка на моей памяти — мне было уже 60 с лишним лет. 

Стали говорить, что Анна Васильевна так здесь и помрет. А я думаю, что нет, мне этого не нужно. Я решила, что, как только помрет мать, я уйду в монастырь спасать душу — вот для чего я сюда пришла. 

Мать я похоронила. Воспитала двух сыновей. А мне что остается делать? Только идти в монастырь. 

— Но ведь лишь единицы уходят в монастырь, даже в старости. В миру, дома, жить-то проще, удобнее. 

— А что мне там делать, в Москве? Поменялись автобусы, троллейбусы. Раньше мы просто входили в автобус. Теперь появились «ловушки»: входишь только в первую дверь, через остальные только выходишь, обязательно нужны специальные карточки. На меня это очень действовало, очень. Я эти карточки не стала оформлять, мне это не нужно. Думаю, уеду в монастырь и буду здесь жить спокойно. Чтобы попасть в храм в Москве, мне нужно было ждать транспорт самое малое полчаса, а то и час, и больше. Поэтому в храм каждый день мне уже не прийти. Я попросила у отца Виктора благословение поехать в монастырь, на второй год его получила и оказалась здесь, как сейчас помню, 1 марта 2006 года. С матушкой-игуменией я познакомилась еще в Москве, когда навещала ее в больнице, где она лежала со сломанной рукой. Она мне тогда и сказала — приезжай-ка в монастырь. Говорит, 5-го числа у нас будут выводить двух затворниц, посмотришь. И после этой поездки у меня в мыслях был уже один монастырь, так мне здесь понравилось.  

— А сколько вам лет? 

— 4 марта исполнилось 77 лет. 

— А почему вы приняли схиму?  

— Потому что сильно пошатнулось здоровье. Думала, не сегодня-завтра помру. Вот я и попросила и матушку, и епископа. Они взяли и постригли, в 2012 году. А я вот еще живу и живу. Это шестой Великий пост, как я приняла схиму. Схимница должна беспрестанно молиться, как можно больше быть в уединении. А у меня слабое здоровье. Пришлось операцию делать. Но стараюсь. Как уж Господь примет. 

— Какое напутствие, совет вы дадите современной старообрядческой молодежи? 

— Не забывать Бога. Ходить в храм, хотя бы по праздникам. Не только в храме, но и дома молиться, пусть немножко, но молиться надо обязательно, чтобы Господь не отступил от нас. «Не остави мене, Господи Боже мой, не отступи от мене… Вонми в помощь мою, Господи спасения моего». По возможности, конечно. Мир сейчас очень богатый. Тянет к себе. Редко кто живет на маленькую зарплату, стараются заработать как можно больше, где-то, может быть, слукавить. Мир есть мир, что сделаешь? Но все-таки и в монастыре можно погибнуть, и в миру можно спастись. Вот не знаю, как сейчас у молодежи, у меня, например, такое было воспитание. Мать говорила: идешь — твори молитву Исусову, сидишь — твори молитву Исусову. Где бы ни была, что бы ни делала. Сейчас все женщины подряд идут в штанах. Для чего это? Это лучше? Ни в коем случае нам нельзя носить мужскую одежду. Женщина должна быть в своей одежде. А то идет она, не то мужчина, не то женщина. Все подряд без платков ходят. Вот не хочу хвалиться, но, какая бы я ни была, никогда и нигде я не ходила без платка в замужестве. Я всегда была в платочке, всегда. 

Не знаю, какой еще можно дать совет молодым? Обязательно, не забывайте Бога. Конечно, если есть возможность, если молодая девушка пожелает остаться девушкой, это будет великое дело. Конечно, если без соблазна. Но если с соблазном, то лучше выйти замуж. А чтобы выйти замуж, нужно попросить Бога. Можно Псалтырь почитать: 40 Псалтырей или кто сколько сможет. Это будет хорошее дело. Ну, и если найти, то такого, чтобы он не отставал, чтобы крепкий был союз. А иначе лучше перетерпеть. Конечно, я знаю, это очень трудно. Но свт. Иоанн Златоуст так пишет: хорошо отдать замуж, но лучше, если не отдать. Трудно сказать, как жизнь сложится. Тем более, сейчас такое время тяжелое. И дальше будет все тяжелее и тяжелее. Антихрист придет, никуда не денется. И написано, что так люди захотят. Потому что совершенно мир опустел, не хотят люди выполнять заповеди Божии. Ну что сейчас? Встал, поел, пошел. Ни постов, ни молитвы, ничего.  

— Каким нужно быть и что делать, чтобы наименоваться истинным православным христианином и удостоиться спасения? 

 Ни с кем ни о чем неполезном не беседовать. Если говорить, то только дельное. Поменьше по сторонам куда-нибудь ходить. Это совершенно не нужно. Как можно больше стараться быть в уединении. Не осуждать. В первую очередь не забывать Бога. И Господь не забудет и не допустит, чтобы такой человек погиб. Если стремиться только к Богу и думать о спасении, то, конечно, Господь обязательно поможет. Добрые дела нужно творить. Трудиться. Встал дома — помолился, поблагодарил Бога, что день начался, что ты живой. Идешь на работу — молишься. На работе никому не грубить, ничего плохого не сделать, помогать. Возвращаешься домой — так же с благодарением Богу. И Господь во всем поможет. 

 

 

Блиц-интервью с инокиней-схимницей Анной 

— Почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

 Ну, как сказать… Я ведь раньше про монастырь-то и не думала никогда, хотя мой папа был священником, служил в Балаках, в Удмуртии (иерей Моисей Смолин. — Прим. автора). Матушку мою сбило насмерть машиной. Это заставило меня задуматься. В то время я работала при храме, сначала в Ижевске, затем под Ижевском. И спросила у батюшки, можно ли мне идти в монашки. Он говорит, а почему нельзя? Меня постриг владыка Андриан. Так я и стала монахиней, потому что грехов много. А я слышала, что монашеский постриг их все покрывает. 

— А вы были послушницей до пострига? 

 Я как на пенсию вышла — сразу пошла в храм трудиться. Лила свечи, пекла просвиры, убирала в храме. И так 16 лет. Поэтому даже разговора не было про послушницу. Постригли сразу. А потом к нам приехала одна женщина из Волгограда. Она и предложила поехать в монастырь. Нас с радостью приняли, и я здесь уже 13 лет. В миру я была Анна. Когда постриглась в монахини — стала Анатолией. А когда приняла схиму — опять Анной стала. В честь Анны Кашинской. 

— А сколько вам лет? 

 Сейчас 89 лет. Я здесь самая старшая по возрасту. 

— Какое напутствие, совет вы дадите нашей старообрядческой молодежи? 

 Я вот хочу, чтобы сюда, в монастырь, молодежь приходила. Но ведь не идут… 

— А почему здесь лучше, чем в миру? 

 Для своей души-то как не лучше? Мы ведь не миряне. Мы и ночью молимся. Трудно вставать ночью на молитву. А мы ведь встаем, идем. 

— Каким нужно быть и что делать, чтобы наименоваться истинным православным христианином и удостоиться спасения? 

 Надо быть честным, справедливым человеком. Не врать и не брать чужое. 

 

 Блиц-интервью с матушкой Валерией 

— Почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

 Потому что я давно мечтала об этом. Все никак не получалось, но Господь все-таки привел меня сюда, я уже четыре года здесь. 

— А что побуждало уйти в монастырь? 

 Хотелось больше внимания, времени уделять Господу Богу. А так «суета сует» жизнь наша.  

— Сколько вам лет? 

 Мне 74 года. 

— Какое напутствие, совет вы дадите современной старообрядческой молодежи? Исходя из своего опыта. 

 Что посоветовать молодежи? Ходить в церковь, не забывать Господа Бога. Соблюдать все посты, избегать чревоугодия. Потому что от чревоугодия, от перенасыщения пищей — всякое зло. И покаянных слез тогда уже нет. 

Нет такого греха, который бы не простил Господь Бог. Великая ангельская радость на небе, когда мы исповедуемся, особенно когда со слезами исповедуемся. А слезы тогда будут, когда не будет переедания. 

— Цель христианской жизни — удостоиться спасения души. Что для этого нужно делать? Каков этот путь ко спасению? Как быть православным христианином по правде? 

 Служить Господу Богу, каждый по возможности. Посещать церковь, соблюдать все праздники, не забывать вносить десятину. Исполнять все заповеди Господа Бога. В них есть все необходимое. 

Господь всегда рядом с нами. Он ждет только нашего голоса. Когда от души скажем: «Господи, помоги мне!» — Он всегда поможет. Кажется, такая простая молитва — «Живый в помощи…», а она спасительная. Сколько случаев я знаю, что этой молитвой спасались от смерти те, кто служил в Афганистане, нося ее в гимнастерочке.  

Собрался на дело, скажи: «Господи, благослови!» А закончил — снова перекрестись: «Слава Богу!» Самые короткие молитвы. Хотя бы с этого начинали люди, и то хорошо бы было. 

 

 

Блиц-интервью с матушкой Августой (ныне отшедшей ко Господу) 

— Почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

 Я даже не знаю, как это объяснить… Хотелось душу спасти, грехи тяжкие. Потому что в миру-то это очень трудно. Игумения монастыря была моей знакомой и пригласила меня сюда. Знала, что я коренная христианка: и мама, и бабушка — все у нас христиане. Конечно, были разговоры, что можно и в миру душу спасти, там и молятся, и трудятся. Но я не знаю как. Там много соблазнов. Тут есть время помолиться и правило, и Псалтырь с канонами почитать за всех своих. 

— А когда вы пришли в монастырь? 

 Я пришла в первый день — еще и не было монастыря. Здесь было все разбито, обвалено, здания в аварийном состоянии. Нас приехало трое из Минусинска. Мы работали там в церкви у отца Леонтия: я пекла просфоры. Но он не отпускал меня. Говорил, что трудно мне здесь будет. А мне почему-то хотелось. Думала, что надо как-то спасаться. 

— Какое напутствие, совет вы дадите современной мирской старообрядческой молодежи? 

 Быть скромным, добрым, ни на кого не иметь зла. Обидел тебя кто-нибудь, обозвал, а ты на это не реагируй, не нервничай, скажи только: «Прости меня, Христа ради!» А мы возникаем… Про монастырь и говорить нечего, современная молодежь здешней строгости не выдержит. Я и сама не думала, что будет так тяжело. Продукты должны быть свои у нас, поэтому и огород большой. Десять лестовок нужно отмолиться ночью. Отмолилась — пошла на ночную службу. Час отдохнула, покушала — и за работу, кроме праздничных дней. Ночью вставать тяжеловато. Мы слабый сейчас народ. 

— Каким нужно быть и что делать, чтобы наименоваться истинным православным христианином и удостоиться спасения? 

 Я думаю, что это очень трудно. Нужно много молиться, много работать. Быть кротким, смиренным. Ни на кого даже посмотреть нельзя с укоризной, только хорошее говорить о всех. Я сама-то на спасение не надеюсь. То, бывает, на кого-нибудь обижусь. Или с кем-то поругаюсь. Слава Богу, что моление не оставляем, здесь у нас с этим очень строго. Тяжело спастись… Спасается ли кто-то сейчас… 

 

 

Блиц-интервью с матушкой Мариной (ныне отшедшей ко Господу) 

— Почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

 Во-первых, потому что дома — в миру — столько не помолишься, сколько в монастыре, по моему мнению. Во-вторых, здесь ночная молитва. А дома иногда устанешь — и не встанешь. А здесь уже стремишься обязательно встать. Ну и потом… Вот меня спрашивали, когда постригали на Украине, в Белой Кринице, в 2004 году: может, ты из-за детей в монастырь пошла, чтобы за них молиться? А я отвечаю: так хотя бы за себя, за свои грехи молиться. И за детей тоже. 

— Какое напутствие, совет вы дадите современной старообрядческой молодежи? 

 Молиться смолоду. А под старость-то лет очень тяжело. Даже с детства. Еще в утробе матери, если она причащается, несет посты. Любовь к молитве должна прививаться с детства, с пеленок, когда маленького на Причастие приносят. А как вот молодежи быть, я и не знаю. Молодежь-то редко приходит в храм теперь. Потому что тяжело. И неверие в таком-то возрасте уже. А когда с детства все это привито — тогда легче. 

— Каким нужно быть и что делать, чтобы именоваться истинным православным христианином и удостоиться спасения? 

 Волю большую надо иметь, чтобы самого себя принудить. Мы ведь называемся «нуждницы» — принуждать надо самого себя. Вот, например, молиться иногда бывает такая лень, такая немощь. А мы должны бороться с этим. Самое главное — отсекать свою волю и принуждать себя. Надо и молиться, и поститься — все делать, хоть и по принуждению. Тело у нас очень требовательное. Если будем трудиться, молиться, соблюдать все заповеди и правила, помогать другим, будем милосердными и смиренными, так и будем христианами. 

 

 

Блиц-интервью с послушницей Зинаидой 

— Почему вы презрели мир и ушли в монастырь? 

 Потому что мы с мамой жили далеко от храма. До него нужно было добираться иногда два часа и больше из-за пробок, тремя транспортами. А мама уже немощная и за меня очень переживала, что я поздно возвращалась. Вообще у меня давно было желание уйти от мира, от этой суеты. Я маму звала, она не соглашалась. Пенсии мы заработали, а что в миру нам еще делать? Мне хотелось просто потрудиться в монастыре. Цели постричься, посвятить себя иноческой жизни у меня нет до сих пор, потому что это подвиг. Просто хочется помогать матушкам как послушница, по силам. Я считаю, что нас с мамой Господь сюда привел, мы не сами пришли. Господь каждого человека направляет, вселяет желание.  

— Сколько лет вы живете в монастыре? 

 Мы здесь с 2005 года. 10 августа скончался владыка Андриан, и 23 сентября мы уехали. Я проработала 25 лет в Митрополии делопроизводителем. Образование у меня медицинское, я медсестра. Но меня попросили помочь матушке Афанасии при архиепископе Никодиме в 1980 году. А затем попросили остаться. 

— А сколько вам лет? 

 Мне 63 года, моей маме 85 лет. 

— Какое напутствие, совет вы дадите современной старообрядческой молодежи? 

 Молиться, учиться церковному уставу, пению. В мое время как это было сложно — найти, чтобы тебя кто-нибудь научил! Я так сильно желала научиться крюковому пению! Мне было тогда 22 года. Я то к одному подойду, то к другому. Никто меня научить не может. Если кто и учил, то так, чтобы другие ничего об этом не знали. Все было скрыто. Для молодежи главное ходить в храм. А Господь уже Сам вразумит, каким путем кому идти, чтобы спасти душу. 

— Каким нужно быть и что делать, чтобы наименоваться истинным православным христианином и удостоиться спасения? Как вы для себя отвечаете на этот вопрос? 

 Мы сами этого не достигли, как мы можем давать советы? Во мне столько недостатков. Как Господь сказал? Заповеди соблюдите. А я больше их нарушаю. Я ничего не соблюла, правда. Мы пришли сюда трудиться и молиться в надежде спасти свою душу. 

— В нашей Церкви всего несколько монастырей. И все они мало населены. Как вы думаете, почему? 

 Потому что здесь нелегко. Не каждый может выдержать. Да и во время советского периода вера ослабла. Люди боялись крест носить. Одни пионеры да коммунисты были. 

— А чем спасение в монастыре лучше, чем в миру? 

 Мы не знаем. И здесь можно не получить спасения, и в миру можно спастись. Смотря, как ты будешь себя вести. Так что это зависит не от места, а от человека. Если инокиня будет подчиняться, исполнять все, что матушка говорит, конечно, она будет ближе к спасению. А если будет осуждать или роптать, то какое может быть спасение? Здесь такая борьба идет с самим собою… Здесь главное нести послушание матушке, подчиняться ей во всем. В миру послушание тоже должно быть. Я, например, работала при храме и, конечно, подчинялась. Что нам батюшка скажет, то и делали. 

А потом, у каждого свой путь. Когда мы молимся — пусть мы молимся даже в миру в храме, — мы просим Господа помиловать нас. И Господь указывает каждому свой путь: кому-то в монастырь нужно пойти, кому-то при храме трудиться, кому-то на производстве. И каждого Господь может помиловать, я в этом уверена. 

 

 

Насельницы монастыря 

В монастыре проживают до 15 насельниц.  

«Сегодня возраст насельниц составляет от 50 лет и старше, — рассказывает преосвященный Викентий, епископ Ярославский и Костромской. — Есть инокини, которым за 85 лет, но все они, с Божией помощью, исполняют свой христианский долг. Хочется видеть в монастыре представителей молодого поколения, желающих понести многотрудное иноческое житие.  

Духовным показателем христианского общества во все времена являлось желание людей посвятить свою жизнь Богу в юношеском возрасте, и об этом столь богато свидетельствуют жития святых. Если у человека возникает такое желание, то его необходимо трепетно взращивать как благородное дерево, чтобы оно в будущем принесло богатый урожай, так как оно приходит по наитию Святаго Духа. Принятие иночества в юношестве есть благодатное начало духовной жизни, потому что на жертвенник Божий возлагается драгоценный дар — цветущие года жизни. 

Другой стороной иночества является глубокое покаяние за совершенные в жизни ошибки и неблаговидные поступки. Быть святыми является заповедью для всех христиан, и, чтобы ее исполнить в совершенстве, необходимо отречься от мира и от всего, что с ним связано. Только в монастыре при усиленном молитвенном подвиге возможно сохранение целомудрия, прощение тяжких грехов‚ обретение мира души и стяжание благодати Святаго Духа. 

Призываю юных дев и женщин, положивших на сердце желание иноческой жизни, к самоотверженному подвигу в стенах древней обители, испытать себя в духовном делании по примеру преподобных Марии Египетской, Евфросинии Полоцкой, Анны Кашинской и других святых». 

 

 

История монастыря 

В живописном месте у слияния рек Улеймы и Воржехоти, в 11 км от Углича, раскинулось село Улейма. Здесь находится Николо-Улейминский монастырь. Монастырь-крепость был основан на дороге, ведущей из Углича к Борисоглебским слободам и дальше к Ростову. 

Первое упоминание о монастыре относится к началу XVI века, а основан он был во второй половине ХV столетия, в 1460 году, за 200 лет до раскола. 

По преданию, монастырь основал инок Варлаам, который принес сюда икону святителя Николы Чудотворца из итальянского города Бар. Старец-странник Варлаам, ростовский инок, отправляется в Грецию, Палестину и Италию, в г. Бар, с целью осуществить заветную мечту — поклониться гробу святителя Николы. 

Во время посещения им г. Бара он приложился к мощам святого. После этого иноку во сне явился сам угодник Божий и велел ему купить на торгу его образ, обещая воздать благодать и покровительство иноку. С этим образом он повелел ему идти в Россию и поселиться с иконой там, где ему будет снова указано. Инок так и сделал. Согласно с указанием угодника Божия, он пошел на торг и действительно купил образ за три серебреника и немедленно отправился с ним из Бара на свою родину. 

С великой радостью благополучно под покровом чудотворца старец прибыл в Россию в город Углич на самый праздник перенесения честных мощей святителя 9 мая 1460 года. Тут он остановился на несколько дней, а затем пустился в дорогу в Ростов. 

Однако, едва только он отошел от Углича 12 верст до реки Улеймы, как здесь в пустынном, лесистом месте почувствовал сильную усталость, так что не мог дальше продолжать свой путь. Тогда инок Варлаам остановился, поставил образ Николы на сосну между ветвей, а сам, помолившись, лег на землю и уснул. Проснувшись после небольшого сна, он встал и хотел снять икону с дерева, чтобы опять идти дальше, но, лишь только коснулся образа, тотчас ослабели его руки, а образ не двинулся с дерева. 

Во второй и в третий раз пытался он взять чудную икону, и все безуспешно. Смутился этим старец и, не зная, что ему делать, в горе лег и заснул. Ночью происходит новое явление святителя Николы старцу, который слышит слова чудотворца: «Остановись здесь с моим образом, хочу иконою моею прославить место сие, и на месте этом будет поставлена обитель моя, благодать Божия и молитвы мои будут здесь». 

И действительно, как бы в удостоверение обещания святителева, немедленно начались чудеса от образа его. 

Недалеко, тоже на реке Улейме, находилось село Дуброво. Крестьяне его, встретив случайно старца Варлаама, поселившегося при образе, и услышав от него о дивных делах иконы, тотчас же привели к нему многих больных, и они заступничеством чудотворца Николы все исцелились. 

Жители окрестных мест построили часовню при самой дороге в Ростов, туда и был перенесен образ. 

Слава о чудесах от образа святителя Николы дошла до угличского князя Андрея Васильевича. С радостью приняв весть об этой милости Божией, дарованной его краю, князь сам прибыл в уединенное место к чудотворному образу для поклонения ему. Здесь во время благодарственного молебна угоднику он удостоился сам быть свидетелем того, что многие молившиеся с ним болящие по вере своей и молитве сделались совершенно здоровыми. Тогда князь Андрей пожелал, чтобы на этом месте был построен храм имени святителя. Немедленно он известил о своем желании архиепископа Ростовского Иоасафа. 

Привлекаемый славой чудотворного образа, владыка сам захотел видеть его и прибыл на это место к дивной иконе в 1464 году и также был свидетелем многих чудотворений от нея. Почтив чудный образ богослужением, он с радостью благословил это таинственное иноческое место и похвалил христолюбивого князя и молившихся за усердие к построению обители на месте пребывания образа. 

Благодаря щедротам многих боголюбивых и богатых угличан появляются кельи иноков и ограда. Собирается немалое иноческое стадо. Князь Андрей Васильевич дарует монастырю земли, книги и прочую церковную утварь. А чудотворный образ святителя Николы украшают серебром, золотом и драгоценными камнями. 

С началом церковных служб еще больше умножились чудеса от образа святителя. Более всего они происходили во время божественной литургии. А боголюбивые иноки усердно трудились и заботились о благоустройстве обители: копали траншеи под фундаменты каменных храмов, добывали глину, рубили лес, выполняли многие тяжелые работы. 

В 1563 году при князе Георгии Васильевиче была выстроена теплая каменная церковь во имя Введения Пресвятой Богородицы. В 1589 году при царевиче Димитрии — соборная во имя святителя Христова Николы: высокая, каменная, со сводами, погребами, великолепно украшенная, куда был перенесен чудотворный образ. 

Обитель была окружена деревянной стеной. По грамотам государей Василия Иоанновича (1505–1533) и Иоанна Васильевича она владела несколькими селами и деревнями. К началу XVII века Николо-Улейминский монастырь находился в таком цветущем состоянии, что летописец называет его «дивным и прекрасным». 

Расположение монастыря на бойкой проезжей дороге тоже способствовало его обогащению и процветанию. 

В 1609 году начались для монастыря страшные испытания. Вместе со всей русской землей Николо-Улейминский монастырь пострадал во время польско-литовской интервенции. Согласно летописи, когда, разграбив Углич, полки польского короля Жигмонта подошли к монастырю, иноки и жители села Улеймы и других окрестных сел во главе с игуменом Варсонофием закрыли ворота, не давая разграбить монастырь. Братия и другие защитники монастыря закрылись в соборном храме, служили там литургию и причащались Святых Тайн. Игумен Варсонофий, желая спасти мирных жителей, нашедших убежище в храме, вышел вместе с 27 иноками к врагам. Сотворив молебное пение и поцеловав друг друга, они вышли за ворота. Иноки были в парадном облачении, несли иконы и хоругви, шли с пением, желая усовестить поляков, чтобы они пощадили обитель и людей. Как львы устремились литовцы на игумена и отсекли ему голову. Враги ворвались в открытые ворота и убили иноков, затем пытались проникнуть в собор. Озлобленные стойкостью защитников монастыря, поляки и литовцы подкопали стены монастырского собора, под которым находились глубокие подвалы, и взорвали собор. Храм разрушился с оглушительным громом, который был слышен за десять верст. Под обломками собора погибли две тысячи защитников монастыря: иноки, крестьяне с женами и детьми. 

Эти трагические события запечатлены в поэме «Старая крепость» местного поэта В.Н. Смирнова: 

В лампадке огонек трепещет. 

Здесь детский плач и запах свеч, 

А за окном зловеще плещет 

Шипучая чужая речь. 

 

Там представители Европы,  

Нелегкий совершая труд, 

Под церковь делают подкопы, 

Бочонки с порохом несут. 

 

Настало для несчастных туго: 

Кто победитель — кончен спор, 

Тяжелый взрыв потряс округу. 

Осел, рассыпался собор. 

 

Течет спокойная Улейма 

С лесной болотной стороны. 

Таращит смерть пустые бельма 

Из-за разрушенной стены. 

 

Весь край разграблен и изранен. 

Враги живое тело рвут, 

Родную Русь на поле брани 

Пожарский с Мининым зовут. 

 

«Презлейшии онии полякове и литовстии людие и подъ оный прекрасный и дивный монастырь прибегоша и, обседше оный, яко пчелы сотъ и яко волцы дворъ сей словесныхъ овецъ, ся понуждаху, его хотяще взяти скоро». Игумен, братия, мирские люди крепко сопротивлялись, но великое число «всезлобныхъ враговъ» их одолевали. Тогда текоша в соборную церковь, совершили божественную литургию, исповедались, причастились Святых Таин Тела и Крови Христовы, приготовились на смертный час. Игумен Варсонофий братии и всем бывшим в церкви повелел не бояться смерти, «но паче радоватися, яко мученической кончины сподобляются, и мученики Царство Небесное наследити глаголаше побиеннымъ». «Окаяннии же Литви, сущии на страже, яко лвы устремишася на преподобныхъ и игумену Варсонофию главу отсекоша». «Полякове (…) начаша братию мечи рубити и двадесять седмь посекоша и разсекоша на части». 

«Окояныи казнь умыслиша: рвы глубокая вокруг соборныя церкви окопаша и фундамент подломиша. Иноков и елицех мирских, в церкви бывших, всех побиваюше падающее церковное здание. И глаголют оставшие монастырстии служители, яко до пятидесяти иноков оставших в церкви побито каменнозданием, мирских же человек яко 2 тысящи. В десяти верстах в лесу крыющимся христианом чуть было достослышно громопадение церковное, кои поспели пришедшее достоверно сказывали: аки гром раздашеся по лесам и долинам, а земля колебашася до недр своих». 

Монастырь был разрушен и разграблен. Каждый, кто вступает сегодня на территорию монастыря, склоняет голову перед братской могилой героически погибших предков, православных христиан. 

Чудотворный образ святителя Николы во время взрыва собора уносится за полверсты и является там на трех соснах, указывая на необходимость восстановления храмов монастыря. 

«Чудотворный образ святителя Николы невидимой рукой восхищен быв лете по воздуху на тая место падшей соборной церкви явися, верными обретен бысть и в чудесном видении стоящь». 

А через 10 лет, когда монастырь едва успел восстановиться, отряд пана Микульского взял его штурмом, убив игумена Иону и братию. И только после заключения с Польшей окончательного мира в 1620 году, по молитвам святителя Николы Чудотворца, монастырь стал обновляться и населяться. 

Строительство нового Никольского собора на подклете прежнего началось в 1620-е годы, однако освящен собор был лишь 9 мая 1677 года Ростовским митрополитом Ионой Сысоевичем. 

В этот период монастырь был крупным феодалом. Ему принадлежали крестьяне окрестных селений Дуброво, Нефедово, Гвоздево и других. Они обрабатывали монастырские земли и платили оброк. В 1799 году монастырю была передана мельница на реке Улейме. В 1829 году пожертвована пустынь Чистофорово. К этому времени монастырь имел рыбную ловлю на Улейме, денежные пожертвования и ценные бумаги.  

Самое крупное здание монастыря — Никольский собор. Этот приземистый пятиглавый собор имеет кубический объем, выстроен с двумя приделами. В конце ХIХ века к нему были пристроены крытая паперть и высокая колокольня. Фасады почти лишены украшений, и только барабаны глав имеют несложный декор. Стены и своды собора были покрыты живописью. 

Никольский собор сейчас находится полностью на реставрации. 

Необычна по композиции Введенская церковь. Она построена, вероятно, на остатках стен первой церкви того же названия, разрушенной поляками. В здании объединены: собственно церковь, жилые покои, трапезная палата. На первом этаже размещались хлебная, квасная палата, поварня, кладовые и две палаты казенные для всякой мирской перекладки. С севера примыкает к зданию нарядно украшенное крыльцо со сходами на две стороны. Над западной стеной поднимается небольшая, но изящная колоколенка, под которой находились в прошлом «часы боевые с получасьем». С востока она завершается алтарной апсидой. 

В западной части монастыря находится надвратная Троицкая церковь. Вплотную к церкви примыкают жилые кельи, неотделимые от нее. Существуют разные сведения о времени постройки этого здания. Есть документы, которые говорят о том, что надвратная церковь с кельями была построена одновременно с крепостными стенами в 1730 году. 

Каменная ограда монастыря относится к началу XVIII века. Она и доныне выглядит боевой стеной с башнями. 

Благодетелями монастыря были многие знаменитые люди. Боярыня Прасковья Нарышкина подарила монастырю частицу мощей свт. Николы Чудотворца, которую ей, как мамке царевича Алексея, преподнес государь Петр I. В 1713 году купец Федор Верещагин в благодарность за чудесное исцеление на свои средства возвел вокруг святыни каменные стены с восемью башнями. Им же была построена и украшена надвратная церковь Пресвятой Троицы. Введенский храм в 1870 году был расписан на средства крестьян Козловых из Улейминской слободы. В 1838 году на средства петербургского купца Ф.Я. Ермолаева была пристроена деревянная паперть к Введенской церкви. 

В 1710 году были принесены в обитель части ризы Господней, пояса и гроба Пресвятой Богородицы, части мощей св. Иоанна Предотечи и иных прославленных угодников Божиих. Ковчег с этими святынями был положен в соборную церковь святителя Николы. 

К началу ХХ века Николо-Улейминский монастырь стал одним из наиболее заметных духовных и культурных центров края. Он пользовался большой любовью не только в окрестных селах и деревнях, но и среди угличан за чудотворную икону святителя Николы Мирликийского, чудотворца, за торжественную службу, за образцовое ведение хозяйства, за чудесный звон колоколов, слышный в городе. 

При монастыре была школа, каменное здание которой сохранилось и поныне. 

 

 

Монастырь сегодня 

28 февраля 1992 года власть передала святыню Русской Православной Старообрядческой Церкви. Сначала монастырь был мужским. Но в силу сложившихся обстоятельств с 1998 года он стал возрождаться как женский. 

Отданная святыня находилась в удручающем состоянии. Главные ворота в монастырь — Святые — утрачены, перед ними расположились жилые дома и огороды. Современный въезд в монастырь находится в восточной стене монастырской ограды — через Водяные ворота. 

Въехав в них, мы попадаем в дальнюю часть территории монастыря — восточную, а не в главную — западную. В то же время можно очень хорошо охватить взглядом почти все монастырские строения. От ворот, пройдя аллею из вековых лип, попадешь на главную площадь монастыря. Сюда же можно попасть через аллею из молодых берез, обогнув Введенскую церковь справа. 

Ежедневные молебные служения проводятся в надвратной церкви Живоначальной Троицы. Интерьер церкви полностью создан заново. 

Благоустроен и келейный корпус. Кроме келий, на первом этаже корпуса располагаются кухня и хозяйственные помещения. 

Недалеко от западной стены Введенской церкви находится крест и братская могила жертв польско-литовской интервенции. 

Почти вся главная площадь монастыря представляет собой цветник, самым главным украшением которого являются розы разнообразных сортов и расцветок. 

Большая работа проделана по реставрации Введенской церкви. Сделан заново интерьер самой церкви, трапезной, часть келий, вход в жилые помещения с лестницей на две стороны. По лестнице в стене можно подняться на колокольню. 

Бурное возрождение монастыря идет с 2002 года трудами боголюбивой попечительницы Любови Леонидовны Беломестных. 

На территории монастыря есть два колодца, которые снабжают монастырь водой. 

Левая часть монастыря — подсобное хозяйство, обеспечивающее монастырь, благодаря труду инокинь, необходимыми овощами, ягодами и яблоками. 

На площади в 1 га заботливо посажены картофель, помидоры, огурцы, лук, капуста и другие овощи. Построены две большие теплицы. Здесь же находится небольшой птичник.  

День в монастыре начинается в 15.30: в церкви Живоначальной Троицы читаются правильные каноны, вечерня и павечерница. После павечерницы насельницы трудятся на послушаниях, выполняют хозяйственные работы, затем до 21 часа совершают келейное правило. С 21 часа до 1.30 — отдых, после чего совершается ночное богослужение до 6.30 часов: полунощница, утреня, часы. С 6.30 — утренний отдых до 8 часов. В 9.00 — обед. После обеда до 13 часов — хозяйственные работы. Затем — келейные молитвы до начала соборной вечерней службы в 15.30. 

Находится время и для рукоделия: плетения лестовок, шитья, реставрации богослужебных книг. В лесах, раскинувшихся вокруг монастыря, много грибов, от лисичек до белых, а также ягод: черника, брусника, клюква.  

Много времени требуется для хозяйственных работ: садово-огородных, в цветнике, в птичнике, на территории и по уборке помещений. 

Каждая насельница несет послушание. Именно послушание приводит к одной из высших иноческих добродетелей — смирению. Смирение же привлекает помощь Божию. Хорошо в этом святом месте удалиться от всех мирских соблазнов и суеты. 

Через чтение имеющихся в небольшой монастырской библиотеке книг — Священного Писания, а также писаний отеческих и церковных — познается истина духовной жизни и мудрости. 

От Бога в сердце человеку является духовная сила и духовное утешение. 

Не только свое спасение вымаливают инокини, а и своих живых и усопших родственников, по преданию, вплоть до седьмого колена. 

Не забываются и дни именин насельниц. 

Духовно окормляется монастырь в основном самим епископом Ярославским и Костромским Викентием. 

Неоднократно сюда приезжали митрополиты Московския и всея Руси. 

Отовсюду приезжают священство и желающие побывать в обители — помочь, чем могут, и просто ступить на столь священную монастырскую землю, политую мученической кровью православных христиан. 

Дай Господи здравия телесного и душевного спасения тем, кто радеет о восстановлении святыни, и хотелось бы, чтобы сподобил нас Милостивый Спаситель увидеть новое чудо — окончательное возрождение старинного Николо-Улейминского монастыря во славу Божию. 

 

 

Как вы можете помочь монастырю 

Неравнодушные христиане могут приехать в монастырь потрудиться, более всего такая помощь необходима весной и летом. Также вы можете оказать финансовую помощь, которая будет направлена на восстановление и благоустройство обители. 

Номер карты казначея монастыря инокини Иларии: 

Сбербанк 4276 7700 1709 4019 (Кирьянова Ирина Ивановна). 

Телефоны: 

+7 (48532) 4-74-24 (городской номер) 

+7 (961) 027-82-69 (мобильный номер матушки игумении Олимпиады) 

Адрес: 

Россия, Ярославская область, Угличский район, село Улейма, Николо-Улейминский монастырь. 

Ольга Захарова, куратор Просветительского отдела Московской Митрополии РПСЦ, 2018 г. 

Выражаем христианскую благодарность Димитрию Коноваеву, Евгению Хебневу, Владиславу Пластинину за участие в подготовке публикации.